Выходной среди недели.
Солнце в окна, теплый октябрь.
Тихо, - один в квартирах.

кстати, начинает всё настойчивей казаться, что на вкус и цвет товарищи есть.
Не в смысле, что есть те, кто - тех же взглядов, а что есть нечто объективное, не зависящее от взглядов.

Говорят, люди уходят от церкви; ну, не знаю - тут полно народу. Иностранцы, по виду, корейцы, громко разговаривают, ржут, так и хочется осадить, тсс!

Перед грядущим юбилеем Сергия, всё в лесах, много рабочих в касках и фирменной одежде, ходят уверенно, вольно, подозреваю, приезжие, но все славянской внешности.

Трапезная открыта, и даже пускают в алтарную часть. Резной деревянный иконостас, стоимость которого больше стоимости всего здания Трапезной (подслушал экскурсовода).

В зале по правую руку выставлены, прислонены к стене две большие иконы Богородицы; монашек со свечой с кротким сладострастием, методично целует выступающие из-под серебряного оклада ручки и пяточки. Потом видел его стоящим тут же возле мощей под стеклом, погруженным в себя: наконец перекрестился и поклонился, старательно коснувшись пола пальцами. Прелес-сть какая.