Неплохой сервис для обработки фотографий в ломо-стиле. Скармливаете ему фото, выбираете фильтры, смотрите как выглядит и скачиваете на свой компьютер.

Ломогра́фия — жанр фотографии, который ставит своей целью запечатлеть на снимках жизнь во всех её проявлениях такой, какая она есть. Ломографы ищут красоту в огромном количестве заведомо некачественных плёночных кадров, снятых с необычных ракурсов.

Много раз по дороге в Эйлат я проезжал через одно из красивейших мест Израиля - кратер Рамон, самый большой кратер из 5 существующих в нашей стране. Но только недавно я узнал историю его создания и она оказалась очень увлекательной. Если по короче, то 100 миллионов лет назад на месте пустыни и кратера простирались джунгли с огромными деревьями, но климат с годами менялся и на данном месте появилось море, на дне которого, как и в любом море, оседали скелеты мельчайшего планктона, со временем создавшие жесткий слой каменной породы, под которой оказались более мягкие породы былых лесов. Со временем весь слой данной местности изогнулся, выпуклая часть, бывшая дном, оказалась островом на поверхности моря. Море же и вымыло остров с годами, но потом отступило, примерно 60 миллионов лет назад ( тогда вымерли динозавры). Через 20 миллионов лет море вернулось и покрыло верх начинавшегося кратера новым слоем жёстких пород. В последствии огромные реки стали вымывать более мягкие породы из под жёсткой оболочки и 5 миллионов лет назад плиты земной коры сдвинулись, образовав Иорданскую долину и процесс вымывания кратера стал ещё быстрее, пока он не превратился в то, что мы видим сегодня. Кроме необыкновенных видов в кратере сегодня можно посмотреть и потрогать окаменевшие деревья, которые росли здесь 100 миллионов лет назад, а также увидеть цветные пески и кладбище омонитов ( что то вроде огромных морских улиток, они были хищниками и вымерли вместе с динозаврами, оставив о себе память в виде окаменелостей ). На первых фото окаменелости древних деревьев, на последнем - омонит. (foto - Konstantin Hoshana)

Поступил еще вариант истории образования кратера: Первоначально территорию Негева покрывал гранит,который(его верхние слои) под воздействием внешних сил воды и ветра постепенно превращался в песок...Затем песок опять же под воздействием осадков(воды) соединился с окисью железа и образовался песчанник,который является довольно мягкой породой.Затем океан Тетис покрыл эту площадь на миллионы лет,за которые образовались слои известняка и доломита(останки скелетов морских животных + кристализация за мииллионы лет под действием давления океана).Затем столкновение континентальных плит приведшее к образованию гор и впадин между ними...Некоторые горы(на месте нынешних кратеров поднялись над водой)...Под действием воды и ветра верхний жесткий слой известняка был смыт...Затем когда море отступило на месте кратеров как бы образовались пятна-острова мягких пород,в то время как вокруг (раньше там была вода на поверхности) порода была жесткой..Затем произошло образование Сирийско-Африканского разлома,и местность в районе образования кратеров наклонилась в сторону разлома .Затем опять же под действием осадков мягкую породу вымыло по наклону сторону разлома,подняв дно в последнем на многие километры вверх-сегодня это пустыня Арава.Вкратце процесс был похож на ванну с водой,которую наклонили и вода проделала отверстие в бортике...Так образовался кратер Рамон, а также Большой и Малый кратеры в Негеве... ( Евгений Аронов ).

Вглядитесь внимательно в надпись. Финны презрительно называют хе@нёй прекраснейший крупный и сочный зеленый горошек в стручках.

Что для финна хе@ня, то для обалдевшего от привалившего счастья туриста в августе - самое то.

Так откровенно обзывая моё любимое лакомство, они еще и коварно продают его не на килограммы, даже не поштучно, а литрами (!). Берут жестяную банку (в конце подноса стоЯт обе) объемом 0.5 или 1 литр, запихивают туда сколько влезет и объявляют, что процесс завершен. А ведь в литре продукта гораздо меньше, чем в килограмме, чуть ли не в 2 раза... :(

Выставка Леонида Балаклава «Обсессия портрета» в Тель-Авивском музее искусств - несомненная удача. Удача музея, куратора, художника, ставшего лауреатом приза Шиффа за реалистичную живопись в 2014 году. Одно из условий приза - персональная выставка в музее, организовавшего эту прекрасную экспозицию, привлекающую с каждой неделей всё больше и больше посетителей со дня открытия 25 июня. Это удача и фонда имени Хаима Шиффа, учредители которого еще раз доказали и показали, что им не занимать смелых (и правильных) решений. К примеру – открыть в одном из крупнейших музеев Израиля выставку традиционных портретов. Только на первый взгляд традиционных, но уже даже не в первом приближении. Потому что когда к этим полотнам приближаешься, то погружаешься в их очарование. Их притягательность – очевидна, физически ощутима, как физически ощутимо движение поиска. Ведь ради поиска они и созданы: портреты детей и семьи, автопортреты, портреты знакомых и друзей. Тканные портреты, холсты которых сотканы из нитей воспоминаний и впечатлений.

