Эдуард_Волков Голосов: 2 Адрес блога: http://www.liveinternet.ru/users/2503040/ Добавлен:

Людмила Путина - «КП»: «Любовь - это взаимность, это уважение, терпимость во всем»

2013-06-07 08:57:34 (читать в оригинале)

объявили, что их брак завершен. Отвечая на вопрос журналиста, развод ли это, Людмила Путина сказала:

- Да, можно сказать, это цивилизованный развод.

- Это было наше общее решение, - добавила также Людмила Путина.

В последнее время глава государства все время появлялся один на публичных мероприятиях. При этом Владимир Путин, занимая высшие государственные посты, предпочитал не предавать огласке свою личную жизнь. Он неохотно и кратко отвечал на вопросы журналистов на эту тему.

Вместе супруги присутствовали только на церемонии инаугурации Владимира Путина 7 мая 2012 года.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Развод Путиных: все по-честному, без фальши...

...Мне кажется, примерно то, о чем сказал Владимир Путин, объясняя свое расставание с Людмилой Александровной как с супругой, я от него однажды слышал. По крайней мере, настроение нынешнее уже как-то замечал, улавливал, что ли...

Это было в конце августа 2010-го, во время его командировки по Сибири и Дальнему Востоку. (Помните автопробег Хабаровск-Чита на "Лада-Калина"?) Тогда мне довелось проехаться в кабине рядом с Путиным,  который сидел за рулем, километров сто и взять у него большое интервью (читайте далее)

Развод Путина - беспрецедентный в нашей истории случай

- Я сначала с человеческих позиций выскажу свое отношение. У меня давно было сочувствие к Путину, чисто человеческое, потому что я, будучи доверенным лицом, встречаясь с ним и близко наблюдая, видела его грустные глаза. Я даже писала об этом, несмотря на критику в свой адрес по этому поводу. К сожалению, ну, не сложилось, и это видно, что он не был счастлив последние годы с женой, появляясь с ней крайне редко на публичных мероприятиях. Это вызывало сочувствие.

Если говорить с политических позиций, это абсолютно беспрецедентный в нашей истории случай. Последний случай разводов на таком уровне - это, если не ошибаюсь, Петр Первый (читайте далее)

ИЗ АРХИВА «КП»

В 2010 году Людмила Путина дала интервью "Комсомолке", где называла мужа «лапулей».

Вот как описывал это Александр Гамов:

- Неожиданно вошел Путин. На нем были светлая куртка, черные джинсы и коричневые ботинки. Я поднялся из кресла, пошел ему навстречу, протянул руку… Но рукопожатия как такового у нас не получилось: ладони у Путина были испачканы в грязи (видно, он играл на улице с собакой - бросал ей палку или мяч). Поэтому он протянул мне, как обычно делают в таких случаях, согнутую в локте руку, которую я и пожал.  

- Лапуль, - с улыбкой сказала ему Людмила Александровна (а я первый раз слышал, чтобы так называли Путина, пусть даже и супруга), - а мы здесь чай пьем и интервью обсуждаем, снимки вот выбираем (далее)

Смотрите фотогалерею: «Президентская вахта» Людмилы Путиной

Также по теме

Владимир и Людмила Путины

• 7 Июня 2013, 06:21 Развод Владимира и Людмилы Путиных документально пока не оформлен
• 6 Июня 2013, 23:22 Британский политолог Джэк Каирнс: «Пусть семья президента остается его крепостью»
• 6 Июня 2013, 23:01 Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков - «КП»: «Они уже продолжительное время живут раздельно»

• 6 Июня 2013, 22:44 Владимир и Людмила Путины: «Это было нашим общим решением»
• 6 Июня 2013, 22:33 Развод Путина - беспрецедентный в нашей истории случай
• 6 Июня 2013, 22:26 Песков призвал не вторгаться в личную жизнь президента РФ
• 6 Июня 2013, 22:25 Политолог Виталий Третьяков: «Это никак не скажется на рейтинге президента»

• 6 Июня 2013, 22:15 Телеведущий Владимир Соловьев: «Взрослые люди решили, что так им будет лучше. Это их право»
• 6 Июня 2013, 20:53 Владимир Путин и Людмила Путина объявили, что их брак завершен

Тэги: бедствие, биология,психология,социология, в.путин, ввп, владимир, жзл, интервью, любознательный, людмила, политика(видео, происшествие, путин, путина, развод, россия,ссср,русский, семья, ссылка, тексты), фото, человек,его, язык
Комментарии | Постоянная ссылка

---

В Таиланде собака спасла выброшенного на свалку младенца

2013-06-06 22:12:45 (читать в оригинале)

ushilapyhvost.ru/blog/43777...-mladentsa

Домашний пес по кличке Пуи спас жизнь новорожденной девочке, которую родители выкинули на свалку в деревне в провинции Аюттая в 75 километрах от Бангкока.

Питомец породы тайский бангкэв обнаружил пластиковый мешок, в котором находился младенец, на городской свалке. Почуяв живое существо, собака в зубах принесла находку на порог дома своих хозяев.

- Мы услышали громкий лай и вышли посмотреть, что происходит. Наш любимец сидел и охранял странный сверток, - рассказал владелец Пуи Гумнерд Тонгмак. - Первым к нему подошла моя племянница Сударат, она и увидела внутри ребенка.

Крошечную девочку немедленно доставили в ближайший госпиталь. Врачи определили, что младенец родился недоношенным. Малышка весила всего 2,2 килограмма.

 - Пуи часто прогуливается по деревне, его видно то там, то здесь. В этот раз он оказался в нужном месте в нужное время. Благодаря его сообразительности ребенок остался жить, - похвалил четвероногого спасителя глава региона Визит Пинникорн.

Власти уже занимаются розыском матери и отца девочки, причины, по которой малышку выбросили, как ненужный мусор, устанавливаются.

 

За свой подвиг пес Пуи получил кожаный ошейник и медаль от местного представительства Красного Креста. Хозяину собаки также выплатили денежную премию.

Тэги: бедствие, биология,психология,социология, дети, домашний, животный, любознательный, новость, происшествие, псы, собака, спасение, фото, человек,его, шайка-лейка,домашние
Комментарии | Постоянная ссылка

---

Игорь Шафаревич: «Сделать Россию нерусской не удастся»

2013-06-06 21:50:11 (читать в оригинале)

По материалам Литературной газеты

Концепция демократии марксизма: объективность бытия. Мифы ленинской, советско-официозной интерпретации

Предлагаю Вашему вниманию следующий параграф из первой главы своей старой,двадцатилетней давности, научной монографии  - Волков-Пепоянц Э.Г. МЕТАМОРФОЗЫ И ПАРАДОКСЫ ДЕМОКРАТИИ. ПОЛИТИ­ЧЕСКАЯ ДОКТРИНА БОЛЬШЕВИЗМА: ИСТОКИ, СУЩНОСТЬ, ЭВОЛЮЦИЯ, АЛЬ­ТЕРНАТИВЫ. 19I7-I929 гг. В 2-х книгах. Кн.1. - Кишинев: “LEANA”.1993. - XXXII+ 464 с.

Глава первая. СОДЕРЖАНИЕ И ЭВОЛЮЦИЯ КОНЦЕПЦИИ ДЕМОКРАТИИ К.МАРКСА И Ф. ЭНГЕЛЬСА

1.2.Концепция демократии марксизма: объективность бытия. Мифы ленинской, советско-официозной интерпретации

1.Более пессимистична по сравнению с марксизмом в целом сов­ременная оценка политической доктрины марксизма. Так, американский ученый У. Адамсон, отдавая должное марксизму за то, что он "дает ме­тод анализа социально-экономической и политической реальности", в то же время выносит однозначный приговор: "...марксизм как полити­ческая идеология умер"²⁹.

Подобный вердикт нашел сторонников и среди советских общество­ведов. "Для меня очевидно, - отмечал, к примеру, А.С.Ципко,- что политические вывода и рекомендации Карла Маркса полностью устарели. Они, в частности его учение о диктатуре пролетариата, с самого на­чала было ложным, имело криминальный привкус"³⁰.

После прихода к власти в ряде республик бывшего Советского Сою­за демократических(и „демократических”) сил и начавшегося вскоре вслед за этим процесса декоммунизации негативное (а в ряде случаев и нигилистическое) от­ношение к марксистской политической доктрине получило широкое рас­пространение и в средствах массовой информации, стало клише массо­вого сознания.

Думается, что такой архирадикальный подход, хотя психологиче­ски он и понятен, с научной точки зрения является некорректным и вследствие своей абстрактности, внеисторичности, и в силу того, что, несмотря на огромное количество апологетической литературы, посвя­щенной К.Марксу, Ф.Энгельсу и их учению, практически не было в советском обществознании специальных исследований, анализирующих объ­ективно, беспристрастно, во всей полноте, включая весь корпус трудов основоположников, как политическую доктрину марксизма в целом, так и концепцию демократии в частности.

Конечно, в отношении политической доктрины марксизма, прежде всего марксистской концепции государства и права, дело обстояло с количественной стороны благоприятнее, чем с марксистской концепцией демократии³¹. В советской специальной литературе (в сотнях книг, тысячах статей) сравнительно полно изучались процесс становления и развития марксистской политической доктрины, ее содержание. Основ­ной недостаток этой литературы заключается в коммунистической пар­тийности и подцензурности, что вынуждало авторов грешить против ис­тины.

