Kayak is a ...
За последние две недели в мире анимации, даже в мире российской анимации произошел ряд событий. Например, наши фильмы собрали целый урожай призов на фестивале Tofuzi в Грузии. Гран-при достался Светлане Филипповой с ее пронзительным «Брутом», лучшим дебютом были названы «Другие берега» Василия Чиркова, лучшим режиссером – Дмитрий Геллер с его иронично-мрачным «Мужчина встречает женщину». Вместе с фестивалем «КРОК» неделю назад закончилась лицензионная ярмарка в Лондоне и тут же начался каннский MIPCOM – рынок аудивизуального контента. И там, и там была представлена продукция наших студий. При этом на MIPCOM уже привычно можно увидеть целый стенд Russian Animation (российская анимация).
Но помимо всех этих больших мероприятий, случилось еще одно скромное, мало кем замеченное в бурном потоке московской жизни событие. Оно разворачивалось в Китайском культурном центре, в присутствии едва ли полутора десятков человек, однако стало своего рода рубежом в одной большой, длинной и очень витиеватой истории.
Суть проста: российская компания RWS (Всемирные русские студии) и китайская компания Ori Animation подписали соглашение о совместном производстве полнометражных анимационных фильмов. Вроде бы собираются они дойти в своей деятельности до 3-4 мультфильмов в год, но пока известны подробности только про первый. Это будет «Аленький цветочек» с российскими и китайскими героями. Сценарий пишет Вадим Свешников, а режиссером с российской стороны станет звездный Максим Свешников, автор идеи фильмов про богатырей и режиссер «Снежной королевы». Производиться фильм будет, как и «Снежная королева» в Воронеже на базе Wizart animation. Точнее, там будет производиться половина фильма, тогда как вторую половину сделают натурально в Китае.
Казалось бы, эка невидаль - совместное производство… Сторонний зритель удивился бы торжественности производства. Однако дело не только в китайских обычаях, но и в том, что день этот можно назвать действительно долгожданным.
Только на моей памяти тема русско-китайского копродакшна муссируется года этак с 2008-го, когда водила я прекраснейшего китайского советника по комиксам и анимации на студию «Союзмультфильм», знакомила с художественным руководителем – тогда еще Наталией Дабижей, - и переводила на неофициальных переговорах - обсуждениях возможных совместных проектов, которые прям не сегодня завтра «Союзмультфильм» запустит вместе с какой-нибудь крупной китайской студией.
Уже тогда для российских анимационных компаний партнерство с китайцами выглядело очень заманчиво.
Во-первых, потому что Китай в свою мультипликацию вкладывает невероятное количество средств на всех уровнях. Они поддерживают студии, поддерживают производство и продвижение, строят огромные футуристические дворцы анимации с техническим обеспечением для маленьких коллективов, музеями библиотеками и видеотеками. Русские продюсеры и режиссеры, побывав на китайских производствах, вывешивают в сети сногсшибательные фотографии и восторженные комментарии.
Во-вторых, благодаря господдержке, сейчас в Китае огромное количество профессионалов среднего звена (то есть аниматоров, компоузеров и т. д.), хорошо обученных и работящих. А в России, напротив, именно таких профессионалов не хватает, и во многом развитие нашей мультипликации упирается именно в то, что ее некому делать. Благо, существует аутсорсинг и даже без равноценного партнерства китайские мощности можно использовать, чем благополучно и не очень занимаются некоторые российские компании (включая, например, «Смешариков», из которых ряд эпизодов делался на китайской базе).
В-третьих, Китай – это огромный рынок. Причем рынок очень закрытый и защищенный. Протекционистская политика китайских властей в отношении собственного контента, специфика китайской культуры (начиная от порядков сюжетосложения, заканчивая некоторыми жанровыми особенностями анимации, позволяющими почти во всех случаях отличать китайские мультфильмы от любых других) – все это делает Китай малопроницаемым для инородного анимационного материала (за исключением голливудских блокбастеров) и тем более лояльным по отношению к собственной анимации.
Одним словом, сотрудничество с Китаем может принести российской компании не только дополнительные (и очень серьезные) финансовые и кадровые ресурсы, но также и огромные возможности для последующего развития бренда на двух огромных территориях.
