Я долго дышал в сторону готовясь сделать классику. Торт, состоит из 5 ингредиентов… каждый в отдельности почти как торт. Забегая вперёд скажу, что торт очень вкусный и не похож ни на один другой. Просто высота торта очень низкая, а количество слоёв 7 не считая смачивания бисквита. Итак, как приготовить торт Опера или готовимся ко Дню рождения жены.

Величина торта зависит от величины противня и желания сделать 3 или 4 слоя бисквита Джоконда. Я делал 3 слоя бисквита. Для 3-х слоёв расчёт такой: готовим на 2-ух противнях. Разрезаем бисквит, выложенный на целый противень, на 2-е неравные части 1/3 и 2/3. Получаем с каждого противня два больших куска величиной — 2/3 от противня, и два куска поменьше величиной — 1/3 от противня.

Ингредиенты торта Опера

Кофейный сироп:

120 мл. (1/2 ст.) воды
65 г. (1/3 ст.) сахарного песка
2 ст. л. растворимого кофе
я упростил приготовление кофейного сиропа, получив кофе порядка половины стакана из кофейной машины Nespresso, добавил сахар, а затем размешал.
Несомненно в рецепте будет описан конвенциональный метод.

Бисквит «Joconde»:

45 г. сливочного масла, комнатной температуры
4 больших яйца
30 г. (2 ст. л.) сахара
160 г. (1 1/2 ст.) миндальной муки, просеянной через сито
145 г. (1 1/4 ст.) сахарной пудры
3 белка от больших яиц
45 г. (1/4 ст.) муки
50 г. (1/4 ст.) сахара

Кофейно-масляный крем:

80 г. (1/3 ст.) воды
135 г. (2/3 ст.) сахара
1 большое яйцо
2 желтка из больших яиц
60 г. (1/4 ст.) воды
1 ч. л. ванильной эссенции
255 г. сливочного масла, комнатной температуры
5 г. (1 ст. л.) растворимого кофе
1 ст. л. кипящей воды

Ганаш:

240 г. горького шоколада
125 мл. (1/2 ст.) молока
60 мл. (1/4 ст.) сливок 38%
60 г. сливочного масла, комнатной температуры

Шоколадная глазурь:

60 г. (1/4 ст.) сливки 38%
150 г. (1/2 ст. + 2 ст. л.) воды
180 г. (1 ст.) сахара
65 г. какао-порошка
6 г. желатина
30 г. (2 ст. л.) воды

Готовим торт Опера.

Готовим кофейный сироп

1. Тут всё проще в сотейнике варим сахар, воду и кофе. Доводим до кипения и охлаждаем до комнатной температуры.
2. Или просто пользуем кофеварочную машину для этих целей.

Готовим бисквит «Joconde»:

1. Можно посмотреть, как делается этот бисквит тут, но на Оперу нужны свои отклонения, так, что продолжаем читать.
2. На самом деле величина торта будет определена именно величиной бисквита…, ну как всегда заметите Вы, но не всё так просто. Наш бисквит должен повториться в торте три раза. Соответственно деление должно происходить таким образом, что два цельных слоя получаются с каждого противня, а третий слой из 2-ух половинок оставшихся от каждого противня. Другими словами, делим противень (взглядом или линейкой) на 3 части и разрезаем на 1/3 и 2/3.
3. Приступаем к самой готовке. Просеиваем муку, миндальную муку и сахарную пудру через сито

4. Взбиваем в миксере яйца, миндальную муку, сахарную пудру и муку венчиком гитара в течение 5-7 минут до получения кремового раствора, светлого и воздушного.

5. Добавляем растопленное масло, продолжаем мешать.

6. Перекладываем в другую посуду, а чашу для миксера моем, насухо вытираем и если быть совсем идеальным, то делим лимон надвое и внутренней стороной протираем чашу миксера, что бы удалить любые следы жира для улучшения поднятия меренга.
7. Взбиваем белки с сахаром (как это делать смотри тут) до твёрдых пиков.

8. Нагреваем печку на 200С, режим турбо.
9. Методом складывания смешиваем меренг с яичной массой.