Если же поставить на одну чашу весов работы, появившиеся в СССР и посвященные марксистской концепции государства и права, а на дру­гую чашу -  работы, посвященные марксистской концепции демократии, то резко опустится чаша "этатизма". Понятно, что, каков политический режим, таков и социальный заказ. Крайне редки работы, лежащие на чаше, взметнувшейся ввысь. Что же касается качества исследований, пос­вященных концепции демократии марксизма, то, как и в отношении по­литической доктрины в целом, все они в максимальной степени, даже по сравнению с другими общественными науками, подвергались партийно-­полицейскому диктату и в результате в подавляющем большинстве были, строго говоря, ненаучны.

Однако и в неблагоприятных для общественной науки обстоятельст­вах появлялись сочинения (правда крайне редко), что требовало лич­ного мужества от ученого, в которых авторы максимально адекватно интерпретировали политические взгляды К.Маркса к Ф.Энгельеа, в том числе концепцию демократии основоположников марксизма.³²

В перестроечное и в особенности в постперестроечное время пуб­ликации такого рода перестали быть аномалией. Количество их, хотя имедленно, но увеличивается. Исследуются различные аспекты темы.  Изработ, в которых отстаивается значимость марксистской концепции де­мократии на основе всестороннего анализа политических мыслей К.Маркса и Ф.Энгельса, следует выделить сочинения А.И.Ковлера,В.Л.Лобера,С.Кравченко,В.Б.Пастухова,Б.Г.Тартаковского и др.³³

Ряд публика­ций Л.С.Мамута посвящены переосмыслению политической доктрины марк­сизма в целом, выявлению как ошибочных утверждений, так и положений, не утративших эвристической ценности, историко-научной уникальнос­ти³⁴. В раскрепощении сознания советского читателя от политических догм большевистской концепции демократии важную роль сыграло иссле­дование Ю.Буртина³⁵.

Трудно также переоценить значение "круглого стола", проведенно­го журналом "МЭ и МО" в 1988 г., и рубрики журнала "Новое время" - "Из истории политической мысли XX века"³⁶.

По сравнению с первым томом (1986 г.) во втором томе коллектив­ного труда "История марксизма-ленинизма" (1990 г.) сделан значитель­ный шаг к адекватному воспроизведению политических взглядов класси­ков марксизма³⁷.

Комплексный анализ воззрений К.Маркса и Ф.Энгельса на бюрократию - проблему, сопряженную с марксистской концепцией демократии, - осуществил Н.Ю.Колпинский³⁸.

В той или  иной мере рас­сматривали в "новом прочтении" различные аспекты политической докт­рины марксизма в целом, его концепции демократии в частности боль­шое количество авторов:С.С.Алекееев,Е.А.Амбараумов, С.Ю.Андреев,Ю.М.Батурин ,И.Бестужев-Лада , В.Библер,Ю.М.Буртин,Ф.М.Бурлацкий,А.П.Бутенко,Г.Г.Водолазов,Д.А.Волкогонов,Л.Гозман,Л.А.Гордон,Ю.Н.Давыдов,С.Дзарасов,В.Д.Зорькин,Л.Ионин, М.П.Капустин,И.Клямкин, А.И.Ковлер,Ю.А.Красин,В.Н.Кудрявцев,Б.П.Курашвили,Б.М.Лазарев, 0.Лацис,Ю.А.Левада,Г.Лисичкин,Е.А.Лукашова, В.П.Макаренко, Р.А.Медведев,М.И.Мелкумян, А.М.Мигранян, В.С.Нерсесянц, И.К.Пантин, М.И.Пискотин,Е.Г.Плимак,Г.Х.Попов,В.З.Роговин,Я.Г.Рокитянский, А.А.Собчак,Ю.В.Феофанов,Р.И.Хасбулатов,З.М.Черниловский, В.А.Четвернин, Г.Х.Шахназаров,А.Эткинд,А.М.Яковлев,В.Ф.Яков­леви др.³⁹

Вместе с тем парадокс нынешнего состояния политических иссле­дований в странах СНГ состоит в том, что, как и в годы коммунистиче­ского диктата, беспристрастных публикаций значительно меньше, чем конъюнктурных. Волна вульгарного антимарксизма буквально захлест­нула средства массовой информации. Как уже отмечалось, сочинения современных ниспровергателей К.Маркса и Ф.Энгельса "по банальности, духовной низости, эпигонству и невежеству превысили мировые стан­дарты"⁴⁰.

Поэтому судить о подлинных политических воззрениях К.Маркса и Ф.Энгельса лишь на основании вышедшей в СССР литературы, документов КПСС или появившихся недавно в странах СНГ исследований явно преж­девременно, и стоит пока воздержаться от скороспелых или митингово-базарных оценок.

        2.В нашу задачу не входит целостная и полная реконструкция политической доктрины марксизма, хотя, несомненно, она должна быть осуществлена. Мы же будем останавливаться на ряде ее моментов по мере необходимости при исследовании марксистской концепции демокра­тии. Хотя стоит сразу же оговориться (предваряя результаты исследо­вания) , что понять специфику концепции демократии К.Маркса и Ф.Эн­гельса, без знания политической доктрины марксизма в целом невоз­можно. Ведь определяющее воздействие на характер пролетарской де­мократии, по К.Марксу, оказывают именно характер пролетарской влас­ти - диктатура пролетариата - и роль насилия в этой диктатуре.

Но и сама марксистская политическая доктрина, в свою очередь, не может быть адекватно истолкована вне контекста социальной фило­софии, экономических и философско-антропологических воззрений клас­сиков марксизма, без учета той роли, которую должно играть в постреволюционном обществе марксистское обществознание.

Поэтому первым этапом нашего исследования будет анализ марк­систской концепции демократии без учета всего теоретического кон­текста. Вторым же этапом исследования явится рассмотрение концепции демократии как интегральной части политической доктрины, а затем и всей социальной философии в целом. Лишь после завершения второго этапа исследования - синтеза - возможна аутентичная реконструкция марксистской концепций демократии.

       3.Прежде всего следует констатировать, что без преувеличения настоящей terrа incognitaв политической науке в странах СНГ яв­ляется проблема соотношения взглядов В.И.Ленина, Л.Д.Троцкого, И.В.Сталина, Н.И.Бухарина, других вождей большевизма по вопросам демокра­тии с концепцией демократии К.Маркса и Ф.Энгельса. По отмеченной выше причине связь между большевизмом и марксизмом в указанной об­ласти официальным советским обществознанием долгие годы искажалась. Мы разделяем точку зрения Л.С.Мамута, изложенную им в связи с со­поставлением политических взглядов основоположников марксизма с воззрениями В.И.Ленина, что нельзя "более отделываться одними об­щими словами типа "восстановил", "продолжил", "поднял на новую сту­пень", "обогатил", "развил". Далеко не прозрачным и простым являет­ся данное соотношение. Оперируя набором приевшихся штампов, его не раскрыть"⁴¹.

Для того чтобы выявить подлинное соотношение политических взгля­дов В.И.Ленина, других лидеров большевизма с политической доктриной классиков марксизма, необходимо новое, неконъюнктурное прочтение произведений как К.Маркса и Ф.Энгельса, так и вождей больше­визма. Проблему аутентичного прочтения классиков марксизма, неодно­кратно поднимавшуюся коммунистами на Западе по мере их прозревания (например, Э.Фишером в 60-е гг. или еврокоммунистами в 70-е гг.), впервые публично, "во весь голос" в СССР поставил в первые годы перестройки А.Н.Яковлев, продолжавший затем многократно настаивать на ее решении⁴².

Лишь после этого у советских обществоведов, давно понимавших настоятельную необходимость "нового прочтения", но не решавшихся нарушить табу, появилась возможность публично конкрети­зировать мысль секретаря ЦК КПСС применительно к своим областям ис­следования. "Новое прочтение" идейного наследия К.Маркса,Ф.Энгель­са, В.И.Ленина по вопросам государства, права и политики, продолжая мысль А.Н.Яковлева, резонно подчеркивал Л.С.Мамут, предписывает категорический отказ от презумпции непогрешимости и непререкаемости (заимствованной из арсенала богословия) идей основоположников⁴³.

Одна из специфических трудностей в исследовании марксистской концепции демократии для советских ученых до начала процесса деленинизации состояла не только в необходимости топтаться в жестко очерченном, догматизированном и канонизированном мире идей партий­ных документов, но и в обязанности неуклонно следовать за оценками и выводами анализа В.И.Ленина в ситуациях, когда предмет исследова­ния вождя большевизма и советского обществоведа совпадал.

В частно­сти, выводы В.И.Ленина в работе "Государство и революция" в отноше­нии сочинений К.Маркса и Ф.Энгельса "Манифест коммунистической пар­тии”, "18-е брюмера Луи Бонапарта", "Гражданская война во Франции", "Критика Готской программы" и других предопределяли результаты ис­следования до его проведения. Дело вовсе не в том, что В.И.Ленин всегда ошибочно интерпретировал взгляды К.Маркса и Ф.Энгельса, а прежде всего в том, что в тех случаях, когда исследователь приходил к другим выводам и оценкам, чем В.И.Ленин, у него не быловозможно­сти выразить печатно свою точку зрения. И, зная об этом, ему не оставалось ничего другого, как становиться на комментаторско-систематизаторский путь исследования и заниматься апологетикой.