Если ищите впечатлений незамыленных, открытий нового в привычном – то вам на выставку «Обсессия портрета» - ретроспективу работ Балаклава за четверть века. Выставку, экспонаты которой отлично вписываются в ряд впечатлений и от соседних залов - супер-модерновых затейливых и эпатажных «Задворок» мульти-жанрового скульптора Ури Каценштейна и прозрачных абстракций Хагит Лало «Обратный отсчет» - абстракций  более простых и понятных, чем «Портреты» Леонида Балаклава, в которые впечатаны - именно как печатка - квинтэссенции восприятия им живописи Средневековья, голландских портретной живописи, импрессионизма, русской живописи 19 века, принципов анимации, столярки отца, репатриации, религии и жизни…

Поиск художника – в десятках полотен. На выставке собраны автопортреты Леонида Балаклава с 1991 по 2014 год (половина его работ – это автопортреты, свой первый автопортрет он нарисовал когда ему было 15 лет). Одно лицо, один взгляд, слегка измененные поза, мимика, жесты, вздернутый подбородок, разница в углах света, бликов на лице, фона - художник вглядывается в свое отражение я в зеркале, рисует возвращенную амальгамой модель, прячась за мольбертом. Для чего эти повторения, эти экзерсисы, подсматривание за самим собой, само-вуйаризм? Для поиска ответа на то, что такое живопись и что она значит для самого художника. Для поиска композиции, ритма, света и цвета. Поиска ответа на вопросы о сути искусства и жизни, на вопросы общения и отношений. Каждый из этих автопортретов несет свою информацию, свой посыл, свой ответ. А вопрос посетители должны задать сами, и осмысление этой живописи – оно и есть ответ - займет время.

Портреты семьи написаны в «современной постимпрессионистской манере» - можно и так, хотя применять расхожие термины к живописи Балаклава ни к чему. Портреты эти сделаны в ином, отличном от автопортретов стиле. Они мягки и добры, они написаны с желанием сохранить и охранять, а к себе Балаклав относится беспощадно, не жалея, делая из себя же модель для штудий. Из собственных изображений - инструмент для поиска, обсессивно исследуя возможности портрета, как средства постичь, как средство развить традиции старых мастеров, соединив светское отношение к живописи с восприятием искусства религиозным человеком, показать через живопись поиски себя в религии, познавание мира через искусство, понятие  «тикун» еврейской философии.

Почему к этим портретам хочется вернуться? Ведь изображения незнакомцев редко могут заинтересовать надолго. Потому, что каждая из этих картин – это сгусток цвета и желания найти ответ: что есть сознательное и бессознательное, что за создание такое – человек, какая философия скрыта в живописи, что такое свобода творчества и толкование традиций? Где на полотне пересекаются взгляды и время?

Когда говорят о творчества Балаклава, практически всегда цитируют статью искусствоведа Гидеона Фридлендера-Офрата, написанную  для каталога выставки художника, проходившей в музее в Эйн-Харод: «Перед нами художник, свободный от уз современности и прихотей моды, ибо его занимают не языковые новшества, а его собственная душа и темница его тела. И еще это - еврейский художник, в чьем творчестве слились эстетика и этика, художник, переплавляющий материю в дух. Он отвечает, не ведая о том, определению «иудаизации форм» парижской еврейской школы: преображение и одухотворение действительности путем погружения ее в боль, в чувство художника.  Он создает картины, окрашенные экзистенциальным чувством времени и места. Корни этого творчества - в Риме эпохи барокко, а ветви - в изобразительном модернизме, распространившемся от Парижа до Восточной Европы».

А еще Леонид Балаклав – это традиции автопортрета в истории искусств, портретов в голландской живописи17 века, наследие Серова и Репина, художественные школы Киева и Одессы . Это воспоминания его отца о Второй Мировой войне, о деревушке в Молдавии, семейные истории, на которых вырос Балаклав. Это века творчества. Сам же он говорит так: «Иногда я беседую с Веласкесом и Рембрандтом, иногда мне кажется, что я упал на Землю с Луны. Я, наверное, последний безумец...».