10. Разделяем полученное количество на два противня, проложенные пергаментной бумагой, приблизительно 34Х42см., но в любом случае, чтобы высота меренга не превышала 3мм., так как торт Опера сам по себе не более 6см. в высоту.

11. Ставим в печку на 6-7 минут или пока коржи порозовеют.

12. Достаём и полностью охлаждаем.
13. Переворачиваем на другую пергаментную бумагу и отделяем от бумаги, на которой жарилось в печке.

Готовим кофейно-масляный крем для торта Опера.

1. Готовим сахарный сироп: в сотейнике нагреваем сахар, воду и ванильную эссенцию и доводим до кипения. Понижаем огонь до среднего.

2. Доводим раствор до температуры 120С (проверяем термометром).

3. А пока происходит нагревание сиропа до 120С (где то в районе 112-114С), кладём яйца и белки в миксер и на быстрой скорости доводим до воздушного состояния (минут 5 займёт). Уменьшаем скорость до средней и продолжаем смешивать.

4. Когда температура сиропа достигнет 120С вливаем тонкой струйкой по внутренней части чаши миксера в белковый раствор.

5. Когда закончили наливать, увеличиваем скорость на максимальную и взбиваем 4 минуты, до получения тягучей и не горячей смеси.
6. Во время взбивания, добавляем сливочное масло, каждый раз по две ложки и ждём пока полностью смешается.

7. Растворяем в кипячённой воде кофе до состояния утреннего кофе, но без сахара.

8. Добавляем кофе в крем и продолжаем взбивать ещё минуту

9. Переносим в отдельную посуду

Готовим ганаш

1. На водяной бане разогреваем сливки и молоко до горячего состояния, не кипения.

2. Добавляем шоколад и смешиваем.

3. Когда шоколад растаял, снимаем с огня и добавляем масло.

4. Даём немного остыть. Если во время собирания торта ганаш застыл, то нужно его подогреть.

Собираем торт (глазурь сделаем позже).

1. Берём первый бисквит Джоконда (цельный кусок) и выкладываем на блюдо для подачи.

2. Смазываем кофейным сиропом, кто, чем может, у меня кисточка наполняемая жидкостью, в данном случае кофейным сиропом.

3. Смазываем бисквит Джоконда тонким слоем кофейно-масляным кремом и накрываем следующим слоем бисквита, но на этот (внутренний слой) используем 1/3 бисквита с обеих противней (как на картинке внизу).

4. Вновь поливаем кофейным сиропом и затем размазываем слой ганаша по бисквиту.

5. Покрываем последним слоем бисквита, поливаем кофейным сиропом. Размазываем кофейно-масляный крем по бисквиту. И убираем в холодильник на 5 часов или на ночь.

Переходим к готовке шоколадной глазури

1. Наливаем в сотейник воду, сливки, сахар и хорошо размешиваем. Ставим на огонь и доводим до кипения.

2. На соседней конфорке высыпаем желатин в маленькую кастрюлю, доводим до 60-70С, т.е. не до кипения, постоянно размешивая. Когда желатин полностью растворился, снимаем с огня и даём ему остыть.

3. В кастрюлю со сливками всыпаем какао-порошок и хорошо перемешиваем, а что бы не было кусочков, какао предварительно просеиваем. Выключаем огонь.

4. Охлаждаем кастрюлю с какао до 43С (возле окна зимой, очень хорошо остывает).

5. Если у вас желатин, как и у меня, полностью растворён и почти не отличим от воды, можно смешивать с глазурью. Если у Вас желатин набухает вместе с водой и скорее похож на желе, тогда Вам придётся поставить глазурь на водяную баню и в неё влить желатин. Нагревать до полного растворения желатина.

6. Теперь остужаем полученную глазурь до 24С. Желательно не экспериментировать с более горячей глазурью, она просто сделает дыры в креме и получится не красиво.

Продолжаем готовить торт Опера.

1. Выставляем блюдо с тортом на решётку над раковиной или над другим, но бОльшим блюдом и переходим к покрытию глазурью. 

2. Берём ситечко в одну руку, глазурь в другую, чёрт фотоаппарат в зубах не щёлкает и льём из сотейника через сито на торт глазурь.

