Вашему вниманию 10 занимательных хештегов из социальной фото-сети Instagram.

1. #smilingdog — улыбающаяся собака. Улучшает настроение не хуже "котиков".

   Фото опубликовано Jack (@jackeeflex) Янв 14 2016 в 10:00 PST

   
   
   

2. #airportcarpet — ковёр в аэропорте. Даже такое есть и весьма популярно. Здесь вы можете посмотреть на ковровые покрытия в аэропортах.

   Фото опубликовано Felica Shunk (@djfelyfel) Янв 6 2016 в 5:57 PST

   
   
   

3. #jumpstagram — в прыжке. Фотографии в прыжке, нет границ фантазии пользователей.

   Фото опубликовано Michael Kogan (@koganm) Янв 14 2016 в 11:47 PST

   
   
   

4. #iseefaces — я вижу лица. Лица замеченные в предметах. Занимательная штука.

   Фото опубликовано Janna (@janna_ellen) Янв 15 2016 в 3:25 PST

   
   
   

5. #dailycortado — для кофеманов. После просмотра этого хештега, вам обязательно захочется "принять" кофе.

   Фото опубликовано drink & photograph coffee♥️ (@todayscoffeechoice) Янв 15 2016 в 7:37 PST

   
   
   

6. #worstgiftever — самые плохие подарки. Знакомая всем тема по дням рождений.

   Фото опубликовано Kelli Tennant (@kellimtennant) Дек 27 2015 в 1:52 PST

   
   
   

7. #ShoesdayTuesday — обувь. У вас вторник, на вас красивая обувь, фотографируйте!

   Фото опубликовано M e l i s s a (@missyonmadison) Янв 12 2016 в 9:35 PST

   
   
   

8. #transformationtuesday — трансформации. Было — стало. От диет, до детских фотографий.

   Фото опубликовано POSTPARTUM (@postpartum) Янв 15 2016 в 11:21 PST

   
   
   

9. #assholeparents — "родители-мрази". Хештег расстроенных детей.

   Фото опубликовано Samantha Bennett (@paintersam) Сен 28 2015 в 9:58 PDT

   
   
   

10. #replacemyface — заменяя лицо. Замечательная подборка с подстановкой принтовых лиц под обстановку.

    Фото опубликовано Amy Cheek (@ar_cheek) Окт 3 2015 в 12:16 PDT

Всем хороших выходных и... фотографий разумеется!

Израильтянин Итамар Кубовой, ребенком уехавший с родителями в США – с 2004 года один из художественных со-руководителей американского балетного ансамбля «Пилоболус». До этого он закончил Йельский университет, изучал искусство театра в Швеции и Германии, был театральным режиссером и снимал кино. Он последовательно проводит политику того, что эксперименты – это хорошо, а творческие эксперименты — просто таки необходимы. О стремлении к новому, неизведанному, экспериментальному он и рассказывает в интервью в преддверии гастролей «Пилоболуса» в Израиле в последней декаде января 2016 года.

Итамар Кубовой. Фото с сайта http://www.pilobolus.com

— Итамар! Добрый день! Расскажите, пожалуйста, прежде всего про «израильский след» в нынешнем приезде «Пилоболуса» в Израиль – о балете «The Inconsistent Pedaler», поставленным в содружестве с Этгаром Керетом и Широй Гефен. Что это – иллюстрированная литература, балетный танец, театральный балет или неустойчивое равновесие всех искусств?
— В этой постановке, прежде всего, отразилось наше общее стремление и желание описать реальность в сюрреалистическом ключе, передать существующие ситуации и явления через некие сюрреалистические структуры. Мы считаем, что у Эдгара Керета и Ширы Гефен – уникальный авторский стиль в литературе и в кино, а у «Пилоболуса» — столь же уникальный подход к движению, к физической образности. Результатом всего этого и стал спектакль «The Inconsistent Pedaler» – «Неустойчиво крутя педали». К тому же, было заманчиво представить, как наилучшим образом отпраздновать 99-летие любимого всеми дедушки – вообразить, как это выглядит на театральной сцене в спектакле,  насыщенном движением, сценическими объектами, фантастическими сценами. Мы создали некий ирреальный театральный мир, чтобы узнать что-то новое о нас самих, о том, что такое семья и о том, какие роли мы все играем — в жизни, в семье и на сцене.

