Эдуард_Волков Голосов: 2 Адрес блога: http://www.liveinternet.ru/users/2503040/ Добавлен:

Владимира Путина номинировали на китайскую премию мира имени Конфуция

2011-09-17 20:10:47 (читать в оригинале)

РИА "Новости". Помимо премьер-министра РФ, кандидатами на соискание премии стали канцлер ФРГ Ангела Меркель, экс-генсек ООН Кофи Аннан, известный китайский ученый-агроном Юань Лопин, один из лидеров тибетского буддизма панчен-лама, основатель Microsoft Билл Гейтс, тайваньский политик, лидер партии Циньминьдан Сун Чуюй и президент ЮАР Джейкоб Зума.

В число номинантов попал панчен-лама Гьялцэн Норба, которого признали панчен-ламой власти Китая

Lenta.Ru отмечает, что в число номинантов попал панчен-лама Гьялцэн Норба, которого признали панчен-ламой власти Китая. Правительство Тибета в изгнании считает панчен-ламой пропавшего 15 лет назад Гендуна Чокьи Ньиму, на которого указал Далай-лама.

В отборе номинантов принимали участие 20 представителей китайской науки и искусства. Панчен-лама был выдвинут на премию за создание "гармонии в Китае", Ангела Меркель - за заслуги в стабилизацию обстановки в Европе. По каким причинам в список претендентов на китайскую премию были включены Владимир Путин и Джейкоб Зума, не сообщается.

Лауреат премии Конфуция станет известен 9 декабря, за сутки до церемонии вручения Нобелевской премии мира в Осло.

Премия мира имени Конфуция была вручена впервые в 2010 году в ответ на присуждение Нобелевской премии мира отбывающему тюремное заключение китайскому диссиденту Лю Сяобо. Первым лауреатом "Конфуцианской" премии стал бывший вице-президент Тайваня Лянь Чжань. Награду он получать отказался.

Премия мира имени Конфуция была вручена впервые в 2010 году в ответ на присуждение Нобелевской премии мира

---

Олигархи Лебедев и Полонский подрались в студии ТВ, обсуждая кризис (ФОТО) (ВИДЕО)

2011-09-17 16:03:44 (читать в оригинале)

LifeNews.

Горячие дебаты в студии привели к тому, что в один из моментов Лебедев не выдержал нападок бывшего руководителя Mirax Group и надавал ему тумаков.

На видео, размещенном в Интернете, видно, как банкир после заявления Полонского, что у него есть "желание дать в морду", сам перешел от слов к делу: несколько раз ударил Полонского так, что тот упал со стула.

"Вы не поверите только что Лебедев на съемках передачи "НТВшники" ни с того ни с его подскочил и ударил меня по лицу (это не шутка), - написал в свой Twitter Полонский. В подтверждение своих слов экс-глава Mirax выложил фотографии: на них видны порванные джинсы и синяк на руке.

 

- Сами думайте, я служил в вооруженных силах. Я его не ударял, а лишь только оттолкнул от себя. Потому что Полонский два часа орал, прыгал, а потом начал угрожать мне и пытался напрыгнуть, - в свою очередь объяснил инцидент Life News Лебедев.

По словам банкира, он после происшествия сразу же покинул съемочную площадку. Но в курсе того, что оппонент в своем Twitter уже начал выкладывать фотографии, где у него порваны джинсы и синяк на руке.

"Если я его ударил, как он сам заявляет по лицу, тогда почему у него сзади джинсы порваны? От испуга?", - недоумевает Лебедев.

Также глава Национального резервного банка заявил радиостанции "Эхо Москвы", что действовал в пределах необходимой самообороны и готов разбираться с произошедшим в юридическом порядке. Для этого понадобится расшифровывать пленки и опрашивать свидетелей. Как утверждает Лебедев, своими выходками Полонский ему просто надоел: он никому не давал говорить, а самому Лебедеву угрожал насилием и "делал соответствующие движения". Отметим, что до сих пор между предпринимателями никакого конфликта не было.

Сам Полонский тоже, судя по всему, настроен судиться с обидчиком. "Канал НТВ обещает дать полную съемку для предъявления в суде на Лебедева, - написал он в микроблоге. - Как все это мерзко и противно. Ушел думать как дальше жить. Не могу описать все чувства которые испытываю. Просто стыдно и больно, видя все это и понимая что это мы, россияне. Хочется послать все и уехать".

Программа должна выйти в эфир на НТВ в это воскресенье в 22:55.

---

Под флагом Мазепы. Почему президента Украины Виктора Януковича назвали донецким «бандеровцем»

2011-09-17 00:14:20 (читать в оригинале)

stoletie.ru/print.php?ID=101103

---

Несколько дней тому назад в оранжевой от первой до последней строки киевской газете «Українська правда» была напечатана весьма симптоматичная для нынешних времен статья «Донецкий «бандеровец» Янукович». Появление этой публикации вполне логично и оправданно как с украинской стороны, в первую очередь, так и с российской.

Автор, например, пишет: «Окончательно «бандеровская» сущность Януковича была разоблачена россиянами, когда Путин с пустыми руками оставил Киев, так и не подписав договоренностей о Таможенном союзе. С этого момента образ Януковича, как пророссийского кандидата, был безнадежно разрушен. И в этом смысле он выглядит для России еще хуже, чем Ющенко. Ведь если Виктор Андреевич был в понимании российской пропаганды просто оккупантом - «американским» Карлом XІІ, то Янукович - точный Мазепа, предатель и перебежчик».

Весьма удачное сравнение в контесте развязанной Украиной третьей газовой «войны». Именно эти историко-политические параллели и определяют сегодня формат украинско-российских отношений: проамериканский «Карл XІІ» - Ющенко и Янукович - Мазепа. Определяют они и суть интересов украинской элиты.

«Корни экономического национализма Януковича лежат в знаменитой максиме Людовика XІ «Государство - это я», психологической основой которой, в свою очередь, служит менталитет директора автобазы. Все карданные валы и гайки, которые находятся на ее балансе, он считает своей собственностью», - подчеркнуто в статье. Напомним, что пределом жизненных устремлений гетмана Мазепы было неуёмное желание вернуть Украину, включая княжества Северское, Киевское, Черниговское и Смоленское, под владычество Польши, за что Мазепа награждался титулом князя и получал Витебское и Полоцкое воеводства с теми же правами, которые имел герцог Курляндский в своей земле.