А что ж Китай? В 2008-м, несмотря на внешнюю заинтересованность в сотрудничестве с русскими, китайцы казались не вполне мотивированными для подобных совместных проектов. В отличие от российской стороны, которая уже много лет живет в разладе между амбициями и возможностями, китайцы имели и имеют вроде бы все необходимое. Вернее, почти все. Каких бы высот ни достигла за эти годы китайская анимация, однако все равно китайские мультфильмы продолжают вариться в собственном соку. Замкнутость рынка, которая позволяет анимации более интенсивно развиваться внутри страны, мешает ее экспансии.
Отчасти причиной тому необычная и даже трагичная история китайской анимации. Она ярко начиналась, и до сих пор зрители приходят в восторг от полнометражного фильма «Сунь Укун: Переполох в Небесных чертогах» и ранних короткометражек Те Вэя («Где мама», «Флейта пастуха»), принесших на мультипликационный экран китайскую акварельную графику и даосскую неторопливость. В конце 1950 – начале 1960-х на только зародившейся Шанхайской студии создавались эксклюзивные фильмы, разрабатывались новые артистичные техники (включая оригами-анимацию) и находились самые экстравагантные эстетические решения. Увы, этот период продолжался недолго. В 1966-м все живое убила культурная революция, и в последующие почти 20 лет китайская анимация представляла собой набор скучнейших мультфильмов, в которых неинтересные куклы вяло что-то обсуждали и к финалу обретали унылую мораль.
Об этой трагедии китайской анимации недавно был снят мультфильм. Его сделал российский режиссер Дмитрий Геллер и называется он «Маленький пруд у подножия великой стены».
Фильм изображает как раз Те Вэя, который после культурной революции не мог больше заниматься творчеством. Покорно тащит великий художник корзину с материалами для строительства великой китайской стены, переживает нападение, оправляется, поднимается по строительным лесам и невольно нет-нет, но заглядывается на туманные горы вдали, чтобы вечером, втихаря, запечатлеть увиденное несколькими росчерками. Фильм был сделан в Китае, куда Геллер приехал по приглашению китайской стороны, чтобы провести расширенный (на несколько месяцев) мастер-класс для китайских студентов.
Посвящение Те Вэю на последних кадрах было поставлено не без внутреннего трепета, поскольку «воз и ныне там»: к сегодняшнему дню китайской анимации «Маленький пруд» имеет отношение не меньшее, чем к ее истории.
Не то чтобы в Китае вовсе не было авторского кино, но в отличие от индустриальных проектов, оно не находит в стране поддержки – ни финансовой, ни моральной. Безумный эксперименталист Лей Лей, который сделал в том числе странный коллаж из собранных по помойкам позитивных пленок, дуэт художников Сюй Ань и Си Чэнь, начавших с подражаний Игорю Ковалеву и со временем превратившихся в замечательных самобытных авторов, великолепный Лю Цзянь, сделавший чуть ли не в одиночку полнометражный фильм «Пирсинг», Сюнь Сунь, создающий тяжеловесные и непонятные фильмы из гравюр по дереву… Все эти имена вызывают большой интерес в фестивальном мире. Однако в китайскую анимационную систему практически не интегрируются.
И, разумеется, такие художники являются в Китае абсолютным исключением из правил. В основном студентов-аниматоров учат делать продукт, и с этой задачей они справляются с каждым годом все лучше, но когда дело доходит до художественной выразительности, тонкой рефлексии, желания высказать себя… тут начинается полный тупик.
Этот маленький личный тупик, с которым сталкиваются юные аниматоры, становится постепенно глобальным тупиком для всей китайской индустрии. Возможно, никто бы не волновался по поводу слабого авторского начала, однако удивительным образом выясняется, что западная публика артистизм в некоторых дозах ценит и хотя работы больших художников сами по себе не привлекают массового зрителя, однако полное отсутствие прикосновения к большому искусству тоже не в чести. Приученные к красоте (нешуточной кстати) голливудских работ, изяществу французской мультипликации, изыскам японского аниме, на китайское мульт-кино зритель ходит без особой охоты, и эта странная, казалось бы, неожиданная даже высоколобость простой публики ставит нешуточно жесткие границы для международной дистрибуции мультфильмов из Китая.