— Судя по видеоотрывкам, нынешняя программа «Пилоболуса» сильно отличается от той, что были показана в Израиле два года назад, четыре года назад, да и во все предыдущие гастроли. Как вам удается быть такими разными? Каждый год, меняя кожу, вы следуете за модой или сами создаете новый тренды в балетном мире?
— Мы все время разные, потому что мы все время любопытные. Любопытство, любознательность – вот что нас объединяет прежде всего,  помимо много другого. Хотя часто любопытство заводит нас не совсем в нужную сторону, иногда доставляя неприятности. «Пилоболус» — это группа, это философия и это некий процесс и зависит этот процесс от вдохновения, которое нам придают замечательные люди, блестящие личности, с которыми мы работаем и сталкиваемся благодаря упомянутому выше любопытству. Одно из правил нашего сотрудничества с приглашенными авторами или хореографами то, что совместная работа должна быть продуктивной: мы не просто работаем вместе, мы творим вместе и создаем нечто новое вместе теми, кто приглашается «Пилоболусом», будь то Инбаль Пинто и Авшалом Полак, Сиди Ларби Шеркауи, или сотрудники лаборатории робототехники в Массачусетском технологическом институте. То, что мы делаем – мы делаем ради нашего развития, движения вперед и это ощутимо во многих наших спектаклях, каждый из которых затрагивает разные вопросы, разные сферы бытия и этому движению вперед мы уделяем немало студийного и репетиционного времени.

— «All Is not Lost» – еще один чрезвычайно необычный номер вашей программы. Настолько необычный, что хочется спросить – а что это? Видео? Балет? Технология? Иллюзия? Есть ли границы между этими областями или уже нет?
— Нам никогда не были интересны границы и определения, попытки классифицировать наше искусство, отнести его к определенной категории. Мы делаем то, что делаем, а танцем это называют, потому что мы — «танцевальная группа». Это звучит несколько парадоксально и одновременно по-детски, но можно несколько перекроить эту фразу, это определение и сказать, что наш танец выражает различные подходы к философии движения, к движению вообще и к движению человеческого тела. К движению, через которое можно передавать идеи и рассказывать истории неожиданными и занимательными способами.
— В прошлый ваш приезд в Израиль вы показывали спектакль «ShadowLand», все номера которого были объединены одним сюжетом, одной историей. Если ли такая красная линия у пяти балетов, которые зрители в Израиле увидят в этот раз? Есть ли у них общая история, общий знаменатель?

— Когда мы обсуждаем будущее шоу, определяем построение вечера, я бы даже воспользовался термином «программируем», мы всегда рассматриваем взаимосвязь отдельных частей, отдельных балетных отрывков и номеров, всегда готовим видео- и музыкальные вставки для промежутков между отдельными номерами, для мини-антрактов между мини-балетами, чтобы создать целостную картину, более общую точку зрения на всё представление, некую перспективу. Когда мы соединяем для одного вечера разные балеты, часто их темы и восприятие зрителями отличны от темы общего сюжета, которым мы объединяем спектакль. Этот сюжет становится все больше и больше походящим на набор ассоциаций  — ассоциаций групповых и индивидуальных, о чем угодно – о  конкуренции, агрессии и любви. Именно эти зрительские ассоциации в конце концов и объединяют программу, уже вне зависимости от того, что мы планировали и задумывали вначале.

