Надя принудительно увела себя с кухни и для большей убедительности почистила зубы. Было съедено в такой последовательности: куриная котлета с гречневой кашей, кофе с мороженым «Терамису», кусок красной рыбы на хлебе со сливочным маслицем, сыр, привезенный Ильей из Амстердама, кусок ветчины, принесенный бабушкой, и, наконец, остатки сладкого варенца с белым хлебом. Полдвенадцатого, правда, собирается смотреть вторую серию с Евтушенко, и телевизор у нас на кухне.

Евтушенко показался неинтересным. Странное дело, некоторые просто болтают, а слушаешь, открыв рот. Здесь же и фактура и, вроде, харизма, и сюжеты и персонажи… И не интересно. Может, анонсами перекормили, в которых он, в общем, уже сказал всё главное? Да и не верю я ему. И еще Волков мешает: Евтушенко пригласил его к себе, а тот тянет на себя одеяло телеформой. Диссонанс...

Седьмого ноября были с Надей в Калинине. Вечером сидели у Толи, приехал Ларин, и я его с ней познакомил: это тот, кто пришел к нам в группу после того, как не поступил в Бауманку, это та, которая в ней училась. Со сдержанным пафосом, немногословно подняли тост за праздник, «уважаю», - Ларин выразил общее настроение. Это было, разумеется, кокетство. Уважать было нечего: Андропов уже не появлялся (почка), кто будет следующий было неизвестно и не интересно – ясно, что такой же. Знали про войну в Афганистане и мрачный «груз-200»; Надя еще до замужества, в 79-м, ездила на похороны двоюродного брата Василия куда-то в бездорожье Курской области.

Знали, что убили Индиру Ганди – похороны показывают по телевизору, вглядываюсь в мелькающее в языках пламени тело, запеленутое во что-то белое - инфернально, жутковато; переброска рек, - красиво, из фантастического романа, плаксиво выступающий против писатель Распутин не убеждал, скорее, раздражал. О симметричном бойкоте нашими олимпийских игр в Америке не помню; из трех знаменитых эмигрантов (Аксенов-Любимов-Тарковский) знал только последнего, зато запомнил курчавого, миловидного умницу Платини французской сборной, забившего девять из четырнадцати голов на чемпионате Европы, - хотя футболом не интересовался, - только хоккеем, а к тому времени уже и хоккеем.