Что же касается адекватности интерпретации В.И.Лениным класси­ческого наследия, то, как мы убедимся в дальнейшем, он воспринимал политические воззрения К.Маркса и Ф.Энгельса зачастую конъюнктурно, сквозь призму революционной ситуации в России летом 1917 г. или граж­данской войны, ставя во главу угла интересы завоевания и удержания власти. Кроме того, В.И.Ленин не всегда учитывал многоплановость, объемность содержания марксистской политической доктрины, противо­речивость эволюции взглядов К.Маркса и Ф.Энгельса, неоднозначность их теоретического наследия. Все это лишний раз убеждает в необхо­димости "нового прочтения".

Примером “нового прочтения" (хотя и небесспорного) многих из­вестных, а также оставшихся в тени произведений К.Маркса и Ф.Энгель­са, затрагивающих проблему демократии, может служить сборник статей и выступлений главного теоретика компартии Японии Т.Фувы "Исследо­вание демократии в научном социализме. Из опыта деятельности Маркса Энгельса, Ленина", вышедший в 1990 г. в Токио⁴⁴. То, что в КПСС с трудом пробивалось к жизни с конца 80-х гг. - свободное научное ис­следование - в компартии Японии стало явью еще в 70-е гг., когда она, перейдя на платформу еврокоммунизма, отказалась от догматичес­кого толкования социалистических идей.

           4.Первый вопрос, который перед нами встает, когда мы начинаем анализировать политическую доктрину К.Маркса и Ф.Энгельса, состоит в правомочности самой постановки вопроса о существовании классичес­кой марксистской' концепции демократии, объективности бытия этой кон­цепции.

С формальной стороны возможны два ответа: "да" или "нет". Оба они представлены в специальной литературе. Парадокс заключается в том, что и положительный ответ советской апологетической литературы, и отрицательный ответ антимарксистской литературы по сути дела тождественны в том, что фальсифицируют подлинные представления К.Маркса и Ф.Энгельса по проблемам демократии.

Однако имеется еще и третий вариант ответа, совмещающий оба подхода: "да и нет". Именно такой амбивалентный ответ попытался аргументировать В.Л.Лобер.

Обоснование им отрицательного момента амбивалентного ответа зиждется на двух посылках. Во-первых,у Маркса де отсутствуют теория демократии как таковая, подход к демократии как к абстракции, как к явлению. Во-вторых, Маркс занимается демок­ратией не самой по себе, а главным образом в связи с проблемой го­сударства. Правда, В.Л.Лобер тут же добавляет, что тем не менее под­ход Маркса к проблеме демократии через призму государства позволил ему в своих работах (называются два сочинения 1843 г.: "К критике гегелевской философии права" и "К еврейскому вопросу") поставить ряд фундаментальных вопросов, раскрывающих его понимание концепции де­мократии⁴⁵.

По нашему мнению, классическая марксистская концепция демокра­тии, безусловно, существует как сумма взглядов, система знаний К.Маркса и Ф.Энгельса по проблемам демократии, причем взглядов развиваю­щихся, неоднозначных, теоретически неравноценных, противоречивых.По своей структуре эти воззрения гетерогенны, неоднородны: одни эле­менты по своему характеру были научными и гуманистическими .другие - утопичными, идеологическими, антигуманными. В силу этого концепция не носит целостного характера, не завершена.

Говоря о марксистской концепции демократии, следует различать два момента: I) полемические взгляды К.Маркса и Ф.Энгельса по проб­лемам демократии, материализованные в текстах не непосредственно, а опосредствованно, через исследование сопряженных проблем государ­ства и путей пролетарской революции и 2) изложение ими своих поли­тических взглядов в произведениях, посвященных специально проблемам демократии.

Специальных произведений или значительных фрагментов в сочине­ниях, гдe главным объектом анализа являлась бы демократия, дейст­вительно у К.Маркса и Ф.Энгельса нет (за исключением вышеупомянутых: "К критике гегелевской философии права" и "К еврейскому вопросу"), но свое понимание проблемы демократии, свою концепцию демократии они  высказывали опосредствованно неоднократно, прежде всего через рас­смотрение трех проблем: государства, диктатуры пролетариата и путей революции.

5. Мало какие идеи К.Маркса и Ф.Энгельса в советском обществознании истолковывались столь превратно, интерпретировались так про­извольно по сравнению с подлинным смыслом первоисточников, как кон­цепция демократии. Можно выявить целую гирлянду мифологем по этому поводу в советской историографии марксистской политической мысли.

А.Один из основных, едва ли не главный политический миф, гос­подствовавший в официальном срезе общественного сознания бывшего СССР на протяжении почти семи десятилетий, заключался в том, что К.Маркс и Ф.Энгельс, указывая на установление пролетариатом демок­ратического строя, рассуждая о пролетарской демократии, подразуме­вали под этими понятиями во всех случаях установление некой особой пролетарской, социалистической демократии, на порядок выше буржуаз­ной, противоположной ей.

Во избежание недоразумений следует специально подчеркнуть, что советская политическая мифология прошлых лет, указывая на противо­положность буржуазной и социалистической демократии в концепции К.Маркса и Ф.Энгельса, имела в виду именно противоположность политических форм, политических институтов, методов и форм осуществле­ния функций государственной власти. Другими словами, речь, к приме­ру, шла отом, что К.Маркс и Ф.Энгельс уже в 1845 г. полагали, что пролетариат, устанавливая, завоевывая демократический строй, тем са­мым устанавливает принципиально новые политические институты, госу­дарственные демократические формы по сравнению с демократическими политическими институтами, существовавшими в капиталистическом об­ществе⁴⁶.

Б. Еще один миф, связанный с первым и касающийся периода ста­новления концепции марксизма, заключался в следующем: молодые К.Маркс и Ф.Энгельс в начале 40-х гг. придерживались идеалистических и ре­волюционно-демократических взглядов. По мере же того, как у них складывалось материалистическое понимание истории и осуществлялся переход от революционного демократизма к научному коммунизму, они соответственно переходили от абстрактно-идеалистического понимания проблем демократии к идее диктатуры пролетариата, знаменующей собой разрыв с буржуазной демократией⁴⁷.

В.Другая разновидность этого мифа, более распространенная, сформировалась путем умолчания проблематики демократии, которую К.Маркс и Ф.Энгельс разрабатывали на протяжении десятилетий творчества⁴⁸.Если прочитать многочисленные сочинения, посвященные становлению и эволюции политических воззрений К.Маркса и Ф.Энгельса, то сложится представление, что классики марксизма основное внимание уделяли, наряду с проблемами государства, проблемам диктатуры пролетариата. Что же касается проблем демократии, то, с точки зрения авторов этих со­чинений, К.Маркс и Ф.Энгельс их не разрабатывали, а если и затраги­вали, то мимоходом, являясь при этом адептами специфической проле­тарской демократии, противоположной "буржуазной".

Из последних работ в качестве примера упомянем книгу А.С.Ципко "Насилие лжи, или Как заблудился призрак", в которой автор в ряде случаев односторонне анализирует тексты классиков, замалчивая их концепцию демократии и не замечая, что К.Маркс и Ф.Энгельс при оп­ределенных условиях вовсе не противопоставляют диктатуру пролетариа­та "буржуазной" демократии и отнюдь не всегда пишут о необходимос­ти насилия, страха при диктатуре пролетариата. Поэтому безоговороч­ное утверждение А.С.Ципко о том, что "нетерпимость Ленина к полити­ческой свободе... от марксистского убеждения, что буржуазные права исвобода, буржуазный парламентаризм и свобода печати должны пасть в ходе победоносной пролетарской революции”⁴⁹, явно некорректно.

 Однако далее А.С.Ципко не совсем последовательно для самого себя отмечает, что учение К.Маркса "содержит в себе сразу два отри­цающих друг друга ответа... В текстах Маркса можно найти подкрепле­ние для любого экономического, политического решения"⁵⁰. Не беремся судить о всех аспектах марксизма, но концепция демократии марксизма действительно амбивалентна, хотя и не безусловно.

Основание для последнего мифа - назовем его "белое пятно демок­ратии" или "фигура умолчания" - действительно есть, на что мы уже обращали внимание. Прав в данном случае Ю.Буртин, отмечающий, что для классиков марксизма "тема демократии не имеет...самостоятельного значения, а рассматривается лишь как определенная грань двух других важнейших для них вопросов: о диктатуре пролетариата, во-первых, о судьбе государства в сложившемся коммунистическом обществе, во-вто­рых"⁵¹ .

 Но Буртин прав лишь отчасти, ибо полная правда заключается в том, что несамостоятельность тематики демократии в теоретических исследованиях К.Маркса и Ф.Энгельса отнюдь не означает, что класси­ки марксизма недостаточно внимания уделяли демократии в рамках вы­шеупомянутых самостоятельных тем, а также темы, которая почему-то вообще не упоминается Ю.Буртиным и вскользь упоминается В.Л.Лобером: проблема формально-демократического и относительно мирного пути со­циалистической революции. Последняя тема имеет самостоятельное зна­чение в теоретическом наследии классиков, она достаточно полно ими разрабатывалась на протяжении почти полувека.и непосредственно со­пряжена с проблематикой демократии.

По мнению же политических мифологов, приращение, приумножение знаний в политической доктрине марксизма произошло за счет перехо­да К.Маркса и Ф.Энгельса от представлений, основывающихся на цен­ностях политической демократии (так называемой "буржуазной демокра­тии”), к представлениям, основывающимся на ценностях диктатуры про­летариата.