— В каких пропорциях в ваших балетах сочетается эксперимент и ежедневный рутинный тренинг, выдумка и использование многолетних традиционных наработок?
— Я бы сказал, что самый главный компонент нашей деятельности – само время. Время – самая большая наша ценность, наш самый ценный актив и мы к нему относимся стратегически, то есть пытаемся им управлять. Мы раскладываем время на некие доли: сколько времени мы можем потратить на репетиции, сколько времени мы можем позволить себе развивать прежние идеи, или искать что-то новое. Мы всегда ищем компромисс со временем и во времени. Второй важнейший компонент – это строгая дисциплина. Дисциплина для всех – и для руководителей труппы – нас несколько человек, и для танцоров, которые работают 40 часов в неделю. Ежедневно с 9 утра до 5 вечера плюс час на разогрев и час на обед. Их день посвящен не только работе физической, тренировке тела, телесности, но и истории и мифологии, другими словами изучению классических ценностей и их использованию в инновациях и наоборот — внедрению наших разработок в танце, наших сценических выдумок и разработок  в классическую структуру шоу. Одной физической подготовки недостаточно: в танец необходимо добавлять культуру, исследования, размышления, идеи. Идеи в данном случае не могут быть абстрактными, вне тела, которое в эффективной тонкой форме соединит все вместе.

— Многие постановки «Пилоболуса» напоминают калейдоскоп – как и вся калейдоскопичная, мозаичная современная жизнь, стремительно изменяющаяся. Руководителям «Пилоболуса» не хочется иногда чего-то спокойного, рутинного, стабильного?
— «Пилоболус» изначально выстроен как калейдоскоп. Мы играем с формами, фигурами, создаем из человеческих тел рисунок или некую неодушевленную модель, и наоборот — оживляем рисунок. Такая искусственная нестабильность, калейдоскопичность интересовала «Пилоболус» с самого начала. Мозаичность – часть нашей работы. К примеру, наша программа в Израиле начнется с балета «On the Nature of Things», который исполняют три танцора, буквально чудом удерживающиеся на крохотной круглой площадке. Можно увидеть в этой площадке капитель колонны, а можно и цоколь истории или основание для ожившей классической скульптуры. Мы искали сочетание визуальности, скорости, отточенности движения. Этот балет мы ставили вместе всей нашей художественной командой — я вместе с Роби Барнетом, Рене Яворской, Мэттом Кентом и самими танцовщиками, используя вокальную барочную музыку. Так что когда вы сами его увидите, то расскажите мне потом, какая мозаика, какие ассоциации появились у вас самой.

— С недавних относительно пор вы сотрудничаете с хореографами из других стран (кстати, первыми приглашенными для работы с «Пилоболусом» зарубежными хореографами стали израильтяне Инбаль Пинто и Авшалом Полак), театральными режиссерами, художниками, мастерами видео-арта. Писателями, модельерами, музыкантами разных направлений. А какие наиболее удивительные предложения вам поступали – были ли среди них такие, которые так и не осуществились?
— Я думаю, что самое удивительное именно в том, что все-таки, несмотря на трудности и неурядицы, все осуществилось. И в том, что мы работаем в крошечном городке (Вашингтон-Депо- М.Х.) в сельской местности Коннектикута в качестве независимой компании уже 45 лет. Самое удивительное именно в этом — мы выжили и остались независимой группой со своим лицом. При этом совместная работа со всеми прекрасными и удивительными людьми искусства, с кем нас сталкивала судьба, также стала частью нашей истории, точнее – нашей реальности. Далеко не все получалось, не все задуманное реализовывалось. Бывало, что не совпадали вкусы, стили, взаимные интересы. Сотрудничество с «Пилоболусом» предполагает, прежде всего, такое качество, как то самое любопытство, о котором я говорил выше. Любознательность, стремление познать что-то новое, сделать что-то необычное. Без желания узнать неведомое ранее и идти вперед — ничего не получится.

— «Пилоболус» – это не только балет, и даже совсем не балет. Это философия – ей можно научиться? У кого и как?
— Учиться можно у нас же. Преподавание занимает немалую долю времени и силы. Мы обучаем технике, театру, импровизации и комедии, декламации, анатомии и правильному питанию. Все эти навыки необходимы, все это нужно знать, чтобы быть готовыми и понять, как собрать группу людей и сделать ее лучшей, как достичь предела возможностей и преодолеть этот предел.

