Меня везли на кресле по коридорам областной больницы.
- Куда? – спросила одна медсестра другую. – Может, не в отдельную, может, в общую?
Я заволновалась.- Почему же в общую, если есть возможность в отдельную?
Сестры посмотрели на меня с таким искренним сочувствием, что я несказанно удивилась. Это потом я узнала, что в отдельную палату переводили умирающих, чтобы их не видели остальные.
- Врач сказала в отдельную, – повторила медсестра.

Я успокоилась. А когда очутилась на кровати, ощутила полное умиротворение уже только от того, что никуда не надо идти, что я уже никому ничего не должна, и вся ответственность моя сошла на нет. Я ощущала странную отстраненность от окружающего мира, и мне было абсолютно все равно, что в нем происходит. Меня ничего и никто не интересовал. Я обрела право на отдых. И это было хорошо. Я осталась наедине с собой, со своей душой, со своей жизнью. Только Я и Я. Ушли проблемы, ушла суета и важные вопросы. Вся эта беготня за сиюминутным показалась настолько мелкой по сравнению с Вечностью, с Жизнью и Смертью, с тем неизведанным, что ждет там, за небытием…

И тогда забурлила вокруг настоящая Жизнь! Оказывается, это так здорово: пение птиц по утрам, солнечный луч, ползущий по стене над кроватью, золотистые листья дерева, машущего мне в окно, глубинно-синее осеннее небо, шумы просыпающегося города – сигналы машин, спешащее цоканье каблучков по асфальту, шуршание падающих листьев… Господи, как замечательна Жизнь! И я только сейчас это поняла…

- Ну и пусть, - сказала я себе. – Но ведь поняла же. И у тебя есть еще пара дней, чтобы насладиться ею и полюбить ее всем сердцем.
Охватившее меня ощущение свободы и счастья требовало выхода, и я обратилась к Богу, ведь он был ко мне уже ближе всех.
- Господи! – радовалась я. – Спасибо тебе за то, что ты дал мне возможность понять, как прекрасна Жизнь, и полюбить ее. Пусть перед смертью, но я узнала, как замечательно жить!

Меня заполняло состояние спокойного счастья, умиротворения, свободы и звенящей высоты одновременно. Мир звенел и переливался золотым светом божественной Любви. Я ощущала эти мощные волны ее энергии. Казалось, Любовь стала плотной и в то же время мягкой и прозрачной, как океанская волна. Она заполнила все пространство вокруг, даже воздух стал тяжелым и не сразу проходил в легкие, а втекал медленной, пульсирующей водой. Мне казалось, все, что я видела, заполнялось этим золотым светом и энергией. Я Любила! И это было слиянием мощи органной музыки Баха и летящей ввысь мелодии скрипки.

Отдельная палата и диагноз «острый лейкоз четвертой степени», а также признанное врачом необратимое состояние организма имели свои преимущества. К умирающим пускали всех и в любое время. Родным предложили вызывать близких на похороны, и ко мне потянулась прощаться вереница скорбящих родственников. Я понимала их трудности: о чем говорить с умирающим человеком? Который, тем более, об этом знает. Мне было смешно смотреть на их растерянные лица.

Я радовалась: когда бы я еще увидела их всех! А больше всего на свете мне хотелось поделиться любовью к Жизни – ну разве можно не быть от этого счастливым! Я веселила родных и друзей, как могла: рассказывала анекдоты, истории из жизни. Все, слава богу, хохотали, и прощание проходило в атмосфере радости и довольства. Примерно на третий день мне надоело лежать, я начала гулять по палате, сидеть у окна. За сим занятием и застала меня врач, сначала закатив истерику по поводу того, что мне нельзя вставать.
Я искренне удивилась:
- Это что-то изменит?
- Нет, - теперь растерялась врач. – Но вы не можете ходить.
- Почему?

- У вас анализы трупа. Вы и жить не можете, а вставать начали.
Прошел отведенный мне максимум – четыре дня. Я не умирала, а с аппетитом лопала колбасу и бананы. Мне было хорошо. А врачу было плохо: она ничего не понимала. Анализы не менялись, кровь капала едва розоватого цвета, а я начала выходить в холл смотреть телевизор.
Врача было жалко. Любовь требовала радости окружающих.
- Доктор, а какими вы бы хотели видеть эти анализы?
- Ну, хотя бы такие. – Она быстро написала мне на листочке какие-то буквы и цифры. Я ничего не поняла, но внимательно прочитала. Врач посмотрела на меня, что-то пробормотала и ушла.
В девять утра она ворвалась ко мне в палату с криком:
- Как вы это делаете?!
- Что я делаю?

