Предисловие.

Среди десятка «советских мафий» была и т.н. «рыбная». Расследование её деятельности  велось в глубокой тайне в обстановке чрезвычайной секретности – по причинам, о которых будет рассказано дальше. Чисто случайно мне довелось узнать о некоторых подробностях накануне полузакрытых судебных слушаний по «рыбному делу» (процесс торговой сети «Океан»).

 После закрытия «Лунного проекта» мне было предложено на нашем авиапредприятии заняться внедрением «чёрных ящиков» - системы МСРП( магнитной системы регистрации полётов, разработанной с украденного французского прототипа) на гражданских и военных самолётах. Работа успешно продвигалась и для доклада на фирму Туполева был вызван заместитель главного инженера, курировавший мою лабораторию. Накануне поездки он приболел и в авральном порядке командировали меня. Для номенклатурных работников по линии КБ Туполева была спецгостиница в высотном доме в районе метро Измайлово. Прибыв туда с направлением (для замглавного инженера) от организаторов совещания, я услышал, «что все места заняты». Я уже был готов к такому обороту и презентовал знакомой администраторше коробку конфет. «Что же с вами делать, - задумчиво произнесла дама. – Хорошо, у меня освободилась комната в пятикомнатной квартире на 15-м этаже. Там интеллигентная публика, уходят рано, приходят поздно – вам подойдёт». Окей, вселился, поставил на громадной кухне в холодильник кое-какие продукты, бутылку коньяка, взял дипломат с документами и поехал с пересадками на улицу Радио, где находилось КБ Туполева. (Дальнейшее пропускаю как не имеющее отношение к моему рассказу и перехожу к сути). Вернувшись вечером в гостиницу, принял душ, переоделся и решил поужинать и выпить рюмку-другую коньячку. Открываю дверцу холодильника – облом... Бутылки коньяка и след простыл. Первая мысль – «вот тебе и интеллигентная публика», вторая «может, уборщица» - подойти на регистрацию, а что это даст!? Короче, несолоно хлебавши (я хлебнул тогда чайку) и пошёл спать. Но не прошло и пяти минут, как в мою дверь постучали. «Войдите». Входит черноволосый мужчина со среднеазиатским выражением лица и спрашивает на абсолютно литературном русском языке безо всякого акцента: «Простите, это не ваш коньяк был в холодильнике?» Я подтверждаю. Далее последовало извинение за действие своего коллеги, который решил, что бутылка ихняя и реквизировал её. Распив её, собутыльники услышали мой приход (а они все четверо дома) и тут-то выяснили, что коньяк чужой. В общем, меня пригласили к себе в компанию, виновник похищения смотался куда-то и принёс ещё пару пятизвёздочных реликтов – познакомились.  Представились, в ответ услышал специфические фамилии, а главное, должности : «Главный прокурор Алма-Аты», «Главный прокурор Ташкента», «Главный прокурор Ашхабада», «Главный прокурор Фрунзе». Узнав, что я не из прокурорских и вообще не из правоохрЕнительных органов, удивились, как это я попал к ним на постой. Тем не менее, выгонять меня не стали, выпили за оригинальное знакомство, потом повторили и пошло-поехало. Языки постепенно развязались (не только канадские лесорубы говорят в лесу – о бабах, с бабами – о работе). Естественно, я задал вопрос, который крутился у меня на языке – почему такие именитые люди проживают во второразрядной ведомственной гостинице, а не в аппартаментах «России» или «Москвы». И вот что мне рассказали.  