Вообще-то, концепция путей революции в целом, формально-демок­ратического и относительно мирного пути в частности интерпретирует­ся вплоть до последнего времени сплошь и рядом искаженно. К примеру, Р.А.Медведев, исследуя проблему большинства в социалистической рево­люции, строит свою концепцию на основе мнения классиков марксизма, якобы категорически противопоставлявших демократические, без воен­но-бюрократической машины политические условия США и Англии, где только и был возможен относительно мирный путь, с одной стороны, иавтократические и военно-бюрократические политические условия кон­тинентальной Европы, где такой путь был-де, принципиально невозмо­жен - с другой. Однако при этом Р.А.Медведев странным образом за­малчивает важнейшие тексты позднего Ф.Энгельса, согласно которым в Германии 90-х гг. существовала конкретная возможность относительно мирного и формально-демократического пути революции, а не только принципиальная возможность такого пути в 70-х гг. в Англии иСША, а также в Швейцарии, Голландии и Франции, о чем также писали К.Маркс и Ф.Энгельс и о чем умолчал Р.А.Медведев⁵² .

Г. Поэтому мы вправе ставить вопрос о том, что к "белому пятну демократии" в историографии марксизма примыкает и "белое пятно формально-демократического пути революции".Фактической фальсификацией, также берущей свое начало от Ленина, а затем повторенной тысячекрат­но в писаниях отечественных обществоведов, вплоть до последнего вре­мени, является, во-первых, подмена анализа формально-демократическо­го - относительно мирным путем (хотя, конечно, они взаимообусловле­ны), а во-вторых, сведение всей концепции формально-демократического пути пролетарской революции, развиваемой Марксом и Энгельсом поч­ти в течение полувека, к спорадическим высказываниям Маркса 70-х гг., мол-де допускавшего принципиальную возможность такого пути в Англии и США в 70-е гг. ХIХ в. только в виде исключения⁵³.

Д. Еще один миф, искаженно отображающий марксистскую концепцию демократии, связан с ленинской интерпретацией Марксовой идеи о не­обходимости слома буржуазного государства. Этот миф в силу того,что его автором являлся В.И.Ленин, сфальсифицировавший по данной проб­леме подлинные взгляды классиков марксизма в своей работе "Государ­ство и революция", был растиражирован в советской литературе бес­численное количество раз. Напомним, что, согласно В.И.Ленину, клас­сики марксизма после революции I848-I85Iгг., сформулировав положе­ние - являющееся главным, по его мнению, в учении марксизма о госу­дарстве - о необходимости слома буржуазной государственной машина, не указывали-де при этом в 1852 г., чем сломанная государственная машина может быть заменена. И лишь после Парижской коммунны на осно­ве ее опыта К.Маркс определил те государственные институты, которые должны будут прийти на смену сломанным⁵⁴.При этом В.И.Ленин в от­личие от К.Маркса вовсе не дифференцировал содержание термина "слом" применительно к 1852г.

Е. Продолжением этого мифа является другой, состоящий в одно­стороннем преувеличении, вплоть до абсолютизации, выводов и оценок Марксом и Энгельсом политического опыта Парижской коммуны и проти­вопоставляющий "буржуазную" демократическую республику как-де госу­дарственную форму буржуазной демократии - принципиально новому типу и виду республики наподобие Парижской коммуны - Республике Советов, созданной стихийным творчеством народа и являющейся единственно адек­ватной полугосударственной формой пролетарской демократии. Нет нужды пояснять, что "великая" политическая утопия Ленина - "Государство и революция" - целиком посвящена обоснованию именно этого мифа.

И. Наконец, своего рода интегральной фальсификацией является миф, согласно которому обе концепции демократии марксистская и ле­нинская - в целом тождественны. Вслед за вождем большевизма, созна­тельно фальсифицировавшим тексты классиков с целью обосновать и "ос­вятить" ссылкой на них свою политическую доктрину и оправдать узурпацию, террор и диктатуру, установленную после Октября 1917 г. в России, такую же позицию как единственно возможную широко и усилен­но пропагандировал и официальный советский "марксизм-ленинизм". Ее придерживается, в частности, и Ю.Буртин в своей работе "Ахиллесова пята исторической теории Маркса"⁵⁶. Парадоксально, что автор, ана­лизирующий уязвимые места Марксовой теории общественного развития, солидаризируется с теми, кого он критикует - идеологами канонизиро­ванного марксизма-ленинизма.

ПРИМЕЧАНИЯ

²⁹Цит. по кн.: ЧепуренкоА. Ю. Одиссея марксизма.Указ.соч.С.6.

        ³⁰Освобождение духа.Указ.соч. С.347.

         ³¹См., например: История политических и правовых учений: Учеб­ник / Под ред. В.С.Нерсесянца. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юриди­ческая литература, 1988. С.461-500; Марксистско-ленинское учение о государстве и праве: История развития и современность/ Редкол.:Н.В.Витрук, Л.С.Мамут и др. М.: Наука, 1977. С.18-49; Маркс и сов­ременная политическая теория/ Редкол.: Г.Х.Шахназаров и др.М.: По­литиздат, 1986. - 127. с. ; История политических учений.Ч.II./Под ред. К.А.Мокичева. М.: Высшая школа», 1972. C.3-I40; имногие другие.

         ³²См.,например:Багатурия Г.А.Контуры грядуще­го. Энгельс о коммунистическом обществе М.: Политиздат,1972.С.83-84. По смежной проблеме В.А.Почепков значительной степени аутентич­но интерпретировал воззрения В.И.Ленина в работе "Ленин и проблемы мирового революционного процесса" (Л.: Изд-во ЛГУ, 1975. - 103 с.). Приходится также поражаться тому, как могли появиться на свет в конце 60-х гг. две книги по методологии обществознания, делающие честь любому издательству и в начале 90-х гг.: Историческая наука и некоторые проблемы современности. Статьи и обсуждения/Ред. кол.: М.Я.Гефтер (отв.ред.), А.Я.Грунт и др. М.: Наука, 1969. - 429 с.; Философские проблемы исторической науки / Отв.ред. А.В.Гулыга,Ю.А.Левада. М.: Наука, 1969. - 319 с.

        ³³См.: К о в л е р А. И. Исторические формы демократии: проблемы политико- правовой теории. М.: Наука, 1990. С.242-251;Л о б е р В. Л. Демократия: отзарождения идеи до современности. М.: Знание, 1991. С.19-32; КравченкоС. В поисках демократи­ческой власти // 1991. №9. С .41-49; ПастуховВ. Б. К ис­торической оценке некоторых взглядов марксизма на буржуазную демок­ратию// СГП.1990.№9. С.95-102;

 Материалы Энгельсовских чтенийсм.:МосоловВ. Г. О новых подходах в марксоведении (К 170-летию со дня рождения Ф.Энгельса) // ВИ КПСС. 1991.№ 3. С.139-142. Наряду с докладом Б.Г.Тартаковского интересны выступления Я.Г.Рокитянского и Н.Ю.Колпинского, доклад А.Ю.Чепуренко; Материалы "круг­лого стола"см.: Выгодский В. С., ФедоровскийН.Г. К новому осмыслению теоретического наследия Маркса и Энгельса// ВИ КПСС. 1990. № 9. С.148-155. Здесь по интересующей нас теме выделяют­ся доклад Н.Г.Федоровского, а также выступления Я.Г.Рокитянского, Н.Ю.Колпинского и Б.Г.Тартаковского.

      ³⁴См.:Мамут Л.С. Учение Маркса о государстве требует переосмысления //ОНС. 1991. № 5. С.100-108.

      ³⁵См.: Б у р т и н Ю. Ахиллесова пята исторической теории Маркса.Указ.соч. С.3-48.

      ³⁶См.: Круглый стол "МЭМО" по теме: "Западная демократия и проблемы современного общественного развития" // МЭМО. 1988. № 11. С.5-18; 1989. № 2. С.71-84; НВ. 1989-1992. №1-52.

      ³⁷Сравните первый и второй тома: История марксизма-ленинизма. Формирование, развитие и распространение марксизма, утверждение его в рабочем движении. 40-е годы XIX века - 1871 г./ Ин-т марксизма- ленинизма при ЦК КПСС; Редкол.: В.Ю.Самедов и др. М.: Политиздат, 1986. С.266-269 , 350-353 и др.; История марксизма-ленинизма. Марк­сизм в период формирования массовых социалистических партий IIИн­тернационала (70-90-е годы XIХ в.) Ч.I/Ин-т марксизма-ленинизма при  ЦК КПСС; Редкол.: С.С.Волк и др.М.: Политиздат, 1990.С.66-74, 85, 103-106.

       ³⁸К о л п и н с к и й Н. Ю. Маркс и Энгельс о бюрократии // ВИ КПСС. 1991. № 5. С.58-72.