В программе гастролей «Пилоболуса» в Израиле в январе 2016 года: «The Inconsistent Pedaler», «Automation», «Природа вещей» («On The Nature of Things»), «Не все потеряно» («All Is not Lost») и «Megawatt».
Тель-Авивский Центр Сценических Искусств. 20 января, среда, 20.00. 21 января, четверг, 20.00. 22 января, пятница, 12.00Иерусалим, «Театрон Иерушалаим», зал «Шеровер.Понедельник, 25 января, 20.30.
Хайфа, «Аудиториум», вторник, 26 января, 20.30.

Сайт «Пилоболуса» — http://www.pilobolus.com
Заказ билетов в Интернет-кассе «Браво».

Маша Хинич. Фотографии © Grant Halverson и Nadirah Zakariya — предоставлены организаторами гастролей.

    Нет, не пугайтесь, про одноименный сериал писать не буду. Вечер пятницы - любимое время. Можно с чистой совестью бездельничать, трепаться по телефону с подружками, и, наконец, прочитать почту  от друзей.

На этот раз куча интересного. Спешу поделиться.  Узнала о новом, скорее всего только для меня, авторе.

    Юрий Солодкин.

   Родился за год до войны в Новосибирске, где со временем прошёл все ступени научного сотрудника - от аспиранта до доктора технических наук, профессора. На 57-ом году жизни эмигрировал в Америку, где работаю до сих пор. Опубликовал книги стихов "Библейские поэмы", "Если вкратце...", "Надо знать эту знать".

Кое-что из его так называемых “юриков”.  Хорошо. Пятнично.

Язык мой — враг мой, нет вопроса,

Но всё же больше бед от носа.

*

Покинув тело, гордо рея,

Возносится душа еврея.

Не грех счастливой быть и гордой,

Навек простясь с жидовской мордой.

*

Это чьи-то враки,

Что хитры евреи.

Просто любят фраки

Больше, чем ливреи.

*

Согнувшись в виде запятой,

Гонимые судьбой треклятой,

Мы все ходили под пятой

И под графой ходили пятой.

*

Пока не грянет гром,

Мужик не перекрестится.

Покуда не погром,

Еврей не переместится.

*

Не спешите верить в чудо,

Откреститесь поскорей.

Если это чудо — юдо,

То оно опять еврей.

*

Бог рассеял нас по свету

И сияет, как пятак:

Есть кого привлечь к ответу,

Если что-то вдруг не так.

*

Так уж, брат, по жизни вышло,

Тот умнел, кто был гоним.

Ушлых больше между пришлых,

А куда ж деваться им?

*

Конца и края нет невзгодам.

Неужто Божья воля в том —

Сначала наградить Исходом

И безысходностью потом.

*

Не потому ль еврей богатым

Слывёт повсюду испокон,

Что в мире злобном и треклятом

За всё расплачивался он.

*

Изумляюсь искусству предков,

Непомерному их труду.

Только жаль, что искусство редко

Отводило от них беду.

*

Две тыщи лет гонений,

И стал наш ум остёр.

Что ни еврей, то гений

Науки и афёр.

*

На вопрос всегда вопрос —

Так еврей веками рос.

У еврея даже нос

Изогнулся, как вопрос.

*

Грамматическое деление,

Обсужденью не подлежащее:

Русский — это определение,

А еврей — это подлежащее.

*

Ещё свежи предания,

Ещё страшны видения,

И мучат ожидания

Сплошного ожидения.

*

Стремление попасть в элиту

Присуще пришлому семиту.

Не потому ли из элиты

И родились антисемиты.

*

Звезда с звездою говорит,

А я восторженно внимаю

И ничего не понимаю.

Придётся выучить иврит.

*

Становимся старей

И лучше понимаем —

Куда б ни шёл еврей,

Идёт в Ирушалаим.

*

Исходит поле от Стены

И от прижатых к ней ладоней.

Что выше этой вышины?

И этой бездны что бездонней?

*

История рождается из Торы,

Меняется со временем фасад,

А люди остаются, как повторы

Того, что было много лет назад.

*

На юге мёртвою водой,

На севере живой омытая,

Две тыщи лет назад убитая,

Страна воскресла молодой.

*

Израиль по судьбе своей непрост.

Был два тысячелетья без отечества.