- Анализы! Они такие, как я вам написала.
- А-а! Откуда я знаю? Да и какая, на фиг, разница?
Лафа кончилась. Меня перевели в общую палату. Родственники уже попрощались и ходить перестали.
В палате находились еще пять женщин. Они лежали, уткнувшись в стену, и мрачно, молча и активно умирали. Я выдержала три часа. Моя Любовь начала задыхаться. Надо было что-то срочно делать. Выкатив из-под кровати арбуз, я затащила его на стол, нарезала и громко сообщила:
- Арбуз снимает тошноту после химиотерапии.
По палате поплыл запах свежего снега. К столу неуверенно подтянулись остальные.
- И правда снимает?
- Угу, - со знанием дела подтвердила я, подумав: «А хрен его знает».
Арбуз сочно захрустел.

- И правда, прошло, - сказала та, что лежала у окна и ходила на костылях.
- И у меня… И у меня… - радостно подтвердили остальные.
- Вот, - удовлетворенно закивала я в ответ. – Как-то случай у меня один был… А анекдот про это знаешь?
В два часа ночи в палату заглянула медсестра и возмутилась:
- Вы когда ржать перестанете? Вы же всему этажу спать не даете!
Через три дня врач нерешительно попросила меня:
- А вы не могли бы перейти в другую палату?
- Зачем?
- В этой палате у всех улучшилось состояние. А в соседней много тяжелых.
- Нет! – закричали мои соседки. – Не отпустим.

Не отпустили. Только в нашу палату потянулись соседи, просто посидеть, поболтать, посмеяться. И я понимала почему. Просто в нашей палате жила Любовь. Она окутывала каждого золотистой волной, и всем становилось уютно и спокойно. Особенно мне нравилась девочка-башкирка лет шестнадцати в белом платочке, завязанном на затылке узелком. Торчащие в разные стороны концы платочка делали ее похожей на зайчонка. У нее был рак лимфоузлов, и мне казалось, что она не умеет улыбаться. А через неделю я увидела, какая у нее обаятельная и застенчивая улыбка. А когда она сказала, что лекарство начало действовать и она выздоравливает, мы устроили праздник, накрыв шикарный стол. Венчали его бутылки с кумысом, от которого мы быстро забалдели, а потом перешли к танцам. Пришедший на шум дежурный врач ошалело смотрел на нас, после сказал:
- Я тридцать лет здесь работаю, но такое вижу первый раз.
Развернулся и ушел. Мы долго смеялись, вспоминая выражение его лица. Было хорошо.

Я читала книжки, писала стихи, смотрела в окно, общалась с соседками, гуляла по коридору и так любила все, что видела: книгу, компот, соседку, машину во дворе за окном, старое дерево. Мне кололи витамины. Надо же было что-то колоть. Врач со мной почти не разговаривала, только странно косилась, проходя мимо, и через три недели тихо сказала:
- Гемоглобин у вас на 20 единиц выше нормы здорового человека. Не надо его больше повышать.
Казалось, она за что-то сердится на меня. По идее, получалось, что она дура и ошиблась с диагнозом, но быть этого никак не могло, и она это тоже знала.

А однажды она мне пожаловалась:
- Я не могу вам подтвердить диагноз. Ведь вы выздоравливаете, хотя вас никто не лечит. А этого не может быть.
- А какой у меня диагноз?
- Я еще не придумала, - тихо ответила она и ушла.
Когда меня выписывали, врач призналась:
- Так жалко, что вы уходите, у нас еще много тяжелых.
Из нашей палаты выписались все. А по отделению смертность в этом месяце сократилась на 30 процентов.

Жизнь продолжалась. Только взгляд на нее становился другим. Казалось, что я начала смотреть на мир сверху, и потому изменился масштаб обзора происходящего. А смысл жизни оказался таким простым и доступным. Надо просто научиться любить, и тогда твои возможности станут безграничными, а все желания сбудутся, если ты, конечно, будешь эти желания формировать с любовью. И никого не будешь обманывать, не станешь завидовать, обижаться и желать кому-то зла. Так все просто и так все сложно.
Ведь это правда, что Бог есть Любовь. Надо только успеть это вспомнить…

Источник

Суфганиет - пончики, которые у нас, в Израиле принято готовить к еврейскому празднику Ханука. Существует множество рецептов суфганиет, классические традиционно жарятся в масле. Со всякой- разной начинкой, сладкой, естественно. Добавляют варенье, шоколад, вареную сгущенку, сливочный крем. Вкусно! Калорий немеряно. А отказаться не просто трудно, невозможно. Причем пончики положено есть целую неделю. То на работе празднуем, то в гостях. А если сама ждешь гостей, деваться некуда. К сладкому нужно подать пончики. Стала искать что-то подходящее. И вдруг мне попался рецепт пончиков почти диетических.