В середине 70-х годов министр рыбного хозяйства СССР Александр Ишков увидел в Испании современные рыбные магазины, с высокими витринами, с товаром, аккуратно выложенным на бесконечные полки, с холодильными камерами и аквариумами, в которых покупатели сами могли выбирать себе нужную рыбу. Тогда он загорелся идеей сделать и у себя в стране сеть подобных магазинов. В рекордно короткие сроки за границей было за валюту было закуплено необходимое оборудование, и за несколько месяцев в Москве открылось пять первых магазинов сети «Океан». Для москвичей они стали своеобразным местом паломничества. Туда приходили, как на экскурсию. В сентябре 1976 года Александр Ишков добился права на то, чтобы функции реализации улова были переданы от министерства торговли министерству рыбного хозяйства. С передачей торговых рычагов Министерству рыбного хозяйства в отрасль пришли новые, "деловые" люди. Они тут же придумали схемы, как можно зарабатывать, не привлекая при этом лишнего внимания. Коррупционная сеть опутала всю систему, до самого верха. Так как сбыт красной и чёрной икры курировал КГБ, этот продукт был невероятной государственной важности - страна получала от экспорта икры огромные доходы в конвертируемой валюте - поэтому весь оборот этого рыбного деликатеса был под пристальным контролем конторы. Россия была монополистом по продаже чёрной и красной икры на мировом рынке, до сих пор понятия икра и Россия неразрывно связаны. Тогда лично Андропов, понимая, что в коррупционных схемах могут завязаться и сотрудники органов, отдал приказ об организации следственной группы из опытных, честных профессионалов, которые бы могли заняться рассследованием. Такая группа была собрана в короткие сроки. Для расследования аферы в Москву по приказу Андропова съехались следователи со всего Союза. Глава КГБ создал специальную прокурорскую команду для коррупционных дел среди высокопоставленных чиновников союзного значения. Сначала это была группа, затем, когда стало понятно, что одной Москвой все не ограничивается, группа была преобразована в бригаду. Всего - 120 человек. (Так были призваны и мои соседи по гостиничному номеру, и их коллеги из всех союзных республик – Прибалтики,Украины, Белоруссии, Молдавии - они тоже размещались по соседству. Комитетчики опасались, что в известных гостиницах на следственную бригаду могут выйти с целью подкупа и шантажа представители "рыбной мафии"). Один яркий пример, как уводились и реализовывались на стороне «излишки», был мне рассказан новыми знакомыми. К каждому советскому празднику (7 ноября, 1 и 9 мая, Дню конституции, Новому году из Владивостока отправляли составы из 12-15 вагонов-рефрижираторов с дорогими сортами рыбы, икрой, крабами, осетриной  и прочими деликатесами. Как правило, дорога занимала две недели. По прибытии на подмосковные продуктовые базы, приходила приёмная комиссия и фиксировала, что в дороге в каждом 5-м - 6-м составе холодильные установки выходили из строя, вся продукция протухла и подлежит списанию. Открывали только первый и последний вагоны, составляли акт и уходили восвояси. На самом деле, в остальных вагонах всё было в порядке и продукция реализовалась налево. Почва для махинаций оказалась очень плодородной. Кроме традиционных усушки, утряски, обвеса, продажи излишек «лапы коррупции» были запущены даже на спецбазу № 208, которая занималась реализацией товара для нужд высокопоставленных чиновников. Там весь ассортимент, в том числе и дефицитной продукции, был по копеечным ценам. За 1 рубль — полноценный обед из 6-7 блюд, включая осетрину, черную и красную икру. За взятки эти товары уходили в магазины по «левой» документации и продавались втридорога. Возникла двойная бухгалтерия. Рука руку мыла. Продавец отдавал процент заведующему секцией, он — заведующему отделом. Дальше — через заместителя директора магазина и директора «навар» шел выше, вплоть до министерских кабинетов. Понимая, что всё рассказанное мне, является если не засекреченной информацией, то хотя бы «для служебного пользования», всё тот же прокурор сообщил, что расследование закончено и на следующей неделе начнётся суд. Конечно, после такой встречи я стал следить за сообщениями об этом процессе, которые попадали в печать. Был арестован заместитель  министра рыбного хозяйства СССР В. И. Рытов, начальник «Союзрыбпромсбыта» Юрий Рого­в. Рогова «при­гласили» в следственный отдел конторы и разъяс­нили ситуацию. Он дал признательные показания,  его отпус­тили, однако Ро­гов через несколько дней написал жалобу, в которой сообщал, что его показания о получении взяток даны вследствие применения незаконных методов расследования. После этого Рогов слег в больницу. Тогда его арестовали. Также были арестованы Генеральный директор Торгово-производственной фирмы «Океан» Е. Б. Фельдман и директор одного из фирменных магазинов «Океан» Фишман (говорящая фамилия, как написал один бойкий журналист). Двое последних на суде были поданы как главные создатели и организаторы всей подпольной сети и, конечно, «покаялись». Процесс работников Министерства рыбного хозяйства СССР и фирмы «Океан» молва окрестила ещё и «икорным». По делу проходил эпизод с неучтённой лососевой икрой, расфасованной в заводские консервные банки с этикеткой «Килька в томате». Дело "Океана" стало уникальным: тогда, в 1978 году, впервые в Советском Союзе были установлены факты взяток на высшем государственном уровне.  В ходе расследования этого дела более 5000 чиновников были уволены со своих постов и исключены из рядов КПСС, примерно 1500 человек осуждены и получили немалые сроки. Замминистра рыбного хозяйства СССР Владимира Рытова в итоге приговорили к смертной казни и расстреляли. (По мнению следователей, «рыбная мафия» не простила ему "предательства"). Глава КГБ Андропов подготовил всё для ареста самого министра рыбной промышленности Алексея Ишкова, но за старинного товарища вступился сам Брежнев... Правда, у следствия остались открытыми два вопроса: куда ушли деньги, которые коррупционеры перевели на Запад, и кто в результате распорядился украденными у страны миллионами?