Вообще-то, «мазепинская» площадка была и остается одним из краеугольных камней украинской политики, а в деятельности Виктора Ющенко любимым коньком. В середине июня, выступая в мемориальном комплексе жертвам советского тоталитаризма Демьянов Лаз, он подчеркнул, что у украинцев есть собственный символ победы – «это победы ли Ярослава Мудрого, или УНР, или УПА – это наш желто-голубой флаг. И иного не может быть». Трудно сказать, чего в этом утверждении больше – невежества или лукавства. Желто-синюю символику шведского знамени использовали казаки гетмана Мазепы, преданного анафеме митрополитом Киевским за измену России, и сечевые стрельцы – галичане, сражавшиеся в австро-венгерской армии против России в Первую мировую войну. А когда в начале 1918 г. Центральная Рада осознала свое банкротство, для наведения «порядка» она пригласила немецкие войска. Чтобы с нею считались как с суверенным правительством, в спешном порядке и задним числом был принят IV Универсал о независимости Украинской народной республики и утвержден государственный флаг – желто-голубое знамя. После завоевания Украины немцы скинули Центральную Раду за ненадобностью, назначив на ее место своего ставленника – гетмана Скоропадского. Именно он «перевернул» цвета флага. Так стало проще объяснять народу их значение: вверху синий — якобы, цвет украинского неба, внизу желтый – украинской пшеницы. Очень патриотично! В таком виде флаг использовался впоследствии и Петлюрой, и Бандерой.

Именно в этом, «немецком», варианте сине-желтый флаг развевается над просторами «нэзалэжной». И что он символизирует сейчас?

«Под сине-желтыми знаменами украинский народ утверждал вековечную мечту о свободе, государственности и соборности… Государственный флаг Украины является олицетворением нашего национального единства, чести и достоинства», - заявил Янукович по случаю Дня государственного флага Украины, который отмечается ежегодно накануне Дня независимости. А с этим праздником первым поздравил Виктора Януковича и украинский народ президент США Барак Обама, о чем радостно оповестили страну все отечественные СМИ. «Двадцать лет тому назад народ Украины обрел утраченные независимость и свободу, к которым он так долго стремился. Все американцы, в частности, те, кто приехал в нашу страну из Украины, приветствовали это событие. С тех пор Соединенные Штаты поддерживали демократическое развитие и европейские стремления Украины и будут продолжать это делать, углубляя наше стратегическое партнерство», — говорится в поздравлении. Образованный Обама – это не профан Буш-младший с его идиотизмами (бушизмами), который так и не понял разницу между американским штатом Джорджия и государством Грузия (англ. Джорджия). И его слова об «утраченных независимости и свободе» вполне можно расценивать как провокацию, прежде всего, в отношении России, фактически правопреемницы Советского Союза.

Отметим, что, по данным опроса Research & Branding Group, более 40% украинцев считают, что на сегодняшний день Украина еще не является действительно независимым государством. Почти такое же количество опрошенных - 41% не видит полного подтверждения того, что Украина – абсолютно независимое государство. 28% опрошенных считают Украину «в чем-то зависимым, в чем-то независимым государством». Социологи констатируют, что по сравнению с 2001 г. количество сторонников независимости Украины уменьшилось на 10%. При этом 47,4% опрошенных сожалеют о распаде СССР, 29,7% - не жалеют, 10,4% ответили, что им это безразлично, 12,5% затруднились ответить. Помнится, на всеукраинском референдуме в 1991 г. за независимость Украины проголосовали 90,32% граждан.

Нынешнее время большинство граждан «определяют как время воров, мошенников» (48%), политиканов (44%) и нищих (40%).

Об этом сказала на пресс-конференции директор Фонда «Демократические инициативы» Ирина Бекешкина, представляя результаты многолетнего проекта Института социологии НАН Украины «Мониторинг социальных изменений», который был начат в 1992 г. «Наше время люди характеризуют нещадно, причем, не смотря на то, какая в Украине власть, – отметила Бекешкина. - В 2003-м, 2006-м, 2011-м власть была разная, а характеристики общества во многом совпадали: в Украине – общество политиканов, общество бедняков, общество преступников и мошенников».

Издание «Корреспондент» 9 июня 2011 г. представило традиционный рейтинг самых богатых украинцев. Шестой год подряд первую строку в списке занимает депутат Верховной Рады от Партии регионов Ринат Ахметов. Согласно подсчетам издания, активы Ахметова за год подорожали с $17,8 млрд. до $25,6 млрд. 25 участников «золотой сотни» родом из Донецка и Донецкой области. Их «общий кошелек» весит - $35,08 млрд. (в 2010 г. суммарный капитал 100 миллионеров весил $66,5 млрд. в нынешнем - $83,07 млрд.). Как пишет издание, «золотая сотня» продемонстрировала самый тревожный тренд времени, а именно: монополизацию экономики. В редкой стране можно найти такую концентрацию капитала, в частности, вся тяжелая промышленность многомиллионного государства теперь находится в руках четырех-пяти бизнесменов. Вместе с тем, по мере ухудшения ситуации в экономике Украины представители ее элиты поражают мир все более широкими расходами на собственные удовольствия. Так, когда Украина собирала по миру 650 тыс. евро на укрепление Чернобыльского саркофага, стало известно, что самый богатый гражданин страны Ринат Ахметов купил в Лондоне пентхауз за $220 тыс. и еще почти столько же вложит в его ремонт. Правда, потом Ахметов принял решение выделить 1 млн. долларов США на обеспечение проекта «Укрытие» - достройку саркофага на четвертом блоке ЧАЭС.

Позднее появились шокирующие сообщения о грандиозных свадьбах донецких приближенных Януковича, на которых пели западные звезды первой величины. А денег на российский газ у Украины таки нет, странно, не правда ли?

Выходит, что все украинские «прихоти» должна оплачивать Россия. Такой вывод напрашивается из логики развития очередной газовой «войны». Тогда как прикажете понимать следующее?

Главная задача Украины - восстановление стратегических отношений с Россией. Об этом заявил президент Виктор Янукович, выступая на открытии 13-го Всемирного конгресса русской прессы в июне с.г. «Ключевое решение - это восстановление нормальных добрососедских, стратегических отношений с Россией», - подчеркнул он. По его мнению, «предыдущая политика не соответствовала национальным интересам народа, имеющего тесные связи с Россией... Впервые сейчас у меня появилась возможность сделать по-крупному что-то для моей страны», - цитирует Януковича ИТАР-ТАСС. Тремя месяцами ранее глава украинского государства заявлял, что Украина окончательно «возьмет курс на модернизацию общества, на формализацию отношений, на ассоциацию с Европейским Союзом». А недавно, выступая на открытии новой сессии Верховной Рады, Виктор Янукович говорил о том, что реформы на Украине проводятся в контексте ее стремления к европейской интеграции. «Все изменения в стране имеют европейский выбор. Наша главная задача - продолжение адаптации законодательства Украины к нормам и требованиям Евросоюза», - сказал глава государства. При этом он особо отметил, что цель этого процесса – «подготовка к внедрению углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли с ЕС, а также выполнение плана действий по либерализации визового режима для Украины». Спустя неделю премьер Николай Азаров, комментируя газовый конфликт с Россией, отметил: «Ухудшение отношений, о котором вы говорите, может быть связано со сложной политической обстановкой в стране, с тем фактом, что нас критикует Европейский Союз, а это позволяет российским руководителям считать, будто мы ослаблены и они могут этим воспользоваться, ставя нам ультиматумы». А ярлыки пророссийских политиков на них с президентом Виктором Януковичем навесили, дескать, их противники.

