Гроссглокнер (большой колокол) - именно так называется самая высокая вершина Австрии (3.798 м), и именно к ней мы то и направились. Конечно не на саму вершину, а к ближайшей точке обзора, с которой она открывается во всей своей красе - и это стало возможным только благодаря высокогорной трассе, проложенной в этих местах в 1930-35 годах прошлого столетия. Теперь это платная дорога очень популярная у туристов и вообще любителей природы, которые согласны немного раскошелиться чтобы увидеть чудесные виды альпийских гор. И поверьте мне - она того стоит. Сама дорога начинается где то на уровне 850м -т.е. очень знакомая мне иерусалимская высота, но вот виды вокруг конечно совсем другие.

Всего 48 километров, но на которые потребовалось более полутора часов, ибо на горном серпантине (да к тому же с бесконечными поворотами) особенно не разгонишься.

И вот наконец первый снег с гордым названием "ледник". Израильтяне подняли конечно такой шум, что наш водитель вынужден был остановится на очень узкой обочине на пару минут, чтобы все могли всё пощупать.

А вот и конечная точка - смотровая  площадка имени Франца Иосифа. Автобусы останавливаются на её нижнем ярусе, и до лифта наверх довозят более маленькие маршрутки. 

Вот он "большой колокол" во всей своей красе. 

Сверху хорошо видны и небольшие озерца, правда с водой не совсем привычного цвета, и извивающая змейка самой дороги.

 Ну и конечно мы не отказали себе в удовольствии попробовать местный гуляш на высоте  2.369 метров (кофе наш гид посоветовал нам оставить на потом).

На память потомкам - типа Вася Даня здесь был.

 На обратном пути а всё же сделал несколько попыток фотографировать через стекло автобуса - как и ожидалось довольно неудачно. Вообще всю эту красоту передать фотографиями просто невозможно- это надо видеть.

Ну вот и обещанный перекур после спуска - довольно уютное местечко для отдыха после нашего "природного" дня.

Ко дню защитника, мать его, Отечества, - не дай бог кто поздравит, пеняйте на себя... ))

Этот текст был напечатан в "Московских Новостях" в 1997 году, чем и объясняются некоторые анахронизмы в именах собственных.
А так - ничего не изменилось.
С праздником!
..........................................

ПРОЩАНИЕ СЛАВЯНКИ

Шендерович В.

В течение полугода после демобилизации из армии я видел один и тот же сон: из аэропорта меня отправляют обратно в часть - дослуживать почему-то ровно пять дней.
Я просыпался в холодном поту.
Но если бы армия могла видеть коллективные сны, ее кошмар был бы совершенно симметричным: ей бы снилось, что меня оставили в ее рядах.
Дело в том, что мы совершенно не подходили друг другу, и все эти пятнадцать лет я радуюсь нашей разлуке за нас обоих.
И даже если забыть про дедовщину и прочие прелести армейской жизни, благодаря которым чтение книг Шаламова и Солженицына вызывало во мне странный эффект, известный в народе под именем дежавю - ощущение, что все это уже было со мной... Если даже представить, что я служил бы в некоей фантастической части, взятой целиком из альманаха “Подвиг”...
Хотя нет, лучше представим все наоборот. Представим, что генерала Граче-Макашовского призвали в консерваторию.
А что? И очень даже! Пришла с каникул Дума, приняла на свежую голову закон о всеобщей музыкальной повинности - и вот генерал впритирку с другими убогими (инженерами, сантехниками, биофизиками...) - уже стоит на сборном пункте, в районной музыкальной школе.
Через пару дней, дав окончательно пропахнуть друг другом, всех грузовиками свозят в консерваторию, переодевают во фраки, дают папку для нот и два часа на изучение нотной грамоты. Потом приходит тромбон со второго пульта со списком, тычет указкой в партитуту и спрашивает: это какая нота, уроды? Ответившие неправильно сразу идут драить очко в консерваторском сортире.
Ночью все учат устройство клавиатуры - и не дай бог генералу перепутать бемоль с диезом или не сыграть Шопена, пока спичка горит: заставят приподнять рояль и так стоять, а откажется - прищемят пальцы крышкой (так уж у них, у музыкантов, с древности заведено), а будет кричать - пойдет после отбоя, вместо сна, учить наизусть Губайдуллину, а в шесть утра - подъем и сразу полчаса хроматической гаммы на скрипке. Не возьмет генерал первую позицию раз, промахнется с недосыпу по второй - пятикурсники струнного отделения отведут его в кабинет сольфеджио и там изметелят.
И напрасно будет он умолять их и объяснять, что не дал ему Бог слуха и тонких пальцев - ему на это только скажут: ага! ты, значит, сука, будешь в штабе задницу просиживать, а на скрипке за тебя играть - Ойстрах будет? Два часа, гаденыш, и чтоб была первая позиция, как на картинке! Время пошло.
И отныне он будет крайним в оркестре. И из сортира не вылезет, и “на тумбочке” под портретом Чайковского простоит три ночи подряд в шестой балетной позиции, а балетки у него будут для смеху на два размера меньше, чем ноги. А на четвертую ночь, вместе с другими молодыми музыкантами, он будет до рассвета покачивать кровать дембеля Спивакова и изображать ему стук колес, чтобы дембелю снилось, что он едет на фестиваль в Кольмар... А днем генерал будет переписывать всему оркестру партитуры, и от недосыпу потеряет сознание, и его отведут в санчасть, и местный коновал в чине хормейстера заглянет ему в глазное дно и пропишет три раза в день бельканто, стоя на четвереньках.
А когда генерал пожалуется на невыносимые условия музыкальной службы, по команде, министру культуры Сидорову, письмо до Сидорова не дойдет, а дойдет до начальника консерватории, и ночью, придя из увольнительной, “Виртуозы Москвы” изметелят ябеду и сбросят в оркестровую яму.
А в столовой его порцию будут подчистую съедать духовые, и к зиме голод усилится невыносимо, и однажды в кармане фрака у него найдут ворованный сахар, и опять отметелят в кабинете сольфеджио...
Достаточно - или рассказывать еще? Как он пытался бежать из расположения консерватории, прихватив с собой две флейты и горсть клавиш, чтобы продать их и поесть по-человечески? Как его поймали, и снова били, и дали восемь лет за нарушение присяги, данной Отечеству, которое позарез нуждается в укреплении музыкальной культуры?..
Не надо? Хорошо, не буду.
Только один вопрос.
Товарищи генералы! Я еще не убедил вас в необходимости альтернативной службы?

