Московские рынки ушедшей эпохи

Мелкие взяточники попадают в тюрьму. Крупные — в историю. Ну или хотя бы на госслужбу.
Князь Александр Меншиков, государственный деятель

Александр Данилович Меншиков был верным помощником Петра I в государственных и военных делах, за что получил от него титул светлейшего князя, но за обратную сторону его деяний народ присвоил ему другой титул: светлейший вымогатель.

Меншиков был успешным военачальником во время Северной войны, в 1709—1713 годах командовал войсками в Польше, Голштинии (историческая область Германии), Курляндии и Померании (это где-то в Прибалтике). Когда армия собиралась брать очередной город, генерал-фельдмаршал предлагал горожанам откупиться, чтобы его бравые солдаты не мародерствовали. Таким способом Меншиков получил внушительные суммы в Мекленбурге, Шверине, Гданьске, Гамбурге и Любеке.

Не меньшие суммы осели в его кармане, когда он занимал пост генерал-губернатора Петербурга и руководил строительством северной столицы и Кронштадта. Военная коллегия и московское казначейство выдавали ему любые суммы по первому же требованию. Светлейший ум потребовал взятку даже со старшей дочери Петра — Анны. На ее свадьбу с герцогом Голштинским император пожаловал 300 тысяч рублей. Меншиков заявил, что 80 тысяч надобно отдать ему, ведь без его ходатайства Петр бы не сделал столь щедрый свадебный подарок.

На злоупотребления и хищения князя Петр смотрел весьма снисходительно. Пользуясь царским расположением, Меншиков избегал положенной за взятки и казнокрадство смертной казни и отделывался штрафами. Петр I ценил князя за умение мыслить масштабно и проворачивать прибыльные авантюры. Именно Меншиков подсказал государю, как пополнить пустеющую казну. С его подачи выпустили большой объем монет низкопробного качества, то есть фактически произвели девальвацию рубля. Результаты Петру понравились. Денег стало много. А то, что они обесценились, — так это проблема населения, а не государя. Меншиков был для Петра правой рукой — «вороватой, но верной», как он сам о нем отзывался.

С приходом к власти Петра II успешной карьере Меншикова пришел конец. Указом императора в 1727 году его отправили в ссылку в Раненбург, предварительно лишив всего имущества. А принадлежало Меншикову немало: шесть городов, больше ста деревень и сел, поместья в 36 уездах, 90 тысяч крестьян. Кроме этого конфисковали три сундука драгоценностей, 105 пудов золотой посуды и несколько миллионов наличными. Девять миллионов князь все же успел спрятать в банках Амстердама и Лондона, положив начало новой российской традиции скрывать деньги за рубежом. Правда, воспользоваться этими деньгами он так и не смог.

После Раненбурга его отправили в городок Берёзов Тобольской губернии. Там он построил деревянную церквушку и по воскресеньям выступал с проповедями, призывая не брать взяток. Все согласно пословице: когда черт стареет, он делается монахом.

Шарль Морис де Талейран-Перигор, французский политик и дипломат

Этот француз прошел обратный путь из священников в авантюристы и взяточники. В 1791 году папа римский лишил его сана и отлучил от церкви за участие в революционной деятельности, после чего Талейран подался в дипломаты.

За свою политическую карьеру Талейран успел присягнуть 18 французским правительствам, что, согласись, не говорит о его честности и благородстве. Руководил переворотом, приведшим Наполеона к власти. Был министром иностранных дел империи Наполеона, затем Людовика XVIII и Луи-Филиппа. Находясь на этом посту, брал взятки от государств, враждебных Франции. В 1804 году вступил в тайный сговор с австрийским двором, а в 1808-м — с русским императором, за вознаграждение доносил им все планы Наполеона. Когда русская армия заняла Париж, любезно предоставил Александру I свои апартаменты.

За годы руководства внешней политикой Французской республики Талейран «заработал» 16,5 миллиона франков, торгуя инсайдерской информацией и лоббируя те или иные политические решения. Когда мастер политических интриг умер, многие шутили: «Талейран умер? Сколько ему за это заплатили?»

Эрнст Иоганн Бирон, герцог Курляндский

Фаворит императрицы Анны Иоанновны, которого она привезла с собой из Курляндии в качестве придворного, любил брать взятки не только наличными, но и лошадьми. Будучи по национальности балтийским немцем, к государству российскому относился весьма безразлично. Судьба и благосостояние страны, в которой Бирон жил, интересовали его куда меньше, чем придворная конюшня, в которой на 379 лошадей приходилось 393 служителя и мастеровых. А среди элементов амуниции встречались настоящие произведения искусства: «седло турецкое с яхонтами и изумрудами, серебряные, вызолоченные стремена с алмазами и яхонтовыми искрами».