Смотрите сами.

• творог 9% (200г)

• 7 ст.л. муки (130 г муки)

• 3 ст.л. сахара

• 2 яйца

• разрыхлитель для теста

А дальше все просто. В миске смешать творог, сахар и яйца. Добавить муку с разрыхлителем. Можно добавить немного ванили или корицы, кому что нравится. Получится довольно мягкое тесто. Застелить противень пергаментной бумагой. Руки смазать растительным маслом, чтоб тесто не липло. Налепить шариков, и разложить на некотором расстоянии друг от друга.  Сделать колобки, и в каждый потом добавить секретик. Кусочек шоколадки, клюковку в сахаре… Разогреть духовку до 180 градусов и выпекать суфганиет 15-18 минут до румяного цвета. Всех дел на десять минут. Ну и духовка, конечно, пыхтела.

Всех с праздником! Пусть будет светло и тепло. И, самое главное, спокойно в мире.

Опубликовано  предсмертное интервью известного кинорежиссера Стенли Кубрика, в котором он подробно и обстоятельно рассказал о том, что все посадки на Луну были сфабрикованы НАСА и как он на Земле снимал все кадры американских лунных экспедиций...

Источник

Вот, вчера написала микро-рассказ, жажду поделиться. Возможно, буду еще дорабатывать, это сырой, не отшлифованный вариант.

Прочь

Прочь, от всего прочь!

Проворно собраться и незаметно покинуть жилище.

Прочь от них, от  Него, от старых больных родителей, от убогой съемной квартиры, от мокрых пеленок, кучи грязной посуды, от неутешительных прогнозов врачей, от правильных уравновешенных знакомых, от неудавшейся карьеры.

Отречься. Скинуть обузу, расправить плечи и вперед.

Неуловимо прокрасться по обшарпанному подъезду и юркнуть тенью на улицу. Выключить телефон, нет, лучше просто оставить его там. Не брать ничего, только ключи. Поцеловать спящих малышей. Не разбудить!

И вперед. Туда. Туда, где скорость и ветер, где бесконечная дорога, туда, где неизвестность.

Бежать! По выщербленным пегим ступенькам, едва касаясь перил. Быстрей! Пока не передумала, не отступила. Один раз в жизни решиться и исполнить. Не струсить, выдержать.

Один раз в жизни исполнить СВОЮ волю, осуществить задуманное. Смочь.

Сорвать парик и кинуть на соседнее сидение, встряхнуть бесстрашно головой, ощущая шелк волос.

А вдали уже свет, яркий солнечный свет и ветер в лицо. Вцепившись в руль обогнать всех. Мчаться, не разбирая дороги, по широкой трассе вперед. К солнцу. В неизвестность. Захлебываться жестким ветром, швыряющим волосы в глаза, слепящим и режущим. Как тогда на мотоцикле с ним. Один незабываемый раз. Всего лишь один, восхитительный, упоительный, зачеркнувший всё будущее, раз. А потом жизнь.

Стандартная тошнотворная жизнь.

Она решительно направила машину к неогороженному обрыву, безжалостно давя на газ.

От всего прочь! От них, от Него… от себя.

Сегодня проводил человеку коуч-сессию, и по окончанию ее осознал, что действительно - как мало иногда нужно человеку, для того, чтобы по настоящему быть счастливым. 



Сразу на ум пришла одна цитата. В свое время, эта цитата коренным образом повлияла на мой образ мышления, и всю мою дальнейшую жизнь. Именно этой цитатой, я и хотел бы поделиться с тобой сегодня: 

"Для того, чтобы быть счастливым, человеку необходимо лишь иметь СПОСОБНОСТЬ спокойно воспринимать и переносить то, что происходит. 
А несчастье - это всего лишь неспособность спокойно воспринимать реальное положение вещей." 
Л. Рон Хаббард

P.S. И если разобраться, весь мой коучинг, как раз и направлен на то, что бы помочь тебе эту СПОСОБНОСТЬ восстановить.
Она есть у каждого, и развита в той или иной степени. И естественно, как и любую другую способность, ее можно развивать, и повышать до невероятных высот. 

Успехов и Процветания!