Показательно, как в этом смысле охарактеризовал недавно власть «нэзалэжной» первый президент Леонид Кравчук:

«Я не знаю в Украине - и себя к ним отношу - ни президента, ни премьера, ни председателя Верховной Рады, который за двадцать лет хоть раз не предавали Конституции и законы. Не знаю. Это правда. Я ничего не преувеличиваю, менталитет у людей такой, что они думают, что есть решение важнее, чем Конституция».

Со столь же глубоким знанием вопроса заместитель председателя Верховной Рады Украины Николай Томенко заявляет, что реорганизация и ликвидация НАК «Нафтогаз Украины» прямо противоречит закону и является угрозой экономической независимости Украины. Он назвал очевидным, что оппозиция будет делать все возможное, чтобы убедить власть в ошибочности и антигосударственности такого шага. Подчеркнул, что если такое решение будет принято, «то это будет второе по значению решение о предательстве национальных интересов после так называемых Харьковских соглашений». И здесь снова напрашивается историческая параллель.

В сентябре 1658 г. один из особо почитаемых ныне «борцов за нэзалэжность», дважды присягавший на верность России и дважды предавший ее, гетман Иван Выговский заключил так называемый «Гадячский договор», по которому Малороссия возвращалась в состав Польши под именем «Русское княжество», состоящее из Брацлавского, Киевского и Черниговского воеводств. Такой вот «пятачок» оставался от Малороссии. Польским помещикам возвращались имения и крепостные, католикам и униатам – преимущественные перед православными права. Выговский и его окружение получили от короля жалованные грамоты на большие имения с крепостными.

«Без европейской поддержки газовая война с Россией может закончиться для неуступчивого Януковича лишь консервацией режима наподобие белорусского. И тогда для Европы Янукович так и останется диктатором, а для России - никогда не отмоется от ярлыка «махрового националиста», - пишет отражающая мнение оранжевого электората упомянутая выше «Українська правда». И президент Виктор Янукович во время двусторонних украинско-американских консультаций по вопросам обороны на встрече с замминистра обороны США по вопросам международной безопасности Александром Вершбоу заявляет, что Украина рассчитывает на поддержку Соединенных Штатов в вопросах евроинтеграции. «Мы заинтересованы в будущем взаимодействии и сотрудничестве c США в формате стратегического партнерства. Мы считаем, что реализация положений хартии о стратегическом партнерстве должна оставаться последующим приоритетом двусторонней повестки дня», - уточнил украинский «интерес» Янукович.

Очень похоже, что экономические потери, как и неоднозначные перспективы в рамках ЗСТ с ЕС в целом, не останавливают украинскую власть. Киев продолжает упорно заявлять, что его стратегическим приоритетом остается ЕС. Украинские политики без устали повторяют, что дороги назад нет, что страна «семимильными шагами движется к евроинтеграции», а Запад, со своей стороны, также выдвигает ультиматумы, чтобы сделать невозможным разворот Украины в сторону восточного соседа. История тоже ничему не научила украинских политиков.

И дни сегодняшние, и советские, да и все прошлое Малороссии упорно говорит об одном и том же: без России ни о какой «самостийности» и речи быть не может.

Но вот какую любопытную информацию разместила авторитетная польская газета Rzeczpospolita 18 июля 2011 г. Оказывается, Киевский международный институт социологии (КМИС) задался вопросом: «Были бы украинцы патриотами без России?». В результате этого, иначе не скажешь, провокационного исследования были получены очень характерные для сегодняшней Украины результаты.

Выяснилось, что количество сторонников украинского суверенитета увеличивается, когда Россия конфликтует с другими государствами или на ее территории происходят террористические акты. «В 1994 – 1995 годах Россия воевала в Чечне. Многие украинцы осознали тогда, что если бы Россия и Украина были единым государством, то их дети обязаны были бы воевать и погибать на Северном Кавказе. Количество сторонников украинской независимости выросло с 56 до 71%». В публикации отмечается, что аналогичная ситуация сложилась и после террористического акта в Москве на Дубровке в 2002 г. тогда за независимость высказалось 77% украинцев. «При этом рекордные показатели зафиксированы в 2008 г. – после войны с Грузией за сепаратистскую Южную Осетию». В статье подчеркивается, что угроза утраты территориальной целостности очень сильно влияет на общественное мнение. Заметим, что результаты этого исследования комментировал во влиятельном украинском еженедельнике «Зеркало недели» представитель КМИС Валерий Хмелько, то есть этот социологический «продукт» вначале был растиражирован на всю страну, а потом – и на Европу. Ей он, в первую очередь, и предназначался.

Теперь понятно, для чего «нэзалэжная» постоянно затевает конфликты с Россией, и не только газовые? Для воспитания истинных патриотов, а точнее – недоброжелателей России. История уже дала однозначный ответ, чем подобные деяния заканчиваются для их организаторов. Вместе с Мазепой к шведскому королю переметнулись от двух до трех тысяч казаков вместо обещанных шведам 20 тыс. Народ за ним не пошел, повел партизанскую войну против поработителей. Так и канул он в небытие с клеймом предателя. Выговского расстреляли поляки. За измену им! Петлюровцами по сей день называют изменников Родины. Бандера оставил после себя память кровавого коллаборанта. От Ющенко открещиваются сейчас даже его наиболее рьяные прихлебатели. А какую память оставит после себя Виктор Янукович? У него есть выбор. Пока есть.

---

---

Юрий Жуков: «К моменту Октябрьской революции страна уже разваливалась на части»

2011-09-16 23:50:16 (читать в оригинале)

stoletie.ru/print.php?ID=101085

---

- Юрий Николаевич, многие историки продолжают размышлять о причинах распада СССР. Что же, на ваш взгляд, могло способствовать тому, что в начале 20-х годов прошлого века бывшая империя, по сути, превратилась в конфедерацию?



– Двадцать лет я пытался понять, как же стал возможен распад великой и, как многим казалось, незыблемой державы. Несколько лет просидел в архивах, пытаясь докопаться до первопричины. В конце концов, понял, что при самом создании первого в мире социалистического государства под его фундамент была заложена мина замедленного действия.



Во всех Конституциях СССР (а они время от времени пересматривались) оставалась неизменной статья о том, что все союзные республики обладают правом на отделение. И почему-то именно эта статья никогда не снабжалась никакими объяснениями: на основании чего это может произойти, какие должны быть выполнены процедуры? Именно такая правовая неопределённость стала одной из причин, почему в конце 80-х годов центральное руководство Советского Союза не смогло противостоять сепаратизму в национальных республиках.

Статья о праве республик на отделение появилась в конце 1922 года. У нас обычно говорят, что дата создания СССР – 30, 31 декабря 1922 года. Однако фактически всё было решено 6 октября на пленуме ЦК РКП(б). Ещё накануне и ЦК, и подавляющее большинство руководителей партии были согласны со Сталиным, что все независимые республики – а тогда это были Белоруссия, Украина, Закавказская Федерация, включавшая в себя территории современных Грузии, Армении, Азербайджана, – входят в состав РСФСР как автономные. И вдруг 6 октября выступает Лев Каменев. Он заявляет, что общался с Лениным, который якобы высказался за то, чтобы каждая республика входила в СССР как независимая, образуя вместе с другими конфедерацию. Под влиянием авторитета Ленина все участники пленума поддержали этот подход. Подчёркиваю – в тот момент ни о какой статье Ленина «К вопросу об автономизации», которая появилась гораздо позже и по поводу подлинности которой есть немало сомнений, речь не шла. Стоит заметить, что к тому времени Ленин уже был серьёзно болен и не всегда адекватно оценивал происходящее.