3. Просто себе льём и даём лишней глазури течь в раковину… да, ужасно обидно, но что делать, такая у нас тяжкая доля.

4. Вытираем салфеткой лишнюю глазурь с блюда и ставим в холодильник на ночь.
5. На следующий день в высокую чашку наливаем кипяток и вставляем в неё длинный нож. Ждём несколько минут, что бы он нагрелся.

6. Достаём нож из воды, хорошенько, но быстро вытираем его и приводим наш торт в Б-жеский вид, то есть обрезаем края.
7. После первого же отрезания торта, смотрим на срез и снимаем скупую слезу кондитера, видя такое чудо.

8. Для пущей крутости снова макаем нож в горячую воду, снова вытираем и продолжаем обрезать со всех сторон.
9. Вытираем блюдо со всех сторон и ставим в холодильник.
10. А незадолго перед гостями нагреваем белый шоколад на водяной бане, перекладываем в кулинарный пакет, немного охлаждаем, чтобы шоколад не тёк, а был похож на крем и вспоминаем в какую сторону закручивался скрипичный ключ.

11. Когда народ пробует этот торт, соседи прилегают ушами к стенкам, что бы понять по какому поводу раздаются громкие Охи и Ахи.

Приятного чаепития

Сезон апельсинов на дворе…, а что может быть лучше апельсинов? Чизкейк с апельсинами. Чизкейк с апельсином это не только не забываемый вкус печёного творога, но и приятное послевкусие, оставляемое апельсиновыми вкраплениями.

Круглая раскрывающаяся формочка на 26 см.

Составляющие апельсинового чизкейка:

Тесто для основания

150 г. сливочного масла комнатной температуры (если Вы любите Ваших близких, не используйте маргарин)
350 г. (3/4 ст.) шоколадного бисквитного печенья, типа «Юбилейное» 

Крем для чизкейка

750 г твороженной массы 30%-ой
200 мл. сметаны 15%
250 мл. твороженной массы 5-9%
1 ст. л. сахарной пудры
1 ч. л. ванильной эссенции
70 г (5 ст. л.) крахмала
2 ст. л. апельсиновой цедры
6 больших яиц (L)
300 г. (1 ½ ст.) сахар 

Украшаем

1 ч. л. лимонного сока
Шкурка с 2-ух апельсинов, разрезанная на тонкие полоски (очень желательно тонкая шкурка)
100 г. (1/2 ст.) сахар
60 мл. (1/4 ст.) воды

Процесс пошёл, готовим тесто для основания апельсинового чизкейка

1. Смешиваем масло с раздробленным печеньем.

2. Смачиваем формочку подсолнечным маслом и перекладываем в формочку бисквиты с маслом. Аккуратно распределяем массу по формочке, включая бортики до самого верха. Это нам понадобится впоследствии при заполнении кремом.

3. Ставим в холодильник на час.

Готовим украшение для апельсинового чизкейка

1. Готовим апельсиновые корочки (шкурку). Надрезаем шкурку апельсина на 6-7 кусочков. Открываем аккуратно, что бы шкурка сохранилась целой. Разрезаем на тонкие полосочки.

2. Кладём в сотейник сахар, воду, лимонный сок и доводим до кипения. Продолжаем варить порядка 6 минут, что бы «водица» немного сгустилась.

3. Снимаем с огня и добавляем апельсиновые полосочки. Даём остыть и ставим в холодильник на час.

Готовим крем для чизкейка

1. Нагреваем печку на 160С, режим турбо.
2. Смешиваем обе твороженные массы, сметану и сахар в миксере, можно и венчиком.

3. Добавляем яйцо одно за другим хорошо смешивая.

4. Добавляем апельсиновую цедру, сахарную пудру и крахмал и хорошо смешиваем до получения однородной массы.

Соединяем все ингредиенты в законченное произведение

1. Выкладываем твороженную массу на основание, забрасываем в печку и часик отдыхаем, ждём пока крем приобретёт золотистый окрас.

2. Выключаем печку и оставляем чизкейк в ней ещё на час. Когда достаём, получаем такую красоту

3. Ну и сама подача, выкладываем из холодильника апельсиновые полосочки и украшаем чизкейк. Можно также присыпать сахарной пудрой.