Посткриптум.

  Из расследования этого уголовного дела было инициировано Сочинско-краснодарское дело. Так, арест директора сочинского магазина «Океан» повлёк за собой арест председателя сочинского горкома КПСС Воронкова. Он попал в орбиту следствия, был арестован и препровождён в Лефортово. За многочисленные факты коррупции был снят с работы 1-й секретарь Краснодарского крайкома КПСС Медунов.

В новогоднюю ночь мы ждем какого -то чуда, и, бывает,  случаются удивительные истории. Особенно в юности.  Иногда очень хочется, чтоб они случились, но увы. Видимо, не время. Сегодня прочитала о действительно удивительной истории, и совсем неважно, что случилась она не в новогоднюю ночь. Олег Евгеньевич ОСЕТИНСКИЙ (ПАШКОВ) поведал:

На днях прочёл в газете: "Нашлось кольцо Марлен Дитрих. Она потеряла его в озере 75 лет назад, катаясь на американских горках". Марлен Дитрих - надменная суперзвезда, "голубой ангел" западного кино, подруга Хемингуэя, Ремарка, Жана Габена, такая, казалось бы, далёкая от нашей бедной, ограбленной большевиками и олигархами России...

Но вспомнилась удивительная история…

Был я когда-то московским советским мальчиком, любил, как почти все дети того времени, читать сентиментальные рассказы писателя Константина Паустовского. Потом поехал в Сибирь, прошёл там суровейшую школу выживания. Вернувшись в Москву, стал пробиваться в кино…

Все мы тогда бредили Западом, русской культуры как бы стеснялись. Было время хрущёвской оттепели, первая духовная "перестройка"... Однажды раздался звонок Андрона Кончаловского: "Марлен Дитрих приехала! Она в Доме кино!"

Вечером у Дома кино на Воровского было не пробиться. Но Андрон, сын С.М. Михалкова, достал места в партер. И вот выходит она: узкое белое платье, потрясающая фигура. Колье из сияющих бриллиантов. Запела! Чуть хрипловато, бесстрастно, как бы сверху… чудовищно эротично. "Лили Марлен"… Мы лопались от священного восторга: вот оно, вот он, волшебный Запад! Зал ревел

.

Напились мы тогда у Андрона - по-страшному. Орали, визжали, - к чёрту Россию лапотную - только Запад! Там изощрённость, раскрепощённость, свобода! Проснулись днём, продолжили восторги, и вечером сил пойти на второй концерт Марлен Дитрих уже не было.

Прошло много лет, и - сбылись наши оттепельные мечты, пришла Перестройка! Перепалка! Перестрелка! Дюжина олигархов и двадцать тысяч обкомовцев-ЦКВЛКСМовцев быстро скупили за гроши всю Россию. Народ среагировал немедленно - начал вымирать по миллиону в год. Слово "мораль" было оплёвано по самое некуда, самой популярной в России стала фраза: "Я ничего никому не должен!" Россия захлёбывалась восторгом свободы, не замечая её стремительного обращения в дикое своеволие, в свободу только от русской христианской цивилизации.