– Насколько вообще серьёзно стоял так называемый национальный вопрос в то время?



– Часто в распаде Российской империи обвиняют большевиков, признававших право наций на самоопределение. Хочется напомнить читателям, что процесс распада начался ещё даже до Февральской революции 1917 года.



И начало его – царское правительство. В частности, были проведены административные границы в Прибалтике, разделявшие земли с компактным проживанием литовцев, латышей и эстонцев. Затем Временное правительство внесло свою лепту, разрешив формирование воинских частей по национальному признаку. Вообще правительство Керенского было настолько слабым и безвольным, что вынуждено было потакать самозваной Украинской раде во главе с историком Грушевским. Эту Раду никто не выбирал, мало кто из украинцев поддерживал, и она вынуждена была заискивать перед немцами, чтобы те признали их легитимность.



Даже донские казаки, традиционно считавшиеся опорой государственности в России, объявили тогда о своей автономии. К моменту Октябрьской революции страна уже разваливалась на части.



Первым выступил против такого положения вещей Сталин. В марте 1917 года он, только что вернувшись из ссылки, написал статью «Против федерализма». Он доказывал, что разделение страны на автономные национальные образования – путь к развалу. Любопытно, что точно такой же мысли придерживался Павел Милюков – лидер кадетской партии. Но к ним тогда не прислушались.



Сегодня, когда говорят о независимости национальных республик, возникших после 1917 года, забывают, что это были марионетки немцев и других зарубежных держав.



Кстати, свою лепту в признание прибалтийских государств внёс дипломат Георгий Чичерин, который боялся остаться без работы, потому что Советскую Россию на тот момент никто не признавал. После разгрома войск Юденича, в которых было множество эстонцев, шведов, датчан, вполне можно было войти в Эстонию и восстановить советскую власть, провозглашённую там в конце 1918 года. Этого не сделали. Более того, Чичерин во время мирных переговоров с эстонским правительством пошёл на такие уступки, как будто Советская Россия была проигравшей стороной. Эстонии отдали чисто русские территории – Иван-город, Нарву, принадлежавшую России со времён Ивана Грозного. Обязались выплатить немалую сумму золотом. В собственность Эстонии были оставлены все суда и промышленные предприятия, созданные руками русских рабочих.



– Почему Сталин всё-таки не смог отстоять свою точку зрения?



– Сталин со своими взглядами о будущем унитарном устройстве России был как кость в горле главным на тот момент руководителям большевистской России – Ленину, Каменеву и Крестинскому, представлявшему интересы Троцкого. Поэтому Сталина старались держать на расстоянии, отправляли на те участки фронтов Гражданской войны, где положение становилось наиболее угрожающим. А вопросами национально-территориального строительства занимался Каменев.

Тем не менее как член Комиссии по подготовке новой программы ВКП(б) Сталин в 1919 году сумел вставить в проект программы очень важную фразу: «Как одну из переходных форм на пути к полному единству партия выставляет федеративное объединение государств, образованных по советскому типу». Иными словами, большевики декларировали, что в условиях Гражданской войны приходится создавать автономные республики, но это – временная мера. Эта программа, кстати, действовала до конца 1961 года. И миллионы людей, вступая в партию, формально соглашались и с этой установкой.



Надо сказать, что среди большевистского руководства национальных республик всегда было немало тех, кто явно или скрытно симпатизировал сепаратистам.



Накануне подписания договора о создании СССР в Харькове, который был тогда столицей Украины, вдруг объявились два сторонника «незалежности». Первый – председатель совнаркома УССР Христиан Раковский, болгарин по национальности, родившийся в Румынии. Второй – Михаил Фрунзе, молдаванин по отцу, который вырос на территории Семиреченского казачьего войска и никакого отношения к Украине тоже не имел. Эти двое даже в 1923 году при обсуждении Конституции СССР везде требовали подчеркнуть независимость советских республик. Ещё более жёсткую позицию занимал Будо Мдивани, старый партийный деятель Грузии, выступавший даже против самой идеи СССР. Он считал, что это нарушит права наций на самоопределение.



Кроме того, в то время многие коммунисты ещё верили в скорую мировую революцию и Россия рассматривалась ими лишь как основа, к которой будут присоединяться всё новые республики. Карл Радек, например, очень радовался тому, что в названии СССР нет слова «Россия». Это, по его мнению, облегчало присоединение к Советскому Союзу других государств, и в первую очередь Германии.



Сталин всю вторую половину 1922 года провёл в борьбе с противниками унитаризма и с трудом довёл дело до того, чтобы к середине октября бОльшая часть партийного руководства согласилась с принципом федеративного устройства будущего советского государства. То есть национальные территории получали статус автономных. Причём до 1922 года Сталин отстаивал точку зрения, что автономия нужна только отсталым в экономическом и культурном отношениях районам страны. Но, как я уже говорил, под давлением Каменева, спекулирующего именем Ленина, СССР был создан как конфедерация. При этом пришлось во многом уступить националистически настроенным большевистским кадрам на местах. Все республики получили право иметь свои воинские формирования. Были армянские, украинские, бурятские и прочие войска. Руководство на местах имело широкие полномочия для ведения международных отношений. То есть Советский Союз в 20-е годы представлял собой совсем не то, чем стал позже.



– Общепринято мнение, что к середине 30-х годов в руках Сталина была сосредоточена практически неограниченная полнота власти. Почему же он не переиначил устройство страны согласно своим представлениям?



– И в национальном вопросе генсеку приходилось действовать очень осторожно. Он не мог просто взять и отменить статью Конституции, разрешающую выход из СССР. Национально-сепаратистские тенденции в стране не исчезли и в 30-х годах.

Сегодня мало кто вспоминает о разгроме подпольной украинской националистической организации «Спилка вызволения Украины» на рубеже 20–30-х годов, о восстании в Грузии в 1924 году, многочисленных восстаниях в Средней Азии. Это были как бы антисоветские выступления, но по сути их участники добивались не свержения советской власти в стране в целом, а отделения от СССР. Нельзя забывать, что сепаратистские настроения во время Великой Отечественной войны подогревались немцами на оккупированных территориях. Потому-то и действовали до середины 50-х годов прошлого века националистические бандформирования в Прибалтике и на Украине.

Ну а в 1961 году, после принятия новой Конституции СССР, конфедеративное устройство страны было окончательно узаконено, что и привело к столь печальным последствиям три десятилетия спустя.