Приятного чаепития

На прошлой наделе я побывала на интенсиве "Перезагрузка" в Пловдиве. Его организовала натуропат, и моя наставница Д-р (Ph.D) Юлия Резникова, вы наверняка знакомы с ней по её выступлениям на 9-том канале, где она вела рубрику о здоровом питании. Я учюсь у неё на консультанта  по лечебному и здоровому питанию.
И так, четыре незабываемых дня: лекции, мастер классы, СПА, общение с интересными людьми из разных стран ну и конечно же прогулки по самому городу. Наш день начинался с программы изометрических упражнений под руководством остеопата Марины Вольф, которые давали нам зарядку бодрости на целый день. Питались мы только здоровыми блюдами, которые повар гостиницы готовил специально для нас по рецептам Юли. Даже трудно поверить, что из самых простых продуктов можно приготовить такую вкусную и полезную еду. А главное можно вкусно есть, оздоровляться и даже худеть. Так же я выдержала целый день на очистке организма овощными соками. После такого разгрузочного дня я стала чувствоветь себя легче и бодрее. 

Сам Пловдив расположен на реке Марица и является вторым по величине в Болгарии. Это один из старейших городов Европы, он старше Рима, Афин, Карфагена и Константинополя.  

Наша гостиница была расположена в 20-ти минутах ходьбы до центра и старого города, или же туда можно было добраться на такси, которое там очень дешёвое. В центре города есть длинный бульвар с магазинами и кафе. Недалеко от центра начинается старый город с мощеными улицами и необычными и красивыми зданиями.  

Моей соседкой по номеру была девушка из Казахстана, которую тоже зовут Ира. Мы с ней очень подружились и вместе гуляли везде. Нашим любимым местом в центре города стало турецкое кафе, в котором мы ощущали себя как в сказке. Турецкая музыка, турецкий чай(за 2 шекеля) и турецкие сладости (мы честно, только попробывали, совсем чуточку) согревали нас во время прогулок по бульвару.
Вобщем, море положительных впечатлений! Хочется возвращаться сюда снова и снова. Кстате, такой интенсив будет опять в мае, и он не только для учеников, а для каждого, кто хочет перезарядится, отдохнуть и совместить приятное с полезным.

сегодня история опять от Александра Непомнящего (не нумизматика и не бонистика)
вроде в Ботинке такой истории не было 
если кто то уже выставлял , то можно будет и удалить

Александр Непомнящий 
Легенда о тель-авивском големе

В 1890 году состоятельный предприимчивый делец Зерах Барнет, окончательно оставив пушной бизнес в Лондоне, распродал свое имущество и решил обосноваться в Эрец-Исраэль. В Палестине он не раз бывал и раньше, даже участвовал в строительстве квартала Меа-Шеарим, одного из первых за пределами крепостных стен Иерусалима.

 