       ³⁹Естественно, мы не можем привести все публикации перечислен­ных авторов. Ограничимся тем, что укажем на сборники (в хронологическом порядке), где содержатся статьи большинства из них: Иного не дано. М.: Прогресс, 1988. 680 с.; В человеческом измерении/ Под ред. и с предисл. А.Г.Вишневского. М.: Прогресс, 1989.- 488 с.; Постижение: Социология. Социальная политика. Экономическая реформа Ред.-сост. Ф.М.Бородкин и др. М.: Прогресс, 1989. - 592 с.; Пульс реформ(Юристы и политологи размышляют)/ Сост. Ю.М.Батурин.М.: Прог­ресс, 1989. - 378 с.; Осмыслить культ Сталина/ Ред.-сост. Х.Кобо. М.:Прогресс, 1989. - 656 с.; Социализм: между прошлым и будущим/ Ред.-сост. В.П.Киселев, И.М.Клямкин. М.: Прогресс, 1989. - 424 с.; Суровая драма народа: Ученые и публицисты о природе сталинизма. М.: Политиздат, 1989. - 512 с.; СССР: демографический диагноз/ Сост. В.И.Мукомель. М.: Прогресс, 1990. - 696 с.; Драма обновления/ Сост. и общ ред. М.И.Мелкумяна. М.: Прогресс, 1990. - 680 с.;Вождь. Хо­зяин. Диктатор: Сборник/ Сост. А.М.Разумихин. М.: Патриот. 1990. - 575 с.; Право и власть/ Сост. А.А.Протащик. М.: Прогресс, 1990. - 528 с.; Через тернии/ Сост. А.А.Протащик. М.: Прогресс,1990.- 792 с.

Понятно, что при этом мы не касаемся вопроса о том, в какой мере аутентично воспроизводятся политические воззрения основоположников марксизма, хотя по этому поводу как раз и существуют большие сомне­ния. Так, например, удивляет, что С.С.Андреев в своей статье "Поли­тический режим и политическая демократия" (СПН. 1992. №2-3. С.10- 22), раскрывая заявленную тему отчасти с марксистской, отчасти с большевистской позиций (что, естественно, является личным делом уче­ного), в обоснование их ухитрился делать ссылки только на Ленина, видимо, полагая, что взгляды последнего по данному вопросу тождест­венны с концепцией демократии К.Маркса и Ф.Энгельса. Еще более по­разительно, что в статье Е.Чобу, посвященной марксистской политиче­ской доктрине (См.: Ч о б у Е. Марксизм и политика // Политика (Кишинев). 1991. № 5. С .14-22), нет ни слова о концепции демократии основоположников марксизма.

⁴⁰Марксизм: проблемы, противоречия, перспективы//ВМУ.Сер.12. 1990. № 5. С.48.

⁴¹Пульс реформ.Указ.соч. С.99.

             ⁴²См.: ЯковлевА. Н. Общественные науки на новом эта­пе перестройки // ВВШ.. 1988. №2. С.7; Он же. Социализм: от мечты к реальности // К-ст. 1990. № 4.С11.

          Не случайно две уже подзабытые работы Э.Фишера в соавторстве с Ф.Мареком носят симптоматичные названия: "Что действительно гово­рил Maркс?" и "Что действительно говорил Ленин?” [Fischerе. (unterMitarbeit von M агеk F.).Was Marx wirklich sagte? Wien; Frankfurt; Zurich, 1963; FischerE., M a r e k F. Was Lenin wirklich sagte? Wien; Munchen; Zurich, 1969].

           ⁴³См.: Пульс реформ.Указ. соч. С.91; Мамут Л.С. Учение Марк­са о государстве требует переосмысления. Указ.соч.С.100-108.

          ⁴⁴См.: Фува Т. Исследование демократии в научном социа­лизме// ОMP. 1991. № 9. С.44-47.

         ⁴⁵Л о б е р В. Л. Указ. соч. C.19.

         ⁴⁶См.,например: История марксизма-ленинизма.Формирование, развитие и распространение марксизма, утверждение его в рабочем движении.Указ.соч. С.268-269; История политических учений. Ч.2: Учебник / Под ред. К.А.Мокичева.Указ.соч. С.23; Корню О. Карл Маркс и Фридрих Эн­гельс.Жизнь и деятельность. 2-е изд., доп. T.I. 1818-1844. М.: Про­гресс, 1976. С.595.

         ⁴⁷См.: История политических и правовых учений: Учебник/ Под ред. В.С.Нерсесяяца.Указ.соч.С.495-496; ОйзерманТ. И. Формирова­ние философии марксизма. 2-е изд., дораб. М.: Мысль, 1974.С.190-276.

         ⁴⁸См., например: История философии. Т.З/ Под ред. М.А.Дынника и др. М.: Изд-во АН СССР, 1959. С.39-41.

          ⁴⁹Ципко А.С. Насилие лжи, или Как заблудился призрак. М.: Молодая гвардия,1990. С.20, 47, 49-50

⁵⁰Там же. С.78.

⁵¹    Б у р т и н Ю. А. Указ.соч. С.З.

          ⁵²См.:МедведевР.А.Проблема большинства и меньшинства в социалистической революции // ВИ КПСС. 1990. № 7. С.66. Специально для Р.А.Медведева, перечисляем соответствующие, тексты Ф.Энгельса: К критике проекта социал-демократической программы 1891 года. - Соч. Т.22. С.237: К США и Англии Ф.Энгельс добавляет Францию; Социализм в Германии. - Соч. Т.22. С.252-253: Здесь упомя­нута, причем с цифровыми прогнозами, Германия. А раньше, 4 февраля 1886 г., в письме к Ф.Д.Ньювенгейсу Ф.Энгельс пишет о Голландии и Швейцарии. - Соч. Т.36. С.368-369. Голландию как предположение на­зывал  и К.Маркс. - Соч. T.I8. С. 153-154.

           ⁵³См.: Ленин В. И. ПСС. Т.37. С.104, 247.

       ⁵⁴Там же. Т.ЗЗ. С.28-31, 40-56.

    ⁵⁵Там же. С.36-56.

    ⁵⁶См.: Б у р т и н Ю.А. Указ. соч. С.5, 13.

К вопросу о критериях современной оценки марксизма

Продолжаю печатать частями, по мере исправления ошибок сканирования, свою старую,двадцатилетней давности, научную монографию  - Волков-Пепоянц Э.Г. МЕТАМОРФОЗЫ И ПАРАДОКСЫ ДЕМОКРАТИИ. ПОЛИТИ­ЧЕСКАЯ ДОКТРИНА БОЛЬШЕВИЗМА: ИСТОКИ, СУЩНОСТЬ, ЭВОЛЮЦИЯ, АЛЬ­ТЕРНАТИВЫ. 19I7-I929 гг. В 2-х книгах. Кн.1. - Кишинев: “LEANA”.1993. - XXXII+ 464 с.

Глава первая. СОДЕРЖАНИЕ И ЭВОЛЮЦИЯ КОНЦЕПЦИИ ДЕМОКРАТИИ К.МАРКСА И Ф. ЭНГЕЛЬСА

1.1.К вопросу о критериях современной оценки марксизма

Объектом нашего исследования является политическая доктрина марксизма в целом, марксистская концепция демократии в частности: ее суть и эволюция как источника (вне зависимости от того единствен­ный это источник или один из нескольких) политической доктрины боль­шевизма в целом, концепции демократии в частности.

На протяжении своего полуторавекового существования, прежде все­го в XX в. , в зависимости от исторической конъюнктуры "рейтинг" марксизма, как общественной науки среди ученых то взмывал вверх, то опус­кался вниз.

В настоящее время, особенно после начавшегося процесса декоммунизации Восточной Европы и СССР, а теперь стран СНГ, перепадов в оценке практически больше нет. В лучшем и теперь редком случае го­ворят "просто" о кризисе марксизма, теории и практики коммунизма, в подавляющем же большинстве - о крахе, крушении их.

Известный американский социолог' и политолог З.Бжезинский в сво­ей книге "Большой провал. Рождение и смерть коммунизма в двадцатом веке" выносит марксизму, как уже явствует из названия, не подлежа­щий обжалованию вердикт: смерть в конце XX в. Но в то же время, не­смотря на констатацию смерти, создает ему должное, отмечая, что марк­систское понимание истории - часть мирового интеллектуального нас­ледия¹.

Его соотечественник публицист К.Рен удивляется: "Сюрприз сос­тоит не в крахе коммунизма, а в том, что он прожил так долго"². Из­вестный советолог Дора Штурман в своей небольшой по объему книге (161 с., но перевешивающей содержательностью сотни, если не тысячи томов апологетической и догматической литературы) подвергает "кон­структивно-злокачественный марксизм" холодно-безжалостному, в боль­шинстве случаев снайперски точному анализу, не оставляющему ему ни­каких шансов на спасение³.

В отличие от этих авторов французский мыслитель Л.Сэв надеется на второе дыхание коммунизма и творческого марксизма⁴. Долгую жизнь творческому марксизму прочит и современный английский марксист Г.Макленнан, но уже в качестве не монистического, а "плюралистического марксизма", предполагая, что марксистская методология общественного развития на макроуровне может быть дополнена плюралистическими ис­следованиями на мезо- и микроуровне⁵.

В советском обществознании на рубеже 1988-1989 гг. начался от­крытый поэтапный процесс критического переосмысления марксизма, пов­торяющий путь, аргументы и взгляды западных исследователей (с опоз­данием соответственно на полвека, на 70 лет, на век): от критики сталинизма через критику большевизма, ленинизма к критике марксизма.

Мы оставляем вне поля зрения детальный анализ и оценку всей перестроечной советской марксоведческой и марксологической литера­туры⁶.  Но прежде чем перейти к анализу политической доктрины марк­сизма, необходимо прояснить несколько вопросов методологического ха­рактера, относящихся к марксизму в целом.

      1.В специальной литературе были обозначены три подхода к марк­сизму ("ортодоксальный", "ревизионистский", "нигилистический") со­ветских (а ныне стран СНГ) обществоведов в последние 3-4 года⁷. На первый взгляд с такой группировкой можно было бы согласиться, тем более, что подобные направления (и не только они) давно известны на Западе.