Беседу вёл Алексей Полубота

---

---

Петр Столыпин: «Господа, нужна вера…» (часть 1)

2011-09-16 19:52:41 (читать в оригинале)

stoletie.ru/print.php?ID=100944

 

---

Смущение умов продолжало нарастать в 1906 и в 1907 годах. Ожиданиями коренных изменений оказались проникнуты даже консервативные слои: крестьянство, духовенство, дворянство. Под привлекательными лозунгами всеобщего равенства и свобод русский народ призывали к сокрушению старого мира, к избавлению от «теней прошлого», к свержению самодержавия, «грабежу награбленного», к революционному насилию и террору. Первым человеком, кто публично на всю страну возвысил свой голос против такого безумия, к которому стали прислушиваться, и в которого стали верить, стал новый царский премьер П.А. Столыпин.

Взамен грезам революции он предложил обществу путь черновой работы, исправления самих себя, путь всегда неудобный, предполагающий стояние в правде, но тот самый «узкий путь» через «тесные врата», к которому призывал Христос.

«Первый путь, - напоминал Петр Аркадьевич евангельскую истину, - это ровная дорога и шествие по ней почти торжественное под всеобщее одобрение и аплодисменты, но дорога, к сожалению, в данном случае не приводящая никуда… Второй путь - путь тяжелый и тернистый, на котором под свист насмешек, под гул угроз, в конце концов все же выход к намеченной цели. Для лиц, стоящих у власти, нет, господа, греха большего, чем малодушное уклонение от ответственности».

Достойным ответом на революционные утопии стал новый правительственный курс. Его соавтор и ведущий проводник, первый министр империи - П.А. Столыпин, предложил иную линию развития страны, он призвал идти в будущее через соединение настоящего с прошлым, через синтез новых государственных идей с национальным опытом и традицией страны: в политике – интеграция самодержавной власти и нарождающихся демократических институтов, в экономике – многоукладное аграрное хозяйство, с государственно-рыночным механизмом перераспределения земли, в духовной жизни – возрождение православия и патриотизма в условиях национальной терпимости и религиозных свобод.

По убеждению реформатора, беспочвенные преобразования, преобразования, органично не вплетенные в ткань народной жизни, неизбежно ведут к разрушению самой жизни, делают человека уязвимым и слабым в решении собственных социальных проблем.

Камнем, поставленным царем и Столыпиным во главу угла обновления империи стал великий земельный проект. Правительственная аграрная реформа открыла дорогу новым социальным движениям, способствовала ускоренному процессу образования новых классов, традиций и интересов. Она запустила в действие трудовую энергию десятки миллионов крестьян, которым предстояло не только освоить земли, но в течение 20 лет «перемолотить» всю русскую действительность.

«Все улучшения в местных распорядках в суде и администрации, - говорил П.А. Столыпин в программном выступлении перед третьей Государственной думой, - останутся поверхностными, не проникнут вглубь, пока не будет достигнуто поднятие благосостояния основного земледельческого класса».

Реформу пришлось начинать в революционное время, и правительство не могло не опасаться, что запущенные ей социальные процессы станут неуправляемыми, что у власти, сосредоточившей свои усилия на усмирение волнений, не будет хватать знаний и сил вовремя и правильно решать возникающие проблемы. Наступил тот самый критический период в истории государства, который Столыпин назвал периодом «усиленного роста». Революция показала, как опасна задержка этого роста. Чтобы решиться на его стимулирование в условиях общественных потрясений, правительству необходима была не только сильная воля, но и крепкая вера в возможность преображения страны.

«Господа, нужна вера, - обращался Столыпин в декабре 1908 г. к депутатам III Государственной думы. - Была минута, и минута эта недалека, когда вера в будущее России была поколеблена, когда нарушены были многие понятия; не нарушена была в эту минуту лишь вера Царя в силу русского пахаря и русского крестьянина».

Новое аграрное дело волей неволей переводило центральную и местную администрацию в творческий режим работы, оно стало школой обучения, обкатыванием нового гражданско-гуманного подхода к народной жизни, фактически стало школой формирования креативной, ответственной, даже в какой-то степени демократической по стилю управления бюрократии. По словам землеустроителя А. Кофода, в течение многих лет исколесившего с ревизией все губернии, где проходило землеустройство, «пришли новые, сногсшибательные времена в замок спящей красавицы», под названием местная бюрократия. «Конечно, это дело (разверстание – Д.С.), – вспоминает землеустроитель, не пошло бы без коренных изменений в составе персонала. Изменений, начавшихся уже зимой 1907/08 года».

Следует напомнить, что введение крестьянской поземельной собственности, как это ни парадоксально прозвучит, обусловило не разрушение общественного, а его развитие в старых и новых формах коллективизма. Часто употребляемое в научных исследованиях выражение «разрушение общины» не самая подходящая характеристика для сложных процессов, происходивших в деревне под влиянием аграрной реформы. Кстати, сам Столыпин редко его использует и не всегда в положительном смысле. В этом смысле вернее говорить о перестройке земельных отношений, понимая под перестройкой двусторонний процесс распада и созидания: община разделялась на жизнеспособные частные хозяйства, которые в свою очередь становились строительной основой для новых общественных союзов. Причем все это происходило не только без социально-экономических потерь, но сопровождалось стабильным развитием русской деревни.

Явления социальных пустот, хаоса и энтропии, которые неизбежно вызывают процессы разрушения, фактически не наблюдались. Все протекало органично: нежизнеспособное старое постепенно умирало, а то, что от него отделялось, росло и занимало его место.

Важным эволюционным элементом в аграрной реформе стало постепенное поэтапное вхождение крестьянина в права полного собственника. Сначала крестьянин мог укрепить за собой землю без выдела в натуре, потом размежевать ее как личную собственность и, наконец, заполучить свою землю в частную собственность с небольшими ограничениями в отношении адресата ее возможной продажи.

Владение собственностью, по убеждению Петра Аркадьевича есть естественное право человека, определяющее его социальную и личную значимость. «Природа вложила в человека некоторые врожденные инстинкты, - писал 23 октября 1907 г П.А.Столыпин Л.Н.Толстому, - как то: чувство голода, половое чувство и т. п. и одно из самых сильных чувств этого порядка – чувство собственности. Нельзя любить чужое наравне со своим и нельзя обхаживать, улучшать землю, находящуюся во временном пользовании, наравне со своею землею. Искусственное в этом отношении оскопление нашего крестьянина, уничтожение в нем врожденного чувства собственности ведет ко многому дурному и, главное, к бедности». Эта социально-этическая защита частной собственности еще раз подтверждает, что для реформатора важно не только кому и как принадлежит земля, но и какие духовные, нравственные силы будут разбужены ее владением. «Собственность, - говорил он во II Государственной думе, - имела всегда своим основанием силу, за которой стояло и нравственное право».

Укрепляя институт частной крестьянской собственности, Столыпин давал возможность самому крестьянину «свободно, без опеки располагать своими духовными силами».