В этом смысле содружество с Россией оказывается выгодно и Китаю тоже. Конечно, они могли бы просто нанять зарубежного художника, но внутренняя задача состоит, конечно, не в том, чтобы придать своим мультфильмам лоска за счет участия иностранца, а в том, чтобы немного сдвинуть перспективу и изменить сам подход к производству. И через это расширить ареал жизни китайской мультипликации до международного (им и впрямь уже тесновато, ибо выпуская в год по 30-40 полнометражных фильмов, китайцы, конечно, должны расширять рынок их сбыта, чтобы не столкнуться в самые ближайшие годы с перепроизводством).
Несмотря на очевидную выгодность сотрудничества, период русско-китайского ухаживания длился добрые 7-8 лет. Настолько долго и утомительно, что более порывистая российская сторона уже, кажется, почти отчаялась. И вот теперь вроде свершилось, производство российско-китайского «Аленького цветочка» должно начаться уже через несколько месяцев, сценарий в работе, детали оговорены.
Представляют ли участники проекта, как много зависит от его результатов? Надо думать, что представляют. Деньги в мультфильм вкладываются немалые (хотя точная сумма не называется). Кадровые решения определенно можно назвать удачными: несомненно братья Свешниковы – правильный выбор для такого старта, у них за спиной как минимум два удачных проекта, в которых Максим Свешников зарекомендовал себя не только как талантливый автор и режиссер, но и как человек достаточно гибкий, способный корректировать свои идеи в зависимости от продюсерских задач. Да и участие Wizart Animation - тоже хороший выбор. У этой компании вдоволь горячих молодых амбиций, позволяющих порой делать невозможное.
Другое дело, что смущает выбор темы. «Аленький цветочек» да еще и в 3D… Это продюсеры, конечно, погорячились. И, боюсь, этот фо-па совершила именно российская сторона. Ведь не случайно же, что Свешниковы снова обратились к популярнейшему мультфильму Льва Атаманова. Очевидно, что это стратегия, и столь же очевидно, что ошибочная. Ремейки классики выгодны только в краткосрочной перспективе (знакомое название привлечет первый поток зрителей), но анимация – это всегда долгосрочный проект, ее магия именно в повторных просмотрах, в новых поколениях детей, которые растут на этих мультфильмах, и с этой точки зрения оригинальная тема в принципе всегда лучше повторных экранизаций. А уж если это ремейк, то будьте добры сделать хотя бы не хуже оригинала, что в случае с гениальным Атамановым, конечно, осуществить трудно. При всем успехе новая «Снежная королева» Wizart Animation уже почти забылась зрителями и не стоит сильно надеяться на грядущего «Снежного короля», призванного закрепить удачу. Но у «Снежной королевы» был по меньшей мере один плюс (который, собственно, и определил судьбу фильма): если в России существует классическая знаменитая экранизация этой прекрасной сказки, то в мировой практике классического фильма на тему нет (и не будем им считать «Холодное сердце», где от Андерсена камня на камне не осталось). Именно поэтому фильм имел хорошую международную историю.
А вот «Аленькому цветочку» вряд ли так повезет. Во-первых, потому что сказка русская, а не датская. Во-вторых, потому что существует ее западный вариант – «Красавица и чудовище» - так что «Аленький цветочек» будет сравниваться не с одним, а сразу с двумя шедеврами. А имеется еще и в-третьих: «Аленький цветочек» категорически не создан для 3D (то есть для объемной компьютерной анимации). По крайней мере не для 3D на нынешнем этапе его развития. Дело в том, что сказка эта необычайно романтична, а передавать романтику в 3D на сегодняшний день пока не научились. Героику, юмор, мистику, волшебство – да, но не романтику. Довольно очевидным мне кажется, что компьютерная анимация (тем более в российско-китайском варианте) напрочь убьет все обаяние «Аленького цветочка», всю его тонкую сущность и мерцающую магию.
Впрочем, как знать. А вдруг RWS и Ori Animation удастся совершить невозможное? В любом случае хочется пожелать удачи этому проекту, ведь от него довольно много зависит в развитии таких важных для анимаций обеих наших стран отношений. Если повезет, результат мы увидим уже в 2016-м году, по крайней мере, именно такие сроки производства называют продюсеры.
Мария Терещенко. kino-teatr
ertata
По мнению аналитиков, портативный носимый компьютер в виде «умных очков» ORA-1 является ...
mini crushing gold plant — BINQ Mining Jan 18, 2013 · Mini gold ore processing ...
Mini Gold Ore Processing Plant,Gold Ore Crushing Home > Production Lines > Mini Gold Ore ...
+ развернуть текст 
