Они начинают о чём-то догадываться, что-то подозревать

"Панове, я вчора дізнався те, чого більшість не знає, хоча великою часткою здогадується. Вважайте, від особистих надійних джерел я отримав підтвердження, - штурм Адміністрації президента та побоїще біля неї були спровоковані та замовлені ворожими Україні силами.

Панове, опозиція не "зливає протест". Опозиція намагається втримати в рівновазі ситуацію, навмисне викликану людьми, які нас щиро ненавидять. І від того, наскільки влада та опозиція зможуть зараз домовитися, залежить, чи вийде наша незріла країна з цієї заварушки неушкодженою.

Панове, мені пох, що написане вище звучить як слоняче лайно та цілковитий конформізм. Просто я дещо дізнався, і це дещо примусило мене схопитись за голову. В цій роздачі граємо не ми, а грають нас. Гарячим та щирим хлопцям, які вирішили, що прийшла революція, і настав час діяти силовими методами, я скажу: наскільки ви мені довіряєте, настільки спробуйте стримати себе.

Так, я це кажу - НЕ ПІДДАВАЙТЕСЯ НА ПРОВОКАЦІЇ. Нами крутять, як циган сонцем. І якщо їх план ще не реалізований до кінця, мені страшно уявити, які сюрпризи нам приготовані."

"Господа, вчера я узнал то, о чём большинство не знает, хотя большей частью догадывается. Считайте, из собственных надёжных источников, я получил подтверждение, - штурм Администрации президента и побоище возле неё были спровоцированы и заказаны враждебными Украине силами.

Господа, оппозиция не "сливает протест". Оппозиция пытается удержать в равновесии ситуацию, специально вызванную людьми, которые нас искренне ненавидят. И от того, насколько власть и оппозиция смогут сейчас договориться, зависит, выйдет ли наша несозревшая страна из этой заварушки невредимой.

Господа, мне похуй, что написанное выше звучит как слоновье говно (узкоязычный хотел написать "говно мамонта", но не сообразил, как это сделать) и полнейший конформизм. Просто я кое-что узнал, и это кое-что заставило меня схватиться за голову. В этой сдаче играем не мы, а играют нас. Пылким и искренним парням, которые решили, что пришла революция, и пришло время действовать силовыми методами, я скажу: насколько вы мне доверяете, настолько попытайтесь себя cдерживать.

Да, это говорю я - НЕ ПОДДАВАЙТЕСЬ НА ПРОВОКАЦИИ. Нами вертят, как цыган солнцем. И если их план ещё не реализован полностью, мне страшно подумать, какие сюрпризы нам приготовлены."

Усрания, или Слив pro-теста

Размягченное и основательно промешанное pro-тесто вытекло на мудан, слиплось в гомогенную массу и заняло почти все пространство площади. В pro-тесте активизировался процесс брожения, в результате чего pro-тесто стало подходить, пухнуть и подниматься. В этот критический момент со стороны Администрации президента в него стали интенсивно внедряться разрыхлительные элементы, сдерживающие процесс возбухания pro-тестной массы. Подготовленные и испытанные в лабораториях Лубянки разжижители pro-теста, дремлющие в недрах возбухающей pro-тестной массы, получили команду на разжижение и приступили к активным действиям. Пивные размягчители pro-теста, занимающие позиции по периметру pro-тестной массы, включили свои размягчительные механизмы. Почувствовав угрозу опадания, pro-тесто стало оказывать пассивное сопротивление разжижителям, размягчителям и разрыхлителям. Только передняя часть pro-тестной массы принялась активно сопротивляться. Против данной части pro-теста были применены металлические шнеки быстрого вращения, разделяющие активную часть pro-тестной массы на пирожково-пельменные заготовки, которые быстро отправлялись в морозильные камеры для дальнейшей обработки. Удалив из pro-тестной массы активно возбухшую часть, шнеки, сменив режим вращения с быстрого на медленный, стали последовательно месить и выдавливать pro-тестную массу с мудана в сторону Европейской площади, Владимирского спуска и прилежащих улиц. После остаточного возбухания pro-тесто потеряло свою дрожжевую активность и опало. Разрыхлители и размягчители оказывали скрытую, но эффективную помощь шнекам. К 16:45 pro-тесто было полностью вытеснено с мудана, расчленено, размягчено, разжижено и благополучно слито в отстойники львовского метрополитена.

– Слили, – произнес вслух Виктор Олегович.