Между поезом и самолетом было 6 часов ожидания.Как их провести в Киеве?

Конечно же посетить Лавру.

От вокзала на такси за 100 гривен,правда ломили с нас и 500,но мы не повелись,как ни как советской закалки.20 минут трёпа с водилой о положении в "ридной неньке" и мы у врат святыни.

Вход 150 гр.на человека и наслаждайся красотой

Я вспомнила вдруг, что хотела поделиться с вами чудесной работой. Одна дама, Дарья, делает вот такие симпатичные и самобытные кожанные украшения. Честно признаюсь, с самой Дашей не знакома, но несколько ее украшений видела и вам покажу.

Кого заинтересует, телефон напиш в личке.

Сказав "А"...

А именно, здесь - я упомянула о шутке "внутрисемейного пользования". И теперь уж захотелось рассказать, откуда она "есть пошла".

С чего бы начать, чтобы не ошибиться?

В качестве пролога упомяну о том, что в Ташкенте, во времена моей молодости, евреи причисляли себя в основном к одной из двух групп - ашкеназы и бухарские. Мы знали, в принципе, о существовании грузинских евреев, горских, а также о том, что "тат" - одна из разновидностей последних: мама пришла однажды с работы и рассказала как оформляли их нового главврача, в графе "национальность" он написал "тат", секретарь автоматически добавила "...арин", нет, исправил он ее, не "татарин" а "тат", то есть - горский еврей. Пробыл он в той поликлинике недолго, куда-то вскоре переместился, а смешной рассказ остался в памяти. Потом главврачом у них была узбечка, с ней у нас тоже случилась юморная история: мама привела в поликлинику четырехлетку черноволоску-черноглазку Женю, а главврач в тот же день свою внучку, Женину ровесницу, голубоглазую блондинку... на этом лирическое отступление прикрываю.

В общем и целом, короче говоря, ташкентские евреи подразделялись на ашкеназов и бухарских, а о том что существуют марокканские, йеменские, ливийские, тунисские да еще миллион с корзинкой разных других, во всяком случае я - тогда еще не знала.

Практически никто из ашкеназов в Ташкенте не ремонтировал чужую обувь за соответствующее вознаграждение, но и среди бухарских евреев встречались далеко не только сапожники. В частности, например, со мной в одном потоке учились несколько ребят, бухарских, все они реализовали себя не худшим образом, как там, так и, впоследствии, в эмиграции. Но предубеждения между двумя общинами существовали, это точно, и смешанные браки хоть случались и раньше, но все еще редко даже ко времени моего замужества.

О том как мы познакомились и поженились с Гришей - остается за рамками нынешнего рассказа. К моменту начала непосредственно истории мы были женаты года два, у нас уже была маленькая Женя и новая квартира в микрорайоне Ак-Тепе. А также соседи - семья бухарских евреев. Соседка при встрече напоминала мне, что я вытянула счастливый билет - получила бухарского мужа, я, в свою очередь, отвечала что, мол, не только мне повезло в данном случае. Ее четырнадцатилетний сын появлялся у нас периодически с разными просьбами - то припаять что-то, то прикрутить. И вот, когда в одно из таких посещений я занималась с Женей в комнате, а они возились с очередным соседским "проектом" на кухне, мне из кухни мужем был задан вопрос "а ты настоящая еврейка?".

- Это мальчик, что ли, спрашивает?

- Да.

- Скажи ему, что настоящая.

- Он говорит "непохожа".

- А ты ему скажи, что я настоящая а он нет.

- А он спрашивает разве ашкеназы настоящие евреи?

Вот так и появилась в нашей семье притча-шутка "разве ашкеназы настоящие евреи?". Время шло, родилась младшая, Женька подросла, ловила на слух все что говорилось вокруг и однажды сразила моего папу заявлением "деда, вы не настоящие евреи".

- Кто это - мы - ненастоящие евреи?

- Ты, бабуля, мама...

- А кто же настоящие?

- Мы: папа, я и Эмка.

Папа ужасно расстроился и в тот же день, отозвав меня в сторонку, спросил "скажи, у вас в семье, что, обсуждается вопрос настоящих и ненастоящих евреев?", я сразу же догадалась "откуда ноги растут", постаралась, как могла, успокоить родительские волнения, кажется, он так и не убедился окончательно в том, что эта тема в нашей семье существует исключительно и именно только в качестве шутки, жаль, если так.

Осень пришла, а с ней и апельсины, так что печем апельсиновый пирог. Причем самый простой, про него сама хозяйка рецепта говорит так: "Если у меня нет времени или просто не хочу заморачиваться с чем-то трудоемким, то делаю этот пирог." Здесь не надо отделять белки от желтков, взбивать яйца, варить дольки апельсинов и так далее. Все быстро и просто.

Ингредиенты на форму 26 см:

4 яйца 300 гр (1 1/2 стакана) сахара 240 мл (1 стакан) масла растительного цедра 2 апельсинов 240 мл (1 стакан) сока апельсина 350 гр (2 1/2 стакана) муки 1 пачка (10 грамм) разрыхлитель

Для пропитки:

120 мл (1/2 стакана) сока апельсинового. Правда, я сделала не так. Я добавила в сок сахар, проварила, сделала сироп и добавила от души хорошего ликера.

Приготовление:

- Заранее включить печь на 160 гр. - Смешать яйца + сахар + масло + цедра + сок - Добавить муку и разрыхлитель

Тесто получается некрутым, его просто вылить в форму. Я использовала форму для кексов.

- Готовый пирог проткнуть зубочисткой в нескольких местах и полить пропиткой с ложечки. Поливать - по желанию, если вы хотите получить пирог влажный.

Ну и в добавок к пирогу сделала пончики по рецепты Виты Готфрид.

Рецепт копирую оригинальный.

Пончики дрожжевые. Изюминка этих пончиков в том, что они получаются воздушными и очень нежными. Особое искусство – в разделке теста. А теперь, по порядку:

Состав:

- теплое молоко – 0,5 л, - яйцо – 2 шт. - мука - 600 г - сахар – 75 г - дрожжи - 1 чайн.ложки сливочное масло (растопить) – 150 г сахарная пудра

Способ приготовления:

Развести сахар и дрожжи в 100 мл теплого молока. Подождать, когда шапочкой поднимется пенка. Затем добавить эту смесь в остальное молоко с солью, маслом и яйцами. Всыпать муку, перемешать. Тесто получится жидковатым. После того, как оно поднимется, примерно через 2 часа, разделать его на колечки. Руки смажьте растительным маслом. Чтобы не прилипали к тесту. Жарить в прогретом растительном масле до золотистой корочки. Готовые пончики посыпать сахарной пудрой.

Мы шли вперед. Все было ясно.

Сияло солнце над Москвой.

И на обломках самовластья,

Страна нашла себе покой.

Но нам казалось время душным,

И не хватало колбасы.

Роптали мы почти без звука,

Но  Бог увидел наши сны.

Страна распалась, кочевряжась.

Идет войной на брата брат.

Забиты полки в магазинах,

И разрешен в печати мат.

Опять чего-то не хватает,

Опять судьба сдает не в масть.

Безумно хочется на площадь,

Чтоб слева ГУМ, а справа Власть.