Иначе говоря, частная земельная собственность рассматривалась Столыпиным как универсальный элемент традиционного общества, который применительно к крестьянству сможет способствовать реализации его духовного потенциала. И в этом смысле межевая граница, беспрерывно проводимая землеустроителями по всей стране от Балтики до Дальнего Востока, вычерчивая границу групповой, единоличной и государственной земли, создавала русскому крестьянину то поле трудовой ответственности, на котором можно было взрастить и собрать не только зерновой, но и духовный урожай. Последнее было куда важнее первого. Ведь Столыпин понимал, что, укрепляя середняцкое хозяйство, сдерживая в процессе аграрной реформы образование фермерских и крупных товарных хозяйств, он волей-неволей замедляет развитие сельского хозяйства по интенсивному пути. Но экономический интерес уступил место соображениям высокого порядка.

Будущее России заключено не в громадных, но не бездонных природных ресурсах, а в ресурсе духовном, по словам Столыпина, - в «сокровище неисчерпаемом, которое нерасточимо», в прикосновении к которому человек черпает силы и обретает удачу. Этот ресурс столыпинскому правительству удалось активизировать, опираясь на трудолюбие крестьян и их хозяйственную заботу о родной земле. Именно здесь находилась и точка возврата России к нормальной жизни, и начало ее пути к новым вершинам. «Здоровому человеку, - писал философ И. Ильин, - труд нужен, как воздух, как уважение к себе самому, как радость, как молитва… Тот, кто трудится, участвует в жизни богосозданной ткани мира: он содействует ее постижению, ее развитию и ее полному расцвету».

И здесь уместно вспомнить, что во многих странах Запада разрушение общины оставило кровавый след в их исторической судьбе.

Это и чудовищное огораживание в Англии, где людей предпочитали овцам, превращая общинные земли в скотоводческие латифундии, это и бессовестные спекуляция, и ростовщичество с землей, как во Франции, где мелкий крестьянин земли становился рабом банковского каптала. Наконец, это и «благополучная» Америка, где фермерство стало своего рода оккупацией индейского запада, сопровождаемое геноцидом аборигенов. Даже «идеальная» Пруссия заплатила за этот переход массовой пролетаризацией страны.

По европейским часам Россия явно запаздывала с расставанием с общиной, но зато условия для земельной реформы здесь были свои – особенные. «Некапиталистый» помещичий класс, промышленники, еще слабо заинтересованные в земельной приватизации, бюрократия, не имевшая ни власти, ни большого интереса в решении местных земельных дел, наконец, сами крестьяне с их общинной психологией явно не собиравшиеся конкурировать друг с другом в борьбе за земельный ресурс, - все это неповторимое своеобразие русской действительности создавало реальную возможность провести земельную реформу в России спокойно, без крови, избегнув западных ошибок и преступлений.

Столыпинская аграрная реформа стала достойным ответом и выходом не только на вызов революционного кризиса внутри страны, но и на вызов мировой экономики, где только инициативный хозяин, способный к хозяйственной смекалке и творчеству, готовый сопрягать свои деловые усилия с усилиями других предприимчивых земледельцев, имел реальные шансы на успех. Русская деревня из статичного, замкнутого и задавленного общиной мира превращалась в открытую, динамично развивающуюся систему, и, что самое замечательное, все эти преобразования проводились Столыпиным в формате национального самосознания, с опорой на базовые социальные институты: семью, трудовой коллектив и русский этнос, что в свою очередь делало русский опыт модернизации не только уникальным, но и выигрышным в мировом разделении труда.

Столыпин знал русское крестьянство еще до революционного брожения, и не только по западному краю, но и по своим подмосковным и приволжским поместьям. Это знание было не продуктом изучения сухой экономической статистики, а взглядом изнутри, взглядом, способным многое понять и принять в жизни крестьянина. Известно, что во время хозяйственной инспекции в 1899 года поволжского имения супруги, он каждый раз сообщает в письмах домой о посещении церквей соседних с имением деревень, о беседах с местными священниками. Это было типично для Столыпина открывать и познавать деревенский мир в его духовной сердцевине.

«Вы все, господа, и верующие, и неверующие, - обращался Столыпин к депутатам III Государственной думы, - бывали в нашей захолустной деревне, бывали в деревенской церкви. Вы видели, как истово молится наш русский народ. Вы не могли не осязать атмосферы накопившегося молитвенного чувства, вы не могли не сознавать, что раздающиеся в церкви слова для этого молящегося люда – слова божественные».

Отсюда проистекала и главная ставка Столыпина в выборе движущей силы реформы - ставка на духовные силы народа.

«Меня вынесла наверх волна событий – вероятно, на один миг! – писал он Л.Н. Толстому в ответ на его обличения аграрной реформы. - Я хочу все же этот миг использовать по мере моих сил, пониманий и чувств на благо людей и моей родины, которую люблю, как любили ее в старину, как же я буду делать не то, что думаю и сознаю добром?»

И продолжает далее: «А вы мне пишете, что я иду по дороге злых дел, дурной славы и, главное, греха. Поверьте, что, ощущая часто возможность близкой смерти, нельзя не задумываться над этими вопросами, и путь мой мне кажется прямым путем».

Для Петра Аркадьевича вопрос воздействия земельной реформы на религиозную и нравственную жизнь русского крестьянина всегда оставался первостепенным. Без православия как духовной доминанты русского общества, по убеждению реформатора, немыслима одушевленность новообразующих социальных форм и отношений. Поэтому и земельные преобразования были направлены на раскрытие и «распрямление» религиозного потенциала крестьянства, зажатого и деформированного в сельской общине. Семя добра уже посеяно Богом в крестьянине, надо только помочь ему вырасти.

К началу XX века община в значительной мере утратила функции социального амортизатора. В сельской местности находилась многомиллионная масса неустроенных крестьян, которые, по выражению Столыпина, легко могли расстаться «с привычным политическим мировоззрением», отодвинув «исторические инстинкты на задний план». К тому же промышленная модернизация, сопровождаемая массовыми сезонными миграциями трудового крестьянства в город, не только способствовала разрушению замкнутости общины, но, что особенно заметно в условиях экономических кризисов, создавала новые, нетрадиционные для русской деревни формы и методы социальной борьбы. Стихийно формируемая модернизацией эта революционная сеть вхождения деревни в город, так «расширяла» сознание крестьянства, что зачастую развращала их души, убивая веру в Бога и царя.

Исторгая здоровые элементы крестьянства, уже в значительной мере зараженного революционным брожением общины, той самой общины, которая нанесла мощный разрушительный удар по частной собственности помещиков в 1902-1905 гг., удаляя эти элементы на изолированные от деревни хутора, столыпинское правительство тем самым выключало их из взаимодействия с духовно поврежденной человеческой средой. Чтобы спасти крестьян внутри их деревенского мира требовались годы и годы, пришлось бы растратить огромные силы часто в никуда и без толка, преодолевая косность, лень, пьянство, предвзятое отношение к священству, полиции, начальству, к земельной собственности и предпринимательству. Такое завязание в общинном болоте было опасно и гибельно для страны. Царское правительство решило, прежде всего, строить новый мир на новой земле, с новой школой, с новыми формами церковной и общественной жизни.