Над словами "долг", "патриотизм", "душевность" издевались все на радио и ТВ. Страной правили новые русские мошенники, блатные и горсть новых бюрократов. Я от этой вони и грязи сбежал на Запад, с ужасом слушал новости о Жириновском, об "авторитетах", правящих целыми областями, о путанах, ставших главными звёздами медиа, о Березовских и Потаниных, о батальонах киллеров и прочей пене нашего лже-капитализма. Так прошло 15 лет! Мало-помалу Россия при Президенте Путине стала опоминаться, оглядываться, - хотя бы стонать.

Я вернулся в Москву, башенную и "безбашенную". Съездил в Крым, страну нашего юного диссидентства. С ужасом бежал из шалманистого, грохочущего Коктебеля. Заехал в Старый Крым - и случайно попал в маленький, только что открытый музейчик всеми забытого советского писателя, кумира моего детства К. Паустовского. Осмотрел простенькую экспозицию и со снисходительной полуусмешкой умудрённого путешествиями по земному шару небожителя заметил вдруг на стене странную фотографию: Константин Паустовский, а перед ним на коленях какая-то странная женщина... Наклонился, щурясь… и, не веря своим глазам, обернулся к девушке-заведующей. Она кивнула мне с доброй улыбкой понимания: "Да, это - Марлен Дитрих"!

Признаюсь, я испытал лёгкий шок. А когда девушка рассказала мне историю этой фотографии - пришёл шок настоящий… Оказалось, что 35 лет назад, на том самом втором вечере Дитрих в ЦДЛ, куда мы с Андроном не дошли, случилось нечто фантастическое для нашей "новой" России.

В конце концерта на сцену ЦДЛ вышел с поздравлениями и комплиментами большой новый начальник и любезно спросил Дитрих: "Что бы вы хотели еще увидеть в Москве? Кремль, Большой театр, Хрущёва, казино?".

И эта как бы недоступная богиня в миллионном колье вдруг тихо ему сказала: "Я бы хотела увидеть советского, русского писателя Константина Паустовского. Это - моя мечта много лет!".

Сказать, что все присутствующие были ошарашены, значит не сказать ничего. Мировая звезда - и какой-то Паустовский! Что за бред? Все зашептались - что-то тут не то! Начальник, тоже обалдевший поначалу, опомнился первым, дошло: с жиру звезда бесится. Ничего, и не такие причуды полоумных звёзд пережили!

И, натурально, - всех мигом на ноги! К вечеру этого самого Паустовского - уже полуживого, умирающего в дешёвой больнице, - разыскали. Объяснили суть нужной встречи. Но он отказался. Потребовали! Не вышло. И вот пришлось - с непривычки неумело - умолять! Умолили…

При громадном скоплении народа вечером на сцену ЦДЛ вышел, чуть пошатываясь, худой высокий старик. А через секунду на сцену вышла легендарная звезда, гордая валькирия, подруга Ремарка и Хемингуэя, - и вдруг, не сказав ни единого слова, молча грохнулась перед ним на колени. А потом, схватив его руку, начала её целовать, и долго прижимала к своему лицу, залитому абсолютно не киношными слезами. Весь большой зал беззвучно застонал и замер, как в параличе. И только потом вдруг - медленно, неуверенно, оглядываясь, как бы стыдясь чего-то, - начал вставать. И встали все. И чей-то женский голос негромко выкрикнул что-то потрясённо-невнятное, - зал сразу прорвало бешеным водопадом рукоплесканий!..

А потом, когда замершего от неожиданности Паустовского усадили в старое кресло, и зал, отбив ладони, затих, Марлен Дитрих тихо объяснила, что прочла она книг немало, но самым большим литературным событием в её жизни считает рассказ советского писателя Константина Паустовского "Телеграмма", который случайно прочитала в переводе на немецкий в каком-то сборнике, рекомендованном для чтения немецкому юношеству.

Быстро утерев бриллиантовую слезу, Марлен сказала очень просто: "С тех пор я чувствовала как бы некий долг - поцеловать руку писателя, который это написал. И вот - сбылось! Я счастлива, что успела это сделать. Спасибо вам всем - и спасибо России!"…

Вот, собственно, и вся история. Как часто мы обманываемся насчёт Запада! И как трудно иногда разглядеть за гламурным блеском недоступной звезды трепетно бьющееся человеческое сердце. Доброе и отзывчивое.

А вообще, - как же это круто - у с п е т ь выполнить свой долг!