Леонид Балаклав родился в 1956 году в Бельцах в Молдавии, рисовать начал в 9 лет, окончил Киевскую Художественную школу и Одесское Художественное училище. В 1990-м репатриировался в Израиль, живет и работает в Иерусалиме, преподает живопись. В 2002 году был удостоен Премии Музея Израиля. На вопрос, что привело его к религии, он просто ответил в одном из интервью: «Вера», - и тут же добавил: «Творчество всегда религиозно. Недаром христиане заказывали фрески, картины, скульптуры лучшим мастерам - чтобы люди, приходя в церковь, начинали верить. Да и все величайшие художники прошлого были религиозными людьми. Во всяком случае, те, кого я считаю своими учителями». «Из детства я помню солнце, много солнца и людей, шедших с рынка и отдыхавших в тени деревьев на нашей улице, за которыми я наблюдал с балкона дома. Эти деревья были посажены моим отцом. И еще в юности я рисовал людей, работающих на земле», - так начинает Леонид Балаклав свой автобиографический очерк в книге, изданной «Форумом музеев».

Рисовать Леонид Балаклав начал в 9 лет - перерисовал книжные иллюстрации, рисовал всегда, везде, на любых клочках бумаги, на стенах, столах. В 15 лет начал учиться в художественной школе в Киеве, затем продолжил обучение в Художественном институте в Одессе. Известность пришла к нему еще в Советском Союзе, где он был членом Союза художников. Его работы покупались музеями и частными коллекционерами. Незадолго до репатриации в Израиль Балаклав получил Золотую медаль фонда Феллини за рисунки, сделанные им к мультфильму «Окно» (пальцем, на запотевшем оконном стекле, рисовались фигуры, пейзажи - и стекло превращалось в свободный мир, где всё возможно). В 1989 году после случайной встречи Леонид Балаклав продал свои работы и на полученные деньги приобрел два билета в Израиль - для себя и своего отца. Его первая студия была в Иерусалиме, в квартале Нахлаот, так что неудивительно, что работами того времени были виды Иерусалима, портреты знакомых и... разрисованные по всему Нахлаот двери. С годами стиль Балаклава стал более свободным и при этом - более академичным, дерзким, искренним, соединяющим старые и новые воспоминания, традиции фигуративной живописи и еврейской манерности, чувства и время, честность и обаятельность, поэзию и аналитику.

Живопись Балаклава выпестована на традициях западной школы, барокко и европейского модернизма. При этом Балаклав самобытен и оригинален, его манера - свободна от любых влияний, от давления извне. На первом плане его картин - душа, которая как пленка лака покрывает весь холст, душа еврейского художника, особая «мягкая» эстетика, умение превратить конкретный портретный образ в живописную эманацию духовного состояния, подчинить метаморфозы реальности эмоциям художника. Его картины несут отпечаток того, что принято называть российско-еврейско-израильской культурой, причастности к месту и времени и поискам себя в этом сжатом пространстве-времени. К живописи Балаклава можно применить много эпитетов - и все они будут синонимами слова «мягкость».

За годы жизни в Израиле он сумел стать заметной частью израильской живописи - динамичной, но уже неотъемлемой составляющей. На счастье на его пути встретились и помогли ему такие художники как Иехезкель Штрайхман, Ян Раухвергер, Леон Энгельсберг. Он стал стопроцентно израильским художником, впитавшим в свои краски израильский свет, по его же словам - более материальный, чем в России. Недаром Балаклаву так нравятся картины Ори Рейзмана с их огромными светлыми пространствами (этому врастанию в израильскую живопись в немалой степени способствовало его полугодовое пребывание в Мицпе-Рамон).

Куратор выставки Леонида Балаклава «Обсессия портрета» – д-р Дорон Лурье. Выставка продлится до 10 октября 2015 года.
Часы работы Тель-Авивского музея искусств: воскресенье – закрыто; понедельник, среда, суббота – с 10-00 до 18-00; вторник, четверг – с 10-00 до 21-00; пятница – с 10-00 до 14-00. Сайт музея - http://www.tamuseum.org.il

Маша Хинич. Фотографии предоставлены пресс-службой Тель-Авивского музея искусств

Моя знакомая, выйдя на балкон развесить белье, вернулась поспешно в пределы квартиры с тяжелыми размышлениями о переоценке жизненных ценностей:) Теплота солнца, понимаете-ли, подвигла:) Да, так, о чем это я? Всё равно "синий-синий иней" еще не завтра, если вообще, покроет беззаботностью своего кружева прогнозы погоды, поэтому спасаемся музыкой:)

Вот, мне интересно, содержание приводимой ниже версии выдержано в соотвествие с источником, или фигаро зафигурачили куда подальше? Я, хоть, идиш и не знаю, но слова, как то: "шмулевич, хосен, мазлтов, ди ганце мишпухе, шидех" понимать могу, посидев денек-другой под переливы кондиционера.

Наслаждайтесь, хавЕйрим:)! Отдельный респект оркестровке и браво бравурному финалу:) Думаю, Россини понравился бы и он)