Историю почившей империи можно изображать разными красками.

 Только красной с золотом, как  было принято в советской школе в мои времена. От победы к победе. Победа над царизмом, в гражданской войне, коллективизация, индустриализация, Великая Победа в Отечественной, и так далее. Правда большую часть времени страной управляла личность, создавшая культ самое себя, расстрелявшая почти всех военачальников и остальных пламенных революционеров. Но это не помешало торжеству гениальных идей основоположников.

А можно только черным, как стало принято лет 25 назад. Те же самые историки СССР и КПСС стали уверять народ в противоположном. Никакие это, оказывается, были не победы, а сплошные издевательства над своим народом. И даже Великая Победа, вовсе не победа.

Сейчас  ученики этих историков пытаются смешать  красный цвет с черным, и получается у них по законам оптики… коричневый.  Цвет дурнопахнущий.

Я же попытаюсь написать небольшой очерк, пользуясь более съедобными красками.

Как известно, в Советском государстве был дефицит на все, кроме пропаганды.  Я понимаю молодых, которые судят о жизни в этом государстве по старым газетам. Они выросли во времена, когда пресса, до какой – то степени, отражала реальность.  А если добавить воспоминания тоскующих по прошлому бывших партработников, то складывается картинка ушедшего золотого века.

Моя бабушка родилась в 1886 году и 30 лет прожила при царизме. Никаких радужных воспоминаний  у нее об этом времени не осталось. Хотя, по Райкину, тогда «рыба в Каме была».

В бедном местечке Киевской губернии евреи, в основном, жили впроголодь, отбивая кусок хлеба, друг у друга.

Советская власть решила, что устранив богатых, можно принести счастье всем остальным. Увы. Взять и поделить получилось, но при этом опять на всех изобилия не хватило. Снова наверху образовались элита, у которых все было и остальные, стоящие в очередях.  Очевидно, в обществе действует «Закон молока» - если не перемешивать, оно расслаивается.

Мы с  мамой и бабушкой жили, как писала  Виктория Токарева, « на общих основаниях». Нас не пускали в магазин с заднего крыльца, и деликатесы видели на своем столе по большим революционным праздникам. В основном, благодаря родственникам.

Но бабушке они были не нужны. Она очень заботилась о своем здоровье и соблюдала строгую диету. В основном молочные продукты собственного приготовления. Иногда отварная  курица.  Еще овощи и фрукты. Мы с ней очень любили стоившие сумасшедших денег парниковые огурцы, появляющиеся ранней весной и зеленый лук, который мама ненавидела. Однажды мне дали деньги на кино, три рубля до реформы 1961 года. В кино я не попал, зато увидел на уличной распродаже зеленый лук. «Сколько тебе – мальчик?», - спросила толстая продавщица в грязном белом халате. От нахлынувшего счастья я промолчал, и получил на всю сумму огромный пук зеленого счастья.

Я  в обнимку с ним пошел домой, как советская кариатида со снопом пшеницы. Но подвиг оценен не был.  «Зачем  нам столько лука?» Холодильника у нас в те времена не было, и он завял раньше, чем мы с бабушкой его съели. Но в бабушкиной диете был ингредиент, начисто отсутствующий в советской торговле. А именно – прованское масло. Я тогда не связывал его название  с французской провинцией, но все равно имя казалось экзотическим и манящим.  Нас иногда снабжала им московская тетя, получавшая кремлевский паек, как старая большевичка. Бабушка почему-то считала, что на нем производят шпроты и заставляла меня вымакивать хлебом остатки из жестяной баночки.

Сейчас в каждой лавочке минимум три сорта этого масла, изменившего свое благородное  имя на оливковое. Наверное, бабушка была бы счастлива, если бы дожила до эпохи отъездов в Израиль. А, может быть,  и нет.

Как это принято, когда нечего особо сказать - я просто оставлю это здесь.

Бонус

По законам  ассоциативного мышления (да и поиск в гугле это подтверждает) на словосочетание "концерт для виолончели" мозг (и поисковик) немедленно выбрасывает "с оркестром" . Марк Моррис,знаменитый американский хореограф, которого балетные критики называют Моцартом современного танца и самым влиятельным хореографом со времен Джорджа Баланчина, оркестр заменяет танцорами. 14 танцовщиков порхают по сцене, выписывая босыми ногами сюиту Баха. Сочетание басовитой виолончели с легким топотком замысловых па вызывает необычные ощущения. Короткие балеты Морриса (а их четыре в течение вечера) сродни молекулярной кухне - все непривычно ,незнакомо и любопытно,расширяет границы восприятия и дает новую пищу для размышлений. 
Виолончель сменяет фортепиано с прелюдиями Гершвина и пластичной танцовщицей в черном одеянии и белых перчатках. Этот чаплиновский образ добавляет танцу не только глубины, но - стереоскопичности. 
Если вы еще не знакомы с творчеством Морриса - то вам сюда и сюда И достачно ли ясно обозначено, что музыка - живая?..

  Фото  (включая заглавное ) @ Sergey Demyanchuk

Историю делают очевидцы?
Бараки с похлёбкой из чечевицы,
Далёкий остров, где нет крестов,
Иван, забывший наказ отцов,
Еврей, легко поменявший веру,
Памятник новому изуверу.
И отморозки, и маргиналы,
Проветрив ваши пустые карманы,
Творят историю в масках и в лицах,
Пересекая чужие границы,
Арабский террор и Римский папа,
Русский медведь, сосущий лапу.
Европа, погрязшая в фарисействе,
Найдёт утешенье в Кончите и в гействе,
Укроется мягким английским пледом,
Считая нацизм ерундой и бредом…
Всё перемелется в этой кухне,
Прокиснет, перебродит, протухнет,
Станет отвратным и уху и глазу…
Пей адскую смесь эту залпом, сразу!

Инна Костяковская,

источник - ИСРАГЕО

Невероятные изделия из бумаги от российского мастера бумажной пластики Аси Козиной из Санкт-Петербурга.

Еще работы Аси смотрите на Behance и в Facebook.