1997 Отсель

Вдоволь налюбовавшись домом с майоликой мы хотели посетить Нашмаркт, но увы, он был закрыт и мы тихонечко потопали куда глаза глядят. И притопали к венскому техническому университету. Не самое туристическое место и вряд ли кто об этом у нас писал.

Красивый политех. Здание 19 века. На фасаде статуи.

На фронтоне вообще какая-то интересная композиция. Увы, не нашла нигде информации.

И, собственно, история не менее интересная. Он был основан в 1815 году императором Францем II (между прочим, тестем Наполеона). Назывался он тогда "Императорско-королевский политехнический институт".

Немного статистики. В настоящее время в университете 8 факультетов с 56 институтами, включающие 21 отделение бакалавриата, 43 отделения магистратуры и 3 отделения докторантуры. В университете обучаются 18 700 студентов (19 % иностранцев; 30 % женщин). Штат составляет 4 тыс. сотрудников, из них 1800 — преподавательский состав. В Вики длинющий список выдающихся выпускников. Среди них автомобилист Порше, один из сыновей Иоганна Штрауса - Йозеф Штраус, архитектор, автор Дома с Майолкиой - Отто Вагнер, ну и еще много персон, фамилии которых, к сожалению, лично мне ничего не говорят.

По направлению к главному входу, с двух сторон - некая аллея памяти. Бюсты знаменитых выпускников, ректоров и так далее.

Да и так, вокруг установлены памятные скульптуры с указанием факультета, где преподовали эти ученые.

Рядом с политехом, буквально через дорогу, находится его библиотека.

Здание библиотеки построено в 1984-1987 годах по проекту архитекторов Юстуса Дахиндена, Рейнхарда Gieselmann, Александра Марка Харта и Роланда Мебиуса. На наружной стене установлена статуя совы около 18 метров в высоту и 16 малых сов архитектора Бруно Вебера.

Короче, наверное в этом районе самое большое количество умных людей на один квадратный метр. Мудрых как сова.

Ну и загадка. Между политехом и библиотекой находится еще одно интересное здание с четырьмя скульптурами. Может кто-то назвать эти персон по именам?)

Любите ли вы стихи, как люблю их я? ...
Умение рифмовать-это нечто, связанное с музыкальным слухом. Когда в юности нас настигает первая любовь, мы начинаем ( многие из нас) пытаться выразить метания души при помoщи полифонии слов.
К счастью, многие из нас понимают, что умение рифмовать-это не поэзия и перестают мучить перо.
А судьи кто? 
Конечно, все субьективно. Но поэзия гармонична, она вливается в уши, впитывается глазами и фибрами, а рифмы .... видно, как они написаны
В творчестве поэтов существует понятие-"рыба"
Это когда на заданный размер/тему/музыку пишется рифмовка
Иногда рыбы шикарны, зависит от таланта рифмующего, но они всегда" рыбы"...

Сны, разговоры, зиянье заплеванных ниш,

Старенький Гамлет похож на хмельного расстригу…
Раньше, бывало, хотя бы любовь сочинишь
И на дыханьи искусственном держишь интригу:

Сводишь в кафе, а затем на софе подшофе,
Слабый душок чистоты, поцелуи с ликером –
Так впопыхах намахаешься в каждой строке,
Что поутру даже зеркало смотрит с укором.

Раньше, бывало, забьешь романтический клин
В злобный, как день, распечаток известного списка
И проплываешь надменно, что твой цеппелин,
Над ледяной территорией вечного сыска.

Раньше ручной, заводной желатиновый стих,
Переливаясь холодными гранями прока,
Цвел в темноте наподобие праздных шутих,
Верой служил и ресурс отработал до срока.

Произошел аккуратный, но каверзный сбой:
Форма затмила полезные свойства кристалла.
Жизнь перестала в стихах заниматься собой,
Слыть, присягать, имитировать, врать перестала.

Вот и осталось круги выводить на воде,
А по ночам отделять Козерога от Овна…
Лев Николаевич прав: танцевать в борозде
Нехорошо – засевается как-то неровно.

В Лейкин