Теперь, глядя на тесные и грязные дома, которые яффские евреи вынуждены были за немалые деньги арендовать у местных арабов, Барнет решил основать неподалеку от Яффо новый квартал наподобие иерусалимского Меа-Шеарим. 
Он договорился с владельцами пустынных песчаных холмов к северу от города о покупке участка в десяток дунамов (площадь, равная примерно полутора футбольным полям). Вот только продавцы затребовали всю сумму наличными, не соглашаясь брать чек, который в Яффо и вложить в те времена было некуда. 
Пришлось Барнету отправиться в Иерусалим. Сумев обменять чек на наличные, он вернулся в Яффо, пряча деньги в поясе. Впоследствии в своих воспоминаниях Барнет напишет, что долго еще после той поездки страдал от боли в спине — такой тяжелый мешок монет пришлось ему таскать на себе.
По случаю основания квартала Зерах Барнет устроил пышные торжества. Он так старался завлечь на церемонию как можно больше людей, что даже нанял ослов — для того чтобы перевозить почетных гостей через труднопроходимые, заросшие колючками песчаные дюны. Среди гостей были и арабские старейшины из Яффо, и еврейские торговцы из Иерусалима. 
Так к югу от Неве-Цедека — первого квартала, построенного евреями за стенами Яффо тремя годами ранее, — возник новый район, Неве-Шалом, «Обитель мира». Имя ему Барнет выбрал из книги пророка Иешаягу: «И будет жить народ мой в обители мира, и в жилищах безопасных, и в покоях тихих» (32:18). 
Поначалу многие из яффских евреев скептически отнеслись к затее лондонского торговца. «Скорее щеки твои прорастут травой, чем возникнет квартал на песке», — посмеивались они, переиначивая известную цитату из Талмуда. Но Барнет не сдавался. Выстроив первую линию домов, он предложил их на продажу по вполне умеренным ценам, да еще и в рассрочку, что выходило куда дешевле аренды жилья у арабских домовладельцев. Только покупателей все равно не нашлось. Страшно было людям перебираться из защищенного, пусть и тесного, Яффо в пустынный пригород. Рисковать никто не хотел. Дома остались пустыми. 
Упрямый Барнет решил сам поселиться в новом квартале. Уже на третью ночь его навестили грабители, и, лишь откупившись приличной суммой, он спас себя и своих домочадцев. Однако и после этого предприниматель настойчиво продолжал жить в новом доме. 
Ситуация изменилась лишь тогда, когда в Неве-Шалом перебрался раввин яффской ашкеназской общины Нафтали Герц Алеви, знаток Торы и известный каббалист. Жена его болела, страдая от спертого воздуха в Яффо, и врачи посоветовали поискать место посвежее. Погостив летом в одном из пустовавших домов нового района, ребецин почувствовала себя значительно лучше. Обрадованный выздоровлением супруги раввин сразу купил дом. 
Вслед за ним потянулись и другие евреи. Воодушевленный Барнет построил вторую линию домов, которые стали расходиться как горячие пирожки. Моэли, резники, раввины и ремесленники начали заселять квартал. 
Теперь Неве-Шалом развивался без всякого плана. Узкие улочки иногда заканчивались тупиком. Здания строились каждый на свой лад: сефарды окружали свои дома высокой стеной, а крыши защищали оградой, у ашкеназов, напротив, крыши оставались открытыми и сами дома стояли фасадом к улице без всяких заборов. И все бы хорошо, только жители квартала продолжали страдать от воров и грабителей из числа окрестных бедуинов, повадившихся собирать дань с беззащитных поселенцев. 
Вот тогда, как рассказывает городская легенда, мудрец и каббалист Нафтали Герц Алеви сотворил из песка окружавших район дюн голема, точнее, холема — от слова холь, «песок». 
Был он темен и высок, выше человека на целую голову, могуч и грозен. По ночам раввин выпускал его кружить по кварталу со здоровенной дубиной в лапе, сделанной, если верить народной молве, из цельного ствола вековой оливы. И горе было тому вору, что имел несчастье попасться голему под тяжелую руку. 
Случайных прохожих монстр не трогал, но поговаривали, будто вид его был так страшен, что столкнувшиеся с ним могли потерять рассудок или даже умереть. Поэтому раввин каждое утро запирал чудище в подвале своего дома, прикрывая ветошью. Вскоре грабители забыли дорогу в квартал, и «Обитель мира», наконец, обрела долгожданный покой. 
В 1902 году раввин Нафтали Герц Алеви покинул этот мир. Неве-Шалом постепенно слился с Неве-Цедеком, а затем и вовсе стал частью стремительно разраставшегося Тель-Авива. Никто не знал, что случилось с големом после смерти его создателя, но ночные прохожие якобы по-прежнему замечали иногда высокую фигуру, скользившую вдоль тесных улиц южных кварталов. 
Постепенно о големе забыли. Вновь о нем заговорили накануне провозглашения независимости Израиля, когда нападения на жителей Тель-Авива стали невыносимыми. Любители городских легенд рассказывали, будто бандитов, что ночной порой забредали в Тель-Авив с юга, встречал жуткий громила. Скептики отвечали, что на самом деле то были бойцы еврейской самообороны. 
Затем песочный голем раввина Герца Алеви снова стерся из людской памяти. Но этим летом, во время ракетных обстрелов Тель-Авива из Газы, о нем вспомнили в очередной раз. Вдруг поползли слухи, что какой-то смуглый великан, внезапно возникающий из сумерек, отталкивает людей от того места, куда должны упасть осколки сбитых «Железным куполом» ракет, а после бесследно исчезает. Старожилы и знатоки городского фольклора тут же предположили, что тель-авивский голем вернулся.
Как бы то ни было, с окончанием войны рассказы о таинственном защитнике прекратились…