Вот почему параллельно с хуторским строительством из европейской зоны, пораженной революционной радиацией, где во многих местах уже были свиты целые гнезда социализма и безбожия, миллионы крестьян переселяются в Сибирь и на Алтай.

В этих малозаселенных краях, не отравленных бездуховным дурманом больших городов, и сельской земской школой, как на обетованной земле можно было все начать по-другому.

В итоге организованный царем и Столыпиным массовый исход крестьянства из обжитого центра на далекие целинные земли Сибири и Алтая стал для крестьян своего рода нравственной закалкой и стимулом к росту живого религиозного чувства. Вера во Христа позитивно структурировала сознание переселенцев, пробуждала в них сверхсознательные мотивы в рискованном движении на Восток, в утомительной борьбе с природой, в терпении «суровой, однообразной» пуританской обстановки переселенческой жизни.

«После страшной встряски Россия, несомненно, переживает сильный экономический и нравственный подъем… - докладывал Столыпин государю. - Сибирь растет сказочно: в безводных степях (Куландинска), которые два года тому назад признавались негодными для заселения, в несколько последних месяцев выросли не только поселки, но почти города. И прорывающийся из России в Сибирь смешанный поток богатых и бедных, сильных и слабых, зарегистрированных и самовольных переселенцев – в общем, чудный и сильный колонизационный элемент. Прибавлю, элемент – крепко монархический, с правильным, чистым, русским миросозерцанием. «Мы верим в Бога, верим в Государя, просим: дайте нам церковь, дайте школу» – вот общий крик всех сибирских переселенцев. В каждом селе нас встречали многолетием Вашему Величеству, везде просили передать царю-батюшке о любви народной…»

Так из поземельной крестьянской собственности, из переселенческого участка зауральского новосела - из чувства хозяина родной земли, как из малого семени, постепенно вырастало и крепло здание новой России. Будущее величие страны создавалось не на песке отвлеченных экономических теорий, вне контекста нравственного состояния общества, а на камне веры – с опорой на духовный ресурс. Разрастание крестьянства землею осуществлялось в русском православном духе, посредством крестьянского трудолюбия, с ориентиром на общественные, семейные ценности и идеалы. Именно на этот традиционализм аграрной реформы указывал народным избранникам П.А. Столыпин в своей знаменитой речи. Не в мессианском и имперском смысле говорил он о великой России, но в контексте познания России самой себя, ее возвращения к родным истокам, к здравому смыслу, на собственный национальный путь. Основой такого возрождения, по мысли Столыпина, и должна была стать межевая черта, делавшая русского крестьянина хозяином своей земли. В этой способности видеть великое в малом заключено ещё одно уникальное качество Столыпина как выдающегося государственного деятеля.

Из записки Столыпина царю о результатах инспекционной поездки в Сибирь и Поволжье. 1910 г.:

«Если идея землеустройства не везде дала уже обильные всходы, то повсеместно брошены ее семена; если в крестьянском быту не произошло решительного переворота, то в нем уже совершается глубокий сдвиг; и если землеустройство немного еще дало, то оно многое сулит России».

В расколотом революцией русском обществе христианская установка на дела милосердия и на помощь «всем нуждающимся и обремененным» являлась единственной возможностью избежать грядущей катастрофы.

П.А. Столыпин был убежден, что только таким путем духовной и социальной солидарности богатых и бедных, знатных и простых, сильных и слабых и можно исцелить настоящую и грядущую Россию от социализма и безбожия.

"Нельзя укрепить больное тело, питая его вырезанными из него самого кусками мяса; - утверждал он во второй Государственной Думе, - надо дать толчок организму, создать прилив питательных соков к больному месту, и тогда организм осилит болезнь; в этом должно, несомненно, участвовать все государство,все части государства должны прийти на помощь той его части, которая в настоящее время является слабейшей. В этом смысл государственности, в этом оправдание государства, как одного социального целого».

Таким образом, Столыпин распространяет высший принцип сострадательной любви на государственный организм. Сильные придут на помощь слабым не только по зову сердца, или в силу личной и корпоративной выгоды, но и в виду осознания себя частью единого гражданского. этнического и религиозного целого. В свою очередь это требовало от государства быть не просто социальным регулировщиком общественных потребностей и интересов, но и в соответствии с общенациональными ценностями и идеалами взращивать воспитывать сами эти потребности и интересы. Законы, налоговая и кредитная политика, народная «приватизация», социальные ссуды, школьное образование и миссионерско-просветительская активность Церкви – это те воспитательные средства и инструменты, с помощью которых государство собиралось воздействовать на идеальные и естественные человеческие потребности, воздействовать так, чтобы они в своем раскрытии и развитии не разделяли, а соединяли русских людей.

Наряду с аграрными преобразованиями ключевым направлением правительственной работы стала модернизация монархической политической системы. С этой целью был осуществлен целый комплекс мер тактического и стратегического характера: от совершенствования работы местного самоуправления, распространения его на новые группы населения и территории, до укрепления административной вертикали и согласования работы исполнительных и законодательных учреждений. Модернизация монархии мыслилась Столыпиным не как ослабление монархии, а как перераспределение ее сил, ее прав и обязанностей с целью достижения лучшего управленческого эффекта и возвышения личного авторитета самого самодержца.

По убеждению премьера самодержавие играет важнейшую роль в сбережении русской цивилизации. «Ведь Верховная власть, - напоминал Петр Аркадьевич забытые истины в стенах Государственной думы, - является хранительницей идеи русского государства, она олицетворяет собой ее силу и цельность, и если быть России, то лишь при усилии всех сынов ее охранять, оберегать эту Власть, сковавшую Россию и оберегающую ее от распада».

Без монархии, - говорил Столыпин уже в частной беседе чиновнику МВД С.С. Онгирскому, - Россия «рассыплется как карточный домик».

Из такого консервативного понимания государства и вытекало неприятие принципа парламентаризма, который, по убеждению Столыпина, ведет к утрате единоначалия в государственном управлении и возникновению параллельной власти, когда Дума и корона выступают как два разных носителя верховной власти и два независимых друг от друга источника ее трансляции в управленческие структуры. « ... государство, - утверждал Столыпин в ответ на подобные политические утопии, - есть один целый организм и что если между частями организма, частями государства начнется борьба,то государство неминуемо погибнет и превратится в “царство, разделившееся на ся”».

Отвергая парламентаризм, как и вообще преклонение перед западным либеральным строем, Столыпин в то же время оставался бескомпромиссным противником пороков и беззаконий в национальной структуре управления, главным из которых по-прежнему оставался бюрократизм. Чтобы преодолеть это удручающее явление русской жизни председатель правительства обращается за помощью к представительным учреждениям.

Как вспоминал бывший пермский губернатор И.Ф. Кошко. «Он (Столыпин. – Д.С.) высоко ценил контроль Государственной думы в области финансов и считал этот контроль единственным способом для целесообразного и по назначению расходования сбираемых с народа средств. Даже контроль над деятельностью администрации он считал необходимым, особенно у нас, где чувство законности еще так поверхностно; но он боролся против злоупотребления этим правом, когда оно делалось средством для партийной расправы с противником и когда факты извращались».