Резюмируем лейтмотив каждого из них.

     1.1.Приверженцы ортодоксального направления стремятся рекон­струировать "аутентичный" классический марксизм, сфальсифицирован­ный и дискредитированный, по их мнению, недобросовестными последова­телями, псевдомарксистами, о которых еще К.Маркс говорил: "Ясно од­но, что сам я не марксист"⁸. Поэтому необходимо (а ряд ученых по­лагало, правда, их мало, что и достаточно) очистить марксизм от всех последующих искажений, по-новому его прочитать, верно проинтерпрети­ровать. "Вина" же за реально существовавший казарменный "коммунизм", тоталитарный режим, ГУЛАГ лежит не на К.Марксе и его теории, а на И.В.Сталине (об этом в СССР стали говорить с 1956 г.) или В.И.Ленине (публично последние 2-3 года), которые действовали вопреки истинным, сак­ральным максимам марксизма.

     1.2.Сторонники ревизионистского направления (в прямом, букваль­ном смысле слова "revisio" (лат) - пересмотр, без традиционного идеологического истолкования и оценки) полагают, что марксизм, как всякая общественная теория, ограничен в силу естественной "текучес­ти" общественного бытия, отражением которого он был, относительнос­тью многих "истин" марксизма. Поэтому необходим критический пере­смотр всего марксизма, всех его доктрин и концепций, с тем чтобы выяснить, какие из положений этого учения, истинные в НХ в., устаре­ли в XX в. и не применимы к новым реалиям, какие из них остаются истинными и поныне сохраняют эвристическую ценность и практическую значимость. Вместе с тем творческий марксизм формулирует и принципиально новые выводы, адекватные новой эпохе, ее новым вызовам.

Тот же "марксизм", который был известен миллионам советских людей на протяжении более 70 лет, был выхолощен, вульгаризирован задогматизирован, представлял собой нечто наподобие "гербария ци­тат", давно лишенный какой-либо связи как с собственным конкретно историческим контекстом, так и с современной жизнью и вследствие этого использовавшийся партийными бонзама и их идеологической об­слугой по мере надобности.

      1.3.И, наконец, согласно нигилистическому направлению доктри­нальные основы марксизма изначально ненаучны, иллюзорны, утопичны, Прежде всего они повинны в бедах "советских" людей, тупиковом пути развития общества в СССР, системном кризисе. Данное направление пышно расцвело в последние пару лет в публицистике стран СНГ.

Нам думается, что некорректно мнение, согласно которому "все три подхода имеют право на существование"⁹.

Во-первых,очевидно, что первое и второе направления взаимодо­полняемы. Нельзя всерьез утверждать, что достаточно только вернуть­ся к подлинному смыслу текстов К.Маркса и этим ограничиться, без того, чтобы одновременно не привести, хотя бы даже и "очищенное", подлин­ное учение К.Маркса в соответствие с реалиями конца XX в. Конечно, речь идет о тех концепциях этого учения, которые, сохраняя моменты истины, способны изменяться адекватно новому историческому, куль­турному контексту.

Во-вторых,в определенном смысле взаимодополняемы для бесприст­растного критического осмысления, пересмотра и развития марксизма первые два направления с третьим. Речь в данном случае идет о тех или иных отдельных положениях марксизма в экономических, политичес­ких и социологических науках. Вполне естественно, что они aprioriмогли быть изначально ошибочны, и необходимо это проверить, исходя из современного состояния мировой экономической, социологической и политической науки. Однако также понятно, что направление, отрицаю­щее изначальную истинность, эпистемологическую ценность всех основ марксистской политической или экономической концепции, никак не может служить дополнением к первым двум.

Таким образом, первые два направления вместе с ограниченным в указанном смысле третьим являются взаимосвязанными моментами любого объективного исследования то ли марксизма в целом, то ли отдельных составных частей, доктрин, концепций и имеют право на существование (за исключением нигилистического подхода в целом) в рамках систем­ного исследования марксизма, но никак не в качестве трех самостоя­тельных равноправных подходов.

Подобный критически-системный подход к кризису марксизма при­сущ многим "советским"ученым¹⁰.

Подытожил первый раунд "боя" советских марксологов (представи­телей второго и третьего направлений) с К.Марксом или его "тенью" А.Ю.Чепуренко в ряде своих публикаций¹¹.

"Прежде всего отмечу, -  резюмирует ученый, - что нынешние критики Маркса в советской лите­ратуре делают, как правило, шаг назад по сравнению и с западными коллегами, и со своими предшественниками на родине. Этот шаг видит­ся мне в том, что данная критика не носит имманентного характера, т.е. не идет по пути внутренних логических противоречий в системе Маркса или расхождения его творческих положений с той реальной об­щественной практикой, отражением которой они должны были быть. Кри­тика эта ведется "извне", с позиции позитивизма и эмпиризма, при­чем опровергаются выводы, сделанные в определенное время и на конк­ретном историческом материале, и сопоставляются они с совершенно иной современной исторической реальностью. Таким образом, если за­падная критика стремится к "снятию” марксизма, то большинство наших критиков... предлагают голое эго отрицание".

А.Ю.Чепуренко, безусловно, прав, говоря о необходимости имма­нентной критики, отыскания внутренних противоречий то ли в отдельно взятой доктрине марксизма, например, политической доктрине, то ли в марксизме в целом, а также выявления степени адекватности доктрины или марксизма в целом конкретному культурно-историческому контексту, отражением которого они должны были быть.

Однако обществознание в принципе в силу своей атрибутивной спе­цифики не может установить научность той или иной концепции, доктри­ны, теоретической системы, осуществляя лишь ту процедуру, которую предлагает ученый. Безусловно, необходима и та процедура, которую пытается "дезавуировать" А.Ю. Чепуренко: соотнесение тех или иных положений, концепций, доктрин марксизма не только с "теми", "тогда" и "там” условиями, но и с "этими", "сейчас" и "здесь".

Только таким образом можно установить истинность тех или иных максим классического марксизма применительно к современному прост­ранственно-временному континууму, а значит, и решить проблемы: ус­тарел ли марксизм или нет; если да, то в чем и в какой степени; переживает ли он кризис (а кризис именно в том и выражается, что ос­новные максимы тех или иных доктрин, концепций более не адекватны изменившимся условиями, но тем не менее сохраняется возможность на основе методологического инструментария и главных постулатов пере­осмыслить и развить их дальше) или крушение (в этом случае такой возможности на почве марксизма уже нет)?

Кроме того, думается, неправомерно называть "голым" такое от­рицание марксизма, которое зиждется на доказанности неадекватности тех или иных положений марксизма современным общественным реалиям; "голым" можно назвать лишь такое отрицание, когда отбрасывается мысль, идея К,Маркса, сохраняющая значение для современности.

 Без конкретного исследования публикации каждого из советских критиков марксизма мы не беремся судить о том, у кого из них отрицание марк­сизма является "голым", а у кого - "снятым". Единственно, что мы знаем достоверно, так это то, что процедура, которую критикует АЮ.Чепуренко, не является свидетельством голого отрицания.

           2.В связи с вышеизложенным становится понятной необходимость прояснить, казалось бы, элементарный вопрос: какое содержание вкла­дывают критикующие и хоронящие учение К.Маркса в понятия "марксизм", "классический марксизм", "творческий марксизм", "современный марк­сизм"?

           Без ответа на этот вопрос все рассуждения о кризисе или тем более кончине марксизма будут голословны и малодоказательны, ибо всегда остается вероятность, что за границами того, что критикующий считает марксизмом, осталась какая-то его существенная теоретичес­кая часть, сохраняющая свою истинность. Или же критикуемое положе­ние не составляет существа концепции, а находится на ее периферии.

Проблема не так проста, как может показаться на первый взгляд. В течение более чем 70 лет коммунистический режим в СССР мог исполь­зовать понятие "творческий марксизм” (и "современный марксизм") в пропагандистских целях именно вследствие неопределенного, абстракт­ного и многозначного соотношения указанных понятий.

К примеру, в "Кратком курсе истории ВКП(б)” много и правильно писалось о необходимости творческого развития марксизма, борьбы с догматизмом: "Овладеть марксистско-ленинской теорией - значит обо­гащать эту теорию... новыми положениями и выводами, уметь развивать ее и двигать вперед, не останавливаясь перед тем, чтобы, исходя из существа теории, заменить некоторые ее положения и выводы, ставшие уже устаревшими, новыми положениями и выводами, соответствующими но­вой исторической обстановке.Марксистско-ленинская теория есть не догма, а руководство к действию"¹³.

Приведенная цитата, в той части, которая касается "некоторых положений", справедлива. Но бросается в глаза, что, согласно "Кратко­му курсу...", только они - некоторые положения и выводы - и могут устаревать и заменяться новыми. Основное же содержание марксизма, его сердцевина остаются неизменными, неприкосновенными вопреки го­лословному призыву о необходимости развивать и двигать вперед марк­сизм. А это и означает, что марксизм догматизируется.

Вернемся к основной канве изложения. В нашу задачу не входит специальное рассмотрение вопроса о взаимоотношении указанных поня­тий. Но все же думается, что мы не очень погрешим против истины, ут­верждая, что подлинное положение дел по данной проблеме весьма да­леко от того вульгаризованного и догматизированного представления о содержании классического марксизма, которое господствовало в совет­ском обществознании на протяжении долгих лет.