 

За Конституцию, не чокаясь. Сорока лет как не было! На Пушкинской отмечают День Конституции. Той, положив на которую (руку положив!), присягал президент. И как при Брежневе: празднующих немного, милиции больше. Правда, теперь она полиция, а демонстрантов все-таки больше, чем тогда. И Сахарова нет.

Сначала бессмысленно-необходимый разговор с полицейским начальником, демонстрация ему Конституции, текстов законов. Вывод однозначный — раз мэрия побоялась запретить мероприятие, значит, оно согласовано. Начальник не ругается, не оскорбляет, не спорит. Просто — нет.

Перед памятником мирная жизнь. Лежит что-то, что будет водружено на елку, а сейчас несознательные граждане с Конституцией в руках мешают ему лежать. С краю две тетки с плакатом о либерастах. И ОМОН. Призывает разойтись, а потом выстраивается в цепи и вытесняет людей к метро. Мелкая неувязка: особо ретивые омоновцы к метро тоже не пускают. Но перегиб тут же исправлен — офицер говорит: «В метро пропускай, если и в метро нельзя, куда же им деваться?» И смеется по-доброму. Действительно, куда же нам деваться?

Группа граждан, в том числе и я, перешла к бывшей редакции «Московских новостей» и стали там по очереди, по одному — одиночные пикеты согласования не требуют, — стоять с экстремистскими плакатами о необходимости соблюдения Конституции и против режима.

Скажу честно: стоять с плакатом против режима страшно. Думаю, подойдет какой-нибудь в штатском, даст железкой по голове, и что-то мне подсказывает, что не найдут его, разве что в звании повысят. На этот раз обошлось. Голова цела для следующих глупостей.

Потом стали брать. Сначала тех, кто остался перед памятником, потом и у нас. Я отстоял «смену», только передал плакат Георгию Сатарову, его и забрали. Мы пошли за ним к автозаку, сзади подскочили двое и затащили туда же Александра Рыклина. У памятника брали жестче, Льва Пономарева — не мальчик, кстати, 75 лет отметил — вообще вверх ногами тащили.

Мне пишут в facebook самоуничижительное: не ходите, мол, мы, граждане, недостойны, чтобы за нас шли на риск и т.д. Отвечаю, я не за вас хожу, за себя. Они же у меня страну отнимают. Ту, которая не с колен — из грязи и крови вставала еще 20 лет назад, которой я гордился. А теперь опять стыдно, как при Брежневе. Пойдешь — по голове можно получить или сесть, не пойдешь — в зеркало смотреть противно. Приходится идти.

У русской интеллигенции была традиция солидарности с теми, кто рискует, кто в опасности. Но не было на Пушкинской, например, никого из ПАРНАС. Жаль, что не было.

Полицейские не нарушают Конституцию. Они знают, что никакой Конституции — закона, который для всех, который чего-то там гарантирует или не дозволяет, — всего этого нет. И не может быть. А есть приказ, есть смутьяны, бузящие по заданию врагов. Прапорщик на входе в ОВД говорит: «Вы ж за деньги ходите». «Полиция с народом», может, и случится, но не вскорости.

А потом из ОВД вывели теток, которые против либерастов. Их, значит, и поставили для того, чтобы был повод забрать всех для предотвращения столкновений. Попрощались они дружески с полицейскими и ушли. И вдруг одна, смущаясь немного своей рассеянности, возвращается. Забыла, говорит, плакат, а мне ж его сдавать надо. Тебе, отвечают, обратно нельзя, подожди, Саша вынесет.

Сейчас, когда я это пишу, часть задержанных уже отпустили, некоторых даже без протокола. Даст бог, и остальных отпустят. Грех жаловаться, праздник удался.

Сахарова, говорите, нет? Но мы-то есть. За нас с вами! С праздником!

Новая газета