Вечернее понятно почему, потому что это уже вечерняя прогулка, а мозаика, потому что в этом посте собрано все, как в мозаике. Считайте, что я работала акыном, что видела, о том и пела. Витрины, вечерние улицы, храмы... Ну вот, например, первое фото - это не просто елка. Вот такими снежинками украшена елка в магазине Сваровски.

А дизайнеры Тиффани поставили свои манекены в шарики. По моему, стильно.

У Дольче & Габбаны все более классически.

А это даже не помню кто, но тоже со вкусом.

А как вам вот эта оригинальная елка?

Или вот еще, магазин часов, почти нет никакой новогодней атрибутики, кроме подсвеченных ностальгических картинок.

И даже на железнодорожном вокзале, куда мы попали по делу, есть на что посмотреть.

Но не витринами едиными... По дороге у нас церковь Святого Петра, которая считается одной из древнейших в Вене. Считается, что в римские времена на этом месте существовал христианский храм. Разумеется, от той поры ничего не сохранилось.

Нынешняя церковь строилась в течение 30 лет и была завершена в 1733 году. Архитектор Лукас фон Хильдебрандт, проектируя здание, опирался на идею собора Святого Петра в Риме.

Расположенная неподалеку от императорских апартаментов Хофбурга, церковь много раз была свидетелем молитв царственных особ. Так, сюда часто любила приходить императрица Элизабет. Так что и мы зайдем.

Современный вид в стиле барокко здание обрело в XVIII веке после того, как в 1661 г сгорела старая церковь. Для сравнительно небольшого здания внутри храм роскошно украшен фресками, скульптурами и позолоченной лепниной, над которыми работали известные художники и скульпторы того времени. Главный алтарь расписан Мартино Альтомонте, там изображено исцеление хромого Святыми апостолами Петром и Иоанном.

Церковь Св. Петра посвящена Пресвятой Троице, поэтому она вся усеяна изображениями и символами главного таинства католической веры. Герб со словами Consilio et industria (By reason and industry) - был девизом императора Леопольда.

В церкви тихо, а на улице самый разгар. Шумно, весело. Иллюминация. Ханукия стоит на центральном Грабене.

Мы сворачиваем в узкую темную улочку. Здесь гораздо спокойнее.

Заходим в первый попавшийся ресторанчик.

И наслаждаемся едой и видом из окна.

Все, день закончился.

Вертепы... Моя любимя тема. Это ж интересно смотреть, как взрослые дяди и тети, по сути дела, в куклы играют. Строят домик, хлев, человечков, младенца Христа, животных, изображают ландшафт... И у каждого получается по своему, свое видение. Первый пост про вертепам я ставила пару лет назад. Здесь я писала про баварские вертепы, вертепы у нас в Израиле, вертеп в Соборе Парижской Богоматери и про вертепы в Нюрнберге. Там, похоже, была просто выставка вертепов в одном месте, ну примерно как у нас была выставка быков на бульваре Ротшильда.) Так вот, оказывается, возле Венско Ратуши тоже выставка вертепов. Правда, они несколько отличаются от нюрнбергских, в Германии они более разнообразны, но и тем не менее, венские вертепы достойны нашего внимания.

Вот такое оно народное творчество и вот такая крутая венская ратуша.

После Шенбрунна было решено прогуляться к Ратуше. Уже темнело и хотелось посмотреть на Ратушу и главную рождественскую ярмарку Вены в вечернем освещении. Особую прелесть создавал туман.

Сначала небольшой круг (ну действительно, буквально парочка лавок) по ярмарке.

Вот скажите, что "репертуар" ярмарок практически не повторяется и это так здорово!

Честно говоря, нам бы и в голову не пришло, что можно зайти внутрь здания. Ну представьте нашу ирию, что там внутри? Ну тут обратили внимание, что здесь идет конкретная движуха. Народ входит, выходит... И мы тогда пошли.

А там, оказывается, развлечение для самых маленьких. Вот здесь, например, дети сами могли себе сделать какие-то блокнты. От нуля буквально.

А тут пекли пряники.

А вот здесь кружок выжигания.

Для пап-мам есть кафе, где они могут подождать своих чад. Все украшено.

Вокруг тоже красота нереальная.

Но и это еще не все, что мне понравилось в Ратуше, но об этом уже следующий пост.