Именно поэтому объективный подход предполагает, что критике марксизма должно предшествовать выяснение вопроса о его содержании, структуре и сущности. Как бы мы не оценивали современный марксизм, на вышеперечисленные вопросы долины быть даны беспристрастные отве­ты. В этом пункте исследователь может споткнуться (и чаще всего и спотыкался в публицистике стран СНГ) о первый камень преткновения - свое понимание тех проблем, которые анализировал К.Маркс.

Ведь критика какой-либо доктрины классика марксизма, например политической, осуществляется в лучшем случае с определенной теорети­ческой позиции (которая, в свою очередь, должна быть подвержена кри­тической проверке) или же исходя из стереотипов обыденного сознания. Критика марксизма всегда будет ограничена горизонтом критикующего, в том значении термина "горизонт", в котором его использует Х.-Г.Гадамер¹⁴.

Хорошо, когда критика ведется, причем последовательно, спози­ции известного политического течения, например либерализма и неоли­берализма. Однако чаще всего случается вариант, в частности в нашей публицистике, когда позиция критикующего представляет из себя эк­лектический конгломерат различных политических течений, и тогда вполне вероятна ситуация, при которой положения политической док­трины марксизма критикуются с точки зрения разных общественно-поли­тических течений. Критика такого рода не может считаться обоснован­ной.

Один из парадоксов марксологии стран СНГ состоит в нигилисти­ческом подходе, тотальном отрицании марксизма со стороны людей, опе­рирующих понятийно-категориальным аппаратом классического марксиз­ма, использующих методологию К.Маркса, его стиль мышления и не замечающих этого. К их числу B.C.Степин относит известных российских  критиков последнего времени - А.С.Ципко, Ю.Буртина¹⁵.

           3.Далее необходимо выяснить, о кризисе (крахе) какого марксиз­ма так много пишут и говорят сейчас - классического (К.Маркса и Ф.Энгельса) или одной из версий "творческого" марксизма, "неомарк­сизма” (Г.В.Плеханова,К.Каутского,Ю.О.Мартова,В.И.Ленина,Л.Троцкого,И.В.Сталина,Н.И.Бухарина, Р.Люксембург, Д.Лукача, К.Корша, Р.Гароди, И.Альтюссера, Э.Фишера, Ф.Марека, Г.Петровича, советского "марксизма-ленинизма" и т.д.)¹⁶.

Официальный советский "марксизм-ленинизм", как известно, отри­цал саму возможность существования различных равноправных версий творческого марксизма, множество интерпретаций его. Даже уже в пе­рестроечное время, в 1986 г., в коллективной монографии "Маркс. Философия. Современность" подобная постановка вопроса безусловно  отвергается¹⁷.

В отличие от "марксизма-ленинизма" западные ученые придержива­лись диаметрально-противоположного мнения. В XX в. возникали целые школы, направления интерпретаторов теоретической системы К.Маркса. Вовсе не случайно середину XX в. называли даже периодом интерпрета­ций К.Маркса. Именно поэтому Д.Гэлбрейт в своем сочинении "Язык эко­номики" писал: "С библейских времен нет другой великой личности, чье творчество подвергалось бы столь различным интерпретациям, как твор­чество Маркса... Он является единственным писателем с библейских времен, толкование трудов которого является не просто предметом на­учного исследования, а профессией"¹⁸.

В последние несколько лет все большее количество обществоведов стран СНГ стали обосновывать право на существование различных вер­сий марксизма. Так, к примеру, Ю.Н.Солонин утверждает, что имеющие­ся "версии марксизма различны по своему тематическому кругу, мето­дологическим ориентациям, степени обобщения и философских притяза­ний. Вопрос о предпочтительной адекватности какой-то одной или нес­кольких избранных версий "истинному" марксизму, - полагает он,- ед­ва ли имеет реальный смысл. Весьма допустимо, что с учетом различ­ных условий и обстоятельств социальным смыслом могут обладать ряд альтернативных или сопряженных интерпретаций"¹⁹.

Размышления К.Э.Разлогова близки к лейтмотиву суждений петер­бургского философа: "Марксизм вовсе не один и не един. Отечественная линия, условно говоря, марксизм-ленинизм, - лишь один из многих воз­можных и реализованных вариантов подхода по пути, предначертанному (предначертанному ли?) Марксом. Поэтому главное в судьбах марксиз­ма - выяснить, на какую почву он ложится и как он с этой почвой соотносится... Ясно, что идея коммунизма, по Марксу, возникла на базе вполне определенной историко-культурной и философской традиции (условно назовем ее западно-европейским рационализмом), а в России она попала в принципиально иную социокультурную среду, которая ее и трансформировала, порой до неузнаваемости"²⁰ .

В.С.Степин проводит аналогию между многообразием версий марк­сизма и многообразием течений и версий христианства, отмечая при этом, что любая аналогия правомерна только в определенном измерении (в данном случае - как соотношение ядра и интерпретаций течения, ока­завшего влияние на судьбы человечества)²¹ .

В.П.Макаренко насчитал 25-30 мыслителей, которые оставили соб­ственную интерпретацию марксизма до настоящего времени²².

Перечень имен и схожих высказываний можно было бы продолжить. Материалы дискуссий "круглых столов" печатались в журналах, моногра­фиях, к ним мы и отсылаем читателя²³.

Проблема множественности версий марксизма, плюрализма интерпре­таций требует специального исследования. Причем необходимо начать с выяснения исходного термина "интерпретация".

Далее следует определить, установить, что интерпретируется: классический марксизм как наука, как система истинных положений иликлассический марксизм как идеология, как система ценностей. Оценивая марксизм под углом зрения его исторической роли, современного сос­тояния и будущей судьбы, надо четко различать две названные ипоста­си, хотя они функционально и в значительной мере и содержательно, как правило, взаимосвязаны. С точки зрения истинности или ложности свое­го содержания марксизм как особая система общественных наук, претен­дующая на самостоятельное бытие, изначально не должен был в принци­пе существовать. Первый день творения марксизма как самостоятель­ной теоретической системы, содержащей в себе хоть крупицу научной истины в той или иной отрасли обществознания, должен был быть и его последним днем.

Марксизм имел и имеет право на существование как особая идео­логия пролетариата, выражающая и защищающая его интересы, как осо­бая утопия "научного социализма", как особая философская система диалектического и исторического материализма, но только не как по­зитивная общественная наука и не как методология общественной науки. Не должно было быть изначально особой, самостоятельной марксистской социологии, особой, отдельной марксистской политологии, особой, са­мостоятельной марксистской экономической науки и т.д., претендующих на исключительную истинность своих положений по сравнению с другими научными школами, течениями, направлениями обществознания.

Так же, как нет особой ньютоновской физики (о "ньютоновской фи­зике" можно говорить лишь в условном смысле), а есть совокупность от­крытий, законов Ньютона, его вклад в приращение знаний в физике, точно так же нет и не может быть в принципе особой марксистской со­циологии или особой марксистской политологии, а есть лишь вклад Маркса и Энгельса в эти науки.

Те немногие положения классиков марк­сизма, которые изначально были истинными, но перестали быть таковы­ми в последующем, способствовали приращению истин той или иной нау­ки, к примеру политической (в позитивном или негативном плане – не суть важно), были "сняты" в процессе ее развития, стали неотъемле­мым, хотя к пройденным моментом ее истории. Что же касается тех не­многих максим, которые сохранили истинность или эвристическую цен­ность вплоть до настоящего времени, то они должны соответственно "раствориться" в социологии, политологии, экономической науке и т.д„ а не претендовать на самостоятельное бытие. Таким образом,то , что было или осталось истинным в марксизме, является научным, а не ил­люзорным, ложным и не терпит крах, а ассимилировано или ассимили­руется соответствующей специальной наукой. Потерпела крах особая миссия классического марксизма быть наукой наук.

Поэтому как ни надеется П.К.Гречко, что не сбудется пессимистическое пророчество Л.Колаковского: "Марксистская концепция как самостоятельная школа мысли будет становиться с течением  времени все более неопределенной и в конечном счете исчезнет вовсе...то же, что является перманентным в творчестве Маркса, будет ассимилировано естественным процессом научного развития" ²⁴, - его мечте не суж­дено исполниться, а Л.Колаковский в процитированном фрагменте не "пессимистически пророчествует”, а высказывает мысль, безусловно очевидную для любого, не зашоренного догмами и мифами разума. Вместе с тем специально подчеркнем, что суждение Л.Колаковского правильно лишь по отношению к марксизму, выступающему в ипостаси науки.

Именно исходя из сказанного, марксизм как целостная система научных знаний, претендующий на обладание подлинной истиной, был изначально мертворожденным дитем. В то же время марксизм шел и имеет право на бытие в качестве отдельной школы, направления обществознания, специфических подходов, методов познания общественных феноменов наряду с другими в рамках той или иной науки и научной методологии и, конечно, в тех пределах, пока те или иные его поло­жения сохраняют свою истинность или эпистемологическую значимость.

