Сколько раз я рассказывала себе про то, как приедут ко мне израильские гости, и тут я им покажу то, и это, и еще что-нибудь, и все будет так интересно и завлекательно! И вот, прошлым летом моя израильская подруга таки приехала. К сожалению, не на месяц, а всего на пару недель, но я азартно начала готовиться к визиту за несколько месяцев.

Мы решили, что возьмем напрокат машину и поедем куда глаза глядят. А глядели они у нас довольно далеко. Мы навестили Йосемити, Брайс Каньон и Национальный парк Сион. Проехали четыре штата: Калифорнию, Неваду, Аризону и Юту. Заехали в несколько маленьких городишек, вроде Марипозы в горах около Йосемити или Пангуитча (на языке местных индейцев это слово означает “большая рыба”) в Юте. Заскочили в Лас Вегас, проехали через очень большую пустыню, навестили кучу малопрезентабельных харчевен по дороге и с огромным сожалением оставили наших гостей у их родственников в Лос Анжелесе.

Мы были далеко не первыми ботинковцами, которые проехали по похожему маршруту. Даже саму идею навестить Брайс Каньон мы позаимствовали у отважного путешественника di, за что ему спасибо большое. Это же надо, жить в каких-то двух днях езды от одного из самых красивых и странных мест на земном шаре и за тридцать пять лет  ни разу туда не съездить!

Место оказалось действительно очень странным.

Во-первых, Брайс Каньон, это никакой и не каньон, а четырнадцать огромных амфитеатров разноцветного известняка. Природа вырезала из скал удивительно причудливые фигуры. Путеводители описывают из как купола, мосты, арки, “храмы” и гигантские шпили, которые называются “худу”. По преданию, эти самые худу - это представители могущественного племени колдунов, которых главное божество здешних мест, Койот, превратил в камень. Одни говорят, что бедняги были превращены из-за своего нехорошего поведения, а другие, потому что божество им просто позавидовало, уж очень много они всего умели и зазнались.

Во-вторых, в отличие от настоящих каньонов, где в роли главного строителя выступает текущая вода, Брайс Каньон построили ветер и лед. Климат тут сурово континентальный, двести дней в году температура падает ниже точки замерзания, а потом поднимается до довольно значительных высот. Вода в трещинах известняковых скал то замерзает, то опять тает. Лед раскалывает известняк, и создается удивительный, неземной пейзаж.

В-третьих, все это такое разноцветное, что нарочно не придумаешь. Различают до шестидесяти цветов и оттенков скал в Брайс Каньоне.

Столько оттенков цвета получилось из-за окиси железа, которая присутствует в звешнем известняке. Но окись окисью, а игра цветов впечатляет. Оранжевый, розовый, лиловый, темно-бордовый цвет густого красного вина, теплый цвет сливок, золотисто-желтый, бежевый, все оттенки коричневого, ярко-белый, режущий глаза на солнце - и это все на фоне темно-зеленых сосновых иголок. Сосны тут растут повсюду.

На закате и при свете полной луны, говорят, возникают совершенно удивительные цветовые эффекты. Раз месяц даже проводятся организованные экскурсии по каньону при лунном свете.

Справочная литература рассказывает, как в этих местах проходили экспедиции. Испанцы искали удобный путь, чтобы связать католические миссии Нью Мексико и Калифорнии, американские географы составляли карту здешних мест, но все они торопились, проходили мимо, и даже такая удивительная красота не могла отвлечь их от дела. Остановились около Брайс каньона только мормоны, которые пришли в Юту, чтобы окончательно там поселиться. Они основали крохотный поселок рядом с каньоном, получивший имя Тропик, за жаркое лето, и среди других мормонов сюда приехал и Эбенезер Брайс.

Маленькая табличка, расположенная в одной из точек обзора, рассказывает о мормоне-первопроходце, на которого старейшины церкви возложили задачу быть основателем новых поселений. Когда в новом поселкы появлялось достаточно семей, Брайс снимался с места и вместе с семьей уходил дальше на запад. На той же табличке написано, то Эбенезер и его жена вырастили до взрослого возраста двенадцать детей. Сколько их миссис Брайс родила, никто, наверное, и не считал. В одном из источников мне попалось упоминание о том, что Мери Анн Брайс отличалась хрупким здоровьем, и именно поэтому ее муж задержался на новом месте так долго, что огромную геологическую структуру назвали его именем. Странные, однако, у наших предков были представления о хрупком здоровье, ведь эта небольшая женщина не только родила кучу детей, но и жила в крохотной хижине в суровых условиях, в которых жили первопроходцы американского Запада.