Сама идея партийного способа принятия решений в парламентском режиме была глубоко чужда нравственной натуре Столыпина. Сохранилось письмо, написанное им супруге еще в период губернаторства в Саратове, где дается нелестная оценка складывающейся в России либеральной политической культуре: «У меня в кабинете, - писал он супруге Ольге Борисовне, - многие из них (партийных людей – Д.С.) хорошо настроены, но гипноз публики, властью царствующих идей, делает их людьми не свободными, а рабами. Если бы я был политическим деятелем, то боялся бы всего более тирании и деспотизма партии, так как трудно служить одновременно партии и правде».

Укрепляя же в противовес парламентаризму самодержавное начало русской государственности, П.А. Столыпин пытался удержать русскую политику в нравственных координатах. Подтверждением к этому мнению могут служить и слова из обращения Столыпина к сельским жителям Саратовской губернии, опубликованного в губернских ведомостях накануне его министерского назначения:

«Стремление Царя – правда и добро; - разъяснял в обращении к крестьянам губернатор, - В этом отношении Государь стоит вне и выше всех партий».

Отвергая парламентаризм и конституционализм как чуждые исторической традиции принципы государственного устроения, Столыпин фактически предложил новую, но глубоко национальную модель государственного устройства, которую сам называл представительной монархией. Эта модель еще не была описана в теории, реформатор не раз подчеркивал, что она находится в процессе становления и в каких конкретных формах получит свое дальнейшее развитие, он сказать не может. Впрочем, неясность цели свидетельствовала не о слепоте правительства, а о творческом подходе в обновлении государственного строя. Причем важно заметить, что и методы, и принципы формирования новой политической системы были правительством четко обозначены, оно шло вперед с намеченной скоростью, не отрываясь далеко от берегов и в том направлении, на который указывал пройденный исторический путь.

Укрепление монархии как ствола русской государственности осуществлялось различными путями

Первое направление включало в себя модернизацию исполнительной власти, в ходе которой государственный аппарат самодержавия становился бы все более эффективным, способным к решению масштабных социальных задач. Это должно было наглядно, в живую убедить общество, что русский царь - не иллюзия кажущейся справедливости, а действительно царь правды, отец нации и рачительный хозяин страны. Первостепенное место в управленческой модернизации занимал кадровый вопрос. И хотя здесь Столыпину не всегда везло все же в оценке его кадровых преобразований для нас сейчас более важен не результат, а их позитивная направленность, верность в пути поиска решения.

Реформатор улучшал состав русской администрации последовательно и поэтапно, без массовых зачисток и репрессий, избегая нервозных встрясок и самоуспокоения в государственной работе.

Фактически Столыпин предложил организацию взаимодополняющей многоуровневой системы местного самоуправления, предполагающей возможность двойного представительства и участие юридических лиц. Так, выборы в самую крупную единицу самоуправления - в земство предусматривали выдвижение гласных от городского самоуправления, сословных учреждений и религиозных учреждений. В то же время, желая упорядочить запутанную схему местной власти, Столыпин собирался положить правовые и финансовые ограничения влиянию земской корпорации. С этой целью из-под налоговой власти земства предстояло вывести крупные города, а, посредством поселковой и волостной реформы, создать новые, независимые от земства, ячейки самоуправления.

Планируя создать в соответствии законопроектами о поселковом и волостном управлении более мелкие, дробные структуры местного самоуправления, неподведомственные земству и городам, Столыпин тем самым стремился стимулировать активность более консервативное сельское население. Эти новые структуры должны были получить право распоряжаться выдачей пособий на поддержание школ, церквей богаделен, больниц и приютов, а волостному собранию как самому крупному объединению сельских представителей предоставлялось право принимать решение об их устройстве, вместе «с правом самостоятельного заведования ими в хозяйственном отношении». Очевидно, что и поселковое и волостное самоуправление получили бы подобно западным земствам яркий консервативный окрас. Интегрирующим элементом здесь, как и на русском западе, могло стать православное духовенство. Отсюда и рекомендация ст. 3 «Положения о волостном управлении», «чтобы каждая волость совпадала, по возможности, с составом одного или нескольких церковных приходов». Причем в волостях с преобладающим русским или православным населением волостной старшина и не менее как один из его помощников «должен быть избираемы из лиц, русских по происхождению или принадлежащих к православной церкви».

Таким образом, реформатор намечал создать гибкую и эффективную систему взаимосвязанных друг с другом органов управления и самоуправления (при строгом разграничении их функций и компетенций), обеспечив посредством ее взаимную поддержку власти и общества.

Духовным соединением управленческой вертикали и самоуправленческой горизонтали должен был стать русский православный элемент.

Расширение прав местного самоуправления предполагалось осуществлять параллельно с усилением административного контроля за его деятельностью. В Записке Министерства внутренних дел «Главные начала преобразования земских и городских общественных управлений», внесенной на рассмотрение премьером Совета министров 7 февраля 1907 г. намечалось предоставить министру внутренних дел права производить ревизию местных выборных учреждений по собственному почину, а не испрашивать в каждом случае, как это было ранее, Высочайшего повеления на ее производство. Министр внутренних дел получал право: распускать земское собрание или городскую думу и назначать, не позже, чем через шесть месяцев, новый выборы гласных; устранять одновременно с роспуском земского собрания избранные ими исполнительные органы, которые временно должны быть заменены административным управлением. Иначе говоря, игра в местную «демократию» была ограничена жесткими правилами, преграждавшими путь либеральной безответственности и политиканству, а в отдельных случаях и инородческому сепаратизму.

Соответственно при всей развитости местного самоуправления губернатор оставался ключевой фигурой регионального управления.

Разделение компетенций между губернской и местной властью не означало принципа разделения властей. Губернатор по-прежнему являлся для земств и городов вышестоящей властью, представителем Верховной власти, действующим от имени государя. Такая субординация взамен партнерских отношений в определенной степени соответствовала той модели, которую царь и Столыпин реализовывали на центральном уровне в отношении к Государственной думе.

Расширяя полномочия губернатора, и в то же время, вводя их в определенный, очерченный законом круг компетенций, жестко подчиняя его решениям вышестоящих инстанций, правительство существенным образом меняла административный статус региональной власти. Из самовластного начальника губернии губернатор становился правительственным чиновником, легким проводником государственных интересов, не имеющим право играть собственную властную игру на вверенных ему Верховной властью просторах империи. А это значит, что решения царя и его правительства будут доставлены, переданы и утверждены губернаторами на места во всем задуманном объеме, без искажений и недосмотров. На этот результат и был нацелен Столыпин, он говорил своим помощникам, что усиление института губернаторов станет надежным средством «укрепления на долгие годы прочности монархического строя».

Окончание следует

В одном из московских издательств готовится к выходу в свет книга тульского историка Дмитрия Струкова «Петр Столыпин – С надеждой на Бога и царя», отрывки из которой предлагаются вниманию читателя.

---