Сам же вопрос о крахе марксизма (в отличие от состояния кризиса, что естественно для развития науки в период смены парадигм) не воз­никал бы вовсе если бы ортодоксальные марксисты и официальный "марксизм-ленинизм" (мы выносим в данном случае за скобки вопрос о фак­тах догматизации, вульгаризации - вплоть до фальсификации - марк­сизма ленинизмом/большевизмом и официальной советской идеологией), во-первых, не претендовали на особую историческую миссию в обществознании - монопольное владение научной истиной, во-вторых, не стре­мились идеи, истинные в одном определенном конкретно-историческом контексте, объективировать в другом пространственно-временном континууме. И понятно, что классики марксизма в полной мере (ибо час­тичная вина есть и у них) не несут ответственности за подобное об­ращение с их теоретическим наследием.

Совсем другую роль выполнял и выполняет марксизм в качестве системы ценностей, идеологии рабочего класса, социалистической и коммунистической утопии, системы философии, и поэтому ему уготовле­на иная судьба в обозримом будущем. В отличие от первой ипостаси в этом случае, конечно, ни о каком крахе марксизма в принципе не при­ходится говорить, а лишь о его глубоком кризисе. Последнее обстоя­тельство обусловлено тем, что формирующийся марксизм объективно от­разил квинтэссенцию значительных сегментов общественного сознания и психологии эпохи индустриализации и модернизации, выразил интересы и идеалы низших по социальному положению групп людей этой эпохи, прежде всего пролетариата, и связан с реализацией вековой мечты обездоленного человечества, бедных слоев общества о справедливом обще­ственном устройстве именно в условиях раннекапиталистического и раннеиндустриального общества и как раз пролетариатом.

А.Улам, анализируя причины всемирного значения многих идей Маркса и Энгельса, совершенно правильно увидел их в том, что эти идеи соответствовали двум величайшим тенденциям индустриального века: "преклонению перед наукой и механизацией, безграничной вере в их способность преобразовать человечество и, напротив, - протесту про­тив бездушия и разрушительного характера века машин. Каждое общест­во, - отмечал американский советолог, - приступающее к индустриали­зации и модернизации, имеет свой "марксистский" период, когда неко­торые идеи Маркса соответствуют проблемам этого общества и прелом­ляются в повседневных чувствах народных масс, даже если имя Маркса и его учение им неизвестны. Отсюда притягательная сила марксизма и квазимарксистский характер социального протеста во многих регио­нах"²⁵. И далее Улам правомерно подчеркивает, что источник истори­ческого влияния марксизма можно выявить лишь в том случае, если мы осознаем, насколько часто в разных районах мира вновь складывалась и продолжает складываться вплоть до наших дней социальная и интел­лектуальная обстановка, сходная с той, которая существовала при Марксе.

Конечно, в постиндустриальных странах в условиях современной технологической революции и вытекающего из этого принципиального из­менения позиции и функции работника производства в производственном процессе и как следствие изменения места и роли его в социальной и политической сферах, образовании, культуре «"марксистский" пери­од» давно канул в Лету. И хотя марксистская традиция неразрывно связана с судьбою социалистической идеи и низшие слои общества, сос­тавляющие уже меньшинство, а не большинство и потерявшие надежду кардинально изменить свой социальный статус, стихийно продолжают тя­нуться к социализму, но новая общественная реальность в этих стра­нах создает потребность в новом видении социализма, исходящем не из структурной модели, а из системы гуманистических и коллективистских ценностей. Принципиальное отличие двух парадигм состоит в том, что ценностный подход к социализму ориентирует не на разрушение сущест­вующих общественных структур, чтобы после этого согласно умозритель­ному проекту строить социализм чуть ли не с чистого листа. Ценност­ный подход, по справедливому замечанию Ю.А.Красина, "ориентирует на исследование реальных тенденций и возможностей реализации ценнос­тей социализма в конкретный исторический период в конкретном обще­стве, на поиск сил, способных двигаться в этом направлении...От мак­сималистских утопий необходимо перейти к реальным социалистическим программам, приземленным на конкретную национально-историческую почву и потому выполнимым и эффективным"²⁶.

Конечно, в марксистском "научном социализме" содержались опре­деленные элементы научного (в пределах пространственно-временного континуума середины XIX в.) исследования. Но они, как и вообще рад других теоретических выводов классиков марксизма, сделанных на основе аналогичных полноценных научных исследований (к примеру эко­номических), выступая в несвойственной им роли идеологии (в этом случае выводы по форме становились категорическими, претендовали на непогрешимость, на то, чтобы выступать как истина в последней инстан­ции), быстро теряли свою научность.

Возвращаясь к современной оценке марксизма в его первой ипос­таси, надо четко, в свою очередь, различать два тесно связанных меж­ду собой аспекта (понятно, что эти два ракурса относятся и к марк­сизму во второй ипостаси): вульгаризированная и фальсифицированная версия марксизма, идущая от В.И.Ленина (мы в данном случае не диф­ференцируем сознательную вульгаризацию и фальсификацию марксизма и естественную его модификацию в результате адаптации к условиям Рос­сии) и достигшая пика своего развития при И.В.Сталине, и аутентич­ная версия классического марксизма. И как ни важна задача очищении классического марксизма от вульгаризации, примитивизации и фальсификации, тем не менее первоочередной (конечно, после процесса очищения) является оценка именно классического научно-теоретического марксизма, выяв­ление его исторических границ, предела познавательной возможности.

И вот тут нас и поджидает еще одна трудность: а что такое, соб­ственно говоря, представляет собой классический марксизм независимо от его ипостаси? Ответ на данный вопрос тем более важен, что если мы отрицаем самостоятельное существование марксизма как науки и признаем самостоятельное бытие отдельных его положений лишь в рам­ках тех или иных наук, то и понятие "творческого развития" марксиз­ма как такового теряет смысл (можно говорить о .марксистской тради­ции), а остается лишь понятие интерпретации, предполагающее по срав­нению с творческим развитием весьма свободное и вольное обращение с текстами классиков марксизма. Л.Альтюссер, как известно, предполага­ет особое "симптомное" чтение работ Маркса, вскрывающее под скорлу­пой экзотерического изложения истинные, часто не осознанные даже их автором предпосылки и осознания. Повествовательно-описательные струк­туры текстов, по мнению французского ученого, при таком чтении ока­зываются симптомами каких-то иных содержательных слоев и смыслов. Симптомное чтение служит ключом к расшифровке различных авторских недомолвок, умолчаний, оговорок²⁷.

Безусловно, классический марксизм - это, во-первых, прямой смысл высказываний (в семантическом контексте) Маркса и Энгельса, проин­терпретированный ими самими, во-вторых, это прямой смысл высказыва­ний классиков, но ими самими не истолкованный. Оба момента состав­ляют первый "пласт" классического марксизма. За пределами первого "пласта" как раз и находится второй "пласт" смыслов, содержащихся пока еще в латентной форме в полном корпусе текстов классиков. Они (эти смыслы) и подлежат выявлению путем симптомного чтения, зачастую уже в ином конкретном культурно-историческом контексте.

Но очевидно, что трудности ожидают исследователя не только при симптомном чтении. И при истолковании прямого смысла высказываний в обоих отмеченных вариантах возникают сложности, особенно, естествен­но, во втором варианте. В последнем случае трудности интерпретации возникают в ситуации, когда высказывания, смысловая единица текста, весь текст, вследствие абстрактности формулировок принципиально до­пускают разное толкование. Кроме того, дифференциация в интерпре­тации является следствием как различий между субъектами интерпрета­ции, так и разных конкретно-исторических условий, в которых приме­няются эти высказывания. Однако и первый вариант тоже вызывает по­добные сложности интерпретации, так как даже прямой смысл высказы­ваний, истолкованный самими Марксом и Энгельсом, может пониматься неоднозначно опять-таки вследствие различий исторических, теорети­ческих, психологических и иных горизонтов субъектов интерпретации, и,следовательно, даже в этом случае проблема "прямого смысла" тре­бует своего решения.

Предположим, что смысловое поле аутентичного (того пространст­ва подлинных смыслов, которое хотели высказать и высказали сам Маркс и Энгельс) классического марксизма уже определено, т.е. установлен весь круг вопросов, поднимаемых классиками, и полный перечень их пря­мых ответов на эти вопросы. И вот тогда возникает парадоксальная си­туация: в ином культурно-историческом контексте и в иной "голове" интерпретатора прямые высказывания К.Маркса и Ф.Энгельса приобрета­ют другое и даже принципиально другое, чем то, что они хотели выс­казать и высказали, значение.

В связи с этим возникает вопрос: правомерно ли в таком случае новые, иные (не Марксовы и не Энгель­совы) смыслы классических (Маркса и Энгельса) текстов считать "клас­сически марксистскими" или все же у них иной "отец"? Ведь одно дело недоговоренности, оговорки классиков, которые позволяют реконструи­ровать в процессе симптомного чтения недостающие логические звенья в их концепциях, другие, неизвестные смыслы, но сопряженные с изве­стными Марксовыми (Энгельсовыми) смыслами, и совсем иное дело - прин­ципиально другой смысл, который не хотели высказать, не высказывали и в принципе не могли высказать К.Маркс и Ф.Энгельс (ибо они обобща­ли принципиально иной конкретный социокультурный контекст).

На поставленный нами вопрос об авторстве новых смыслов (т.е. новой интерпретации) текстов классиков однозначного ответа в принципе быть не может. С одной стороны, новые смыслы классических текс­тов, конечно, не являются ни классически марксистскими, ни вообще Марксовыми (Энгельсовыми), и поэтому К.Маркс и Ф.Энгельс не несут прямой ответственности за новое "звучание" своих текстов.

Но с другой стороны, ведь именно их тексты, их идеи (а не тексты, идеи других мыслителей) послужили т