Эбенезер пользовался окрестностями каньона для вырубки леса на строительство, даже способствовал постройке дороги от ближайшего поселка к сосновому лесу, чтобы бревна было удобнее возить. Тогда каньон и получил его имя.

Вообще, первопоселенцы очень мало внимания обращали на красоты природы, их в основном волновала проблема выживания. Но жизнь в этих места потихоньку становилась легче, местные краеведы организовали поездки к каньону, был построен домик для туристов. После того, как в прессе появились фотографии каньна работы знаменитого фотографа Анселя Адамса, это место стало настоящей сенсацией, и туристы повалили толпами. Однако, у штата Юта руки на доходили до того, чтобы сделать что-нибудь с каньоном, и Брайс каньон получил статус национального монумента от федерального правительства Соединенных Штатов в 1924 году.

Теперь тут стоят малоэтажные гостинницы, чтобы не нарушать целостности пейзажа. Фотографии Брайс каньона известны всему миру. И мы там были. Стоял жаркий летний день. Мы бродили от одной точки обзора до другой, спускались вниз, до дна каньона так и не дошли, был очень жарко, а мы слишком много ходили по Йосемити, совсем недавно. Я пожалела, что отпуск получился такой короткий, и нельзя пожить там неделю-другую и все хорошо осмотреть.

Потом мы еще много всего интересного видели. Я все еще не теряю надежду заманить наших израильских друзей к нам еще разочек. Можно будет поехать уже не на юго-восток, а на север, в горы Орегона и штата Вашингтон.

Семейная легенда гласит: в доме детства моей мамы висел портрет Сталина во весь рост. Сестра моего дедушки, урожденная княжна Михельсон-Макашвили, в отличие от своей старшей сестры Нины, с приходом революции, не стала топиться в Куре. Жука (так по домашнему звали княжну Евгению) натянула на ноги носочки, повязала голову платком, и в таком новопролетарском виде пошла работать на макаронную фабрику. Чуть позже, вышла замуж за красного профессора Григория Писецкого. Еврея по рождению и коммуниста по убеждениям - благодаря влиянию свой первой жены Адель Ротман-Шлемовой (Расстрелянная прабабка моей дочери, но это уже через много лет. Такой вот круговорот).
Жука, как истинная жена "декабриста" последовала за своим мужем в ссылку. Там они и пробыли шестнадцать лет. Потом еще несколько лет запрета на проживание в больших городах, долгожданная свобода, чуть позднее - реабилитация.
Почти в то же время, дед, Алексей Михельсон, ушел на войну. Своего единственного сына впервые увидел в окне роддома, мимо которого проходила его часть.
Настал 53 год и Жука с Гришей вернулись домой. Писецкий вскоре умер. А его сестры, прибрали все возвращенное советами имущество к своим рукам. Моя еврейская бабушка подсуетилась и выбила золовке изолированную комнату под лестницей.
Каждый день Жука приходила брату. Подходила к портрету Йосифа Весарионовича и плевала на него. Дедушка подскакивал, начинал кричать:
«Я свой партбилет на войне кровью заработал».
Жука парировала: «Я из-за этого душегуба шестнадцать лет по ссылкам скиталась. А потом Гришенька умер, оставив меня одну».
«Не смей думать о Сталине плохо, он не знал! Это все Берия!».
«А почему же пока этот упырь не подох, нас не освободили?».
Затем жука убегала к себе, а дедушка под давлением бабушки шел извиняться.
Так продолжалось всю жизнь. Даже когда бабушка, воспользовавшись моментом разочарования мужа «положившего» партбилет, вынесла портрет вождя всех народов из дома.

 Почему ставя пост, мы стараемся выставить много фото? У меня собралось много кадров, все интересные, но пост из них не сделаешь, если только  "сборную солянку".

Поэтому очень коротко в одну строку

Очень непостоянная рубрика "Знай и люби свой город". Это и хороший и необычный подарок, и в тоже время, очень простая и красивая история. Можно назвать – личная скамейка в Центральном парке. И стоит она, ни много, ни мало, от 7500$. Деньги ты жертвуешь парку, и имеешь право разместить табличку с любым ( ну, понятное дело, приличным текстом) на скамейке, условно, усыновляешь её. Вот уже 30 лет в Центральном парке Нью-Йорка прикручивают подобные таблички, и их уже более 2000. Содержание бывает самым разнообразным: имена, шутки, поздравления, извинения и даже предложения руки и сердца. Сегодня вот такая.

э

другая табличка: Предложение руки и сердца

и таких более 2000 штук

Судя по фамилиям дизайнеров, они китайцы, но подход определённо наш.