Он вечный раздражитель человечества

И в нынешних сражениях форпост.

-------------

Да, всем бы нам немного счастья. Еврейское счастье... Опять про счастье. Музыка и слова Бенциона Витлера. Исполняет Маша Иткина. Русский текст вроде Алекса Тарна. Душевно. Почти до слез.

Где взять бы немножечко счастья

в холодной чужой стороне?..

О Ты, кто дарует удачу,

отсыпь хоть немножко и мне.

Хотя бы взаймы, ненадолго,

а я Тебе после верну –

в счет смертного долга,

извечного долга,

отсыпь мне крупинку одну!

По дороге в Бельведер и обратно видела несколько приятных моментов, которые хотелось запечатлеть. Делюсь.

Вот эти красные ягодки я встречала часто, первый раз в Нойшвантштайне. До сих пор так и не знаю, что это.

Пруд с утками.

Вокруг кусты снежника.

И еще незнакомое мне растение, со странными шишками.

Скворец гуляет, вроде скворец. Ему никто не сказал, что зима?

И тут же памятник.

После Бельведера было еще время, а еще раньше мы углядели за забором купол.

Ну как не заглянуть?

Симпатичный дворик.

Церковь оказалась салезианским монастырем.

В некоторой стране у части населения коэффициент детности в 3 раза больше, чем у всего остального населения.  

Если численность этой группы 10%, то легко видеть, что число её детей относится к числу детей остальных 90% как 3 * (1 / 9) = 1/3.

То есть четверть всех детей в стране  - дети этой группы. Если это соотношение по детности сохраняется в следующем поколении, то соотношение численности их детей и детей второй группы будет 3 * (1 / 3) = 1. То есть один к одному; половина всех детей в стране будет детьми этой группы.

Срок такого процесса равен сроку взросления поколения. Около 20 лет. Если у двух этих групп населения срок взросления разный (например, у малой группы принято вступать в брак раньше, чем у большой), то процесс пойдёт быстрее.

А ещё через 20 лет половина всей молодёжи в стране будет внуками тех самых 10%. И, следовательно, очень скоро – половина населения. Даже если у малой группы изменится демографическое поведение и снизится рождаемость, это соотношение останется на несколько поколений. На век или более.

Если исходная численность меньшей группы менее 10%, процесс пойдёт медленнее, но в том же направлении. Через поколение будет не половина всех детей, а 35-40%. То же самое: группа станет такой частью населения, которая будет иметь все права на свою долю влияния в государстве и возможности их реализовать.

Вы думаете, я это про мусульман в Европе? Так нет. Дела европейцев интересуют меня довольно отдалённо, как цирковой номер в ленте новостей. Я про нас.

Несколько лет назад СМИ жевали новость, что половина всех первоклассников в стране – дети харедим. Сейчас или через год – два эти дети будут половиной всех учеников средних классов. А ещё через пять лет – половиной всей молодёжи Израиля. Те из нас, кого в ближайшие 10 лет чёрт не возьмёт, это увидят и будут с этим жить.

Я имею в виду, что пора подумать о корректировке расхожих представлений об этой группе населения и привычного к ним отношения. Это в ближайшей перспективе – половина народа Израиля, нравится кому-то или нет. Народа Израиля в широком смысле, потому что в крупнейших зарубежных общинах (США, Канада и т.д.) демографические процессы такие же.

Проблемы занятости, современного образования, службы в армии этой молодёжи как-нибудь будут решены. Скорее всего, самими харедим, поскольку от тех, кто сейчас должен их решать, никакого толку.

Наши большие руководители откупаются от них, абы тихо. Левые оппозиционные чудотворцы соревнуются в том, кто громче их облает и потребует перекрыть им все выплаты, чтобы у них дети с голоду передохли.

Организовать нормальный процесс интеграции двух частей общества (а не «перевариванния» харедим и не «перековки» - хрен они согласятся и будут правы) как-то всё никому недосуг. А надо, если мы хотим нормально жить рядом со своими согражданами. Ни мы, ни они никуда не денемся. Мы все – народ Израиля. Вместе.