Поиск породистых лошадей и люксовой амуниции по всей России и за рубежом Бирон умело совмещал с решением государственным дел, но не в пользу России. Двести тысяч талеров Бирон получил за предотвращение русско-французского союза, разрешил англичанам транзитную беспошлинную торговлю с Востоком через территорию России, что принесло огромные убытки стране, но пополнило его собственное состояние. Кроме того, отправлял русские полки на помощь иностранным государствам — абсолютно безвозмездно.

После смерти Анны Иоанновны недолго побыв регентом Российской империи (временно исполняющим обязанности императора), попал под суд и был отправлен в ссылку на вечное поселение в Пелым, за три тысячи верст от Петербурга. Но навечно он там не остался. Петр III, хорошо относившийся к немцам, вернул Бирона в Петербург.

Лю Цзинь, помощник китайского императора Чжэндэ

Чжэндэ не слишком радовала императорская участь. Он больше любил, прикинувшись простолюдином, гулять по злачным местам Пекина. А императорские обязанности он передал придворному евнуху Лю Цзиню, который стал заправлять всеми делами в государстве, способствуя подъему коррупции и беззакония.

За одну только возможность представиться императору Лю Цзинь брал с чиновников по нескольку тысяч золотых. Метивший на его место другой придворный евнух во время праздничного банкета нашептал императору о якобы готовящемся заговоре против него со стороны Лю Цзиня. При обыске у него были обнаружены поистине несметные богатства, вся стоимость которых оценивалась в 251 миллион унций серебра. Кроме того, Лю Цзинь обзавелся дворцом роскошнее императорского. Сам он был из бедной семьи, все свое богатство незаконно приобрел во время службы при дворе, за что и был казнен.

Леонтий Степанович Плещеев, судья Земского приказа

Глава Земского приказа Леонтий Плещеев превратил суд в «организацию», занимавшуюся исключительно вымогательством. (Что-то знакомое, да?) Новшество Плещеева заключалось в том, что он держал осведомителей, выведывавших материальное состояние граждан. Затем на тех, кто оказывался достаточно богат, подавали доносы, обвиняя в воровстве, убийстве или чем-нибудь еще пострашнее. По ложным обвинениям бросали в тюрьму, откуда пленника можно было освободить только за взятку.

25 мая 1648 года, когда царь Алексей Михайлович возвращался из Троице-Сергиевой лавры, толпа остановила его и просила назначить судьей Земского приказа вместо Плещеева «человека доброго». Закончилось дело тем, что толпа забросала камнями не в меру нечестного судью. С тела убитого сорвали одежду, протащили его по площадям и затоптали в грязь.

Граф Сергей Юльевич Витте, государственный деятель при Александре III и Николае II

Еще один балтийский немец в нашем списке взяточников. Был сначала министром путей сообщения, а потом и министром финансов.

Когда в следующий раз будешь заказывать чай в поезде, вспомни, что именно Витте придумал металлические подстаканники, за что ему были благодарны все проводники и пассажиры: подстаканники оказались куда устойчивей обычных стаканов и кружек.

Кроме нововведений с подстаканниками, Витте провел реформу железнодорожных тарифов и ускорил строительство Транссибирской магистрали. Со строительством саранской линии железной дороги произошел интересный случай. Сначала местные жители были против того, чтобы поезд шел через их город: опасались притока криминального контингента. Поскольку Витте был известным взяточником, купцы скинулись и вручили ему 500 тысяч рублей, чтобы дорогу проложили в другом месте. Дорогу построили через Рузаевку. Со временем село превратилось в железнодорожный узел, через который проходили крупные средства. Купцы снова пораскинули мозгами, собрали еще полмиллиона, и вскоре поезда пошли через Саранск.

Николай Ильич Огарев, московский обер-полицмейстер с 1849 по 1890 год

Не знаем, читал ли он бестселлер «Искусство брать взятки» своего современника Эраста Перцова, но это мастерство он постиг в совершенстве. Да и не взятки это были вовсе, а благодарность!

Николай Ильич почти каждый день ездил в ресторан «Эрмитаж». Съедал «директорский завтрак», выпивал полбутылки шампанского. Расплачивался десятирублевой купюрой. На сдачу ему приносили восемь трехрублевых купюр и рубль. Рубль он широким жестом оставлял на чай, остальную «благодарность» рестораторов увозил с собой.

Поддерживать почтение к собственной персоне и нелегкому труду стража порядка ему помогал цензурный комитет, своевременно изымавший все карикатуры на полицию. Ими он заклеивал стены своего дома, радуясь, что иных зрителей у этих карикатур не будет.