- История создания этого произведения уникальна, - говорит пианист и музыковед Яша Немцов. – Но слушать его надо не потому, что автор, обладавший невероятной силой духа, создал его в невозможных условиях ГУЛАГа, а потому, что музыка эта - замечательная.

Яша Немцов приезжает в Израиль из Берлина, чтобы исполнить израильскую премьеру фрагментов из «24 прелюдий и фуг» Всеволода Задерацкого (1890 – 1953), одного из крупнейших русских композиторов 20 столетия,  чье имя только сейчас становится известным широкой публике. Концерт состоится в рамках первого международного фестиваля Баха, который пройдет в Иерусалиме с 17 по 21 марта.

- Задерацкий был разносторонне одаренным человеком, - рассказывает Немцов в телефонном интервью из Лос-Анджелеса, где он находится на гастролях. – Прекрасный пианист, композитор, педагог. О его судьбе можно написать роман; как он выжил – непонятно. В ранней молодости Задерацкий учил музыке Цесаревича Алексея, в Гражданскую войну служил офицером в армии Деникина, попал в плен. Его неоднократно арестовывали, в первый раз в 1926; в тюрьме он пытался покончить с собой: при аресте было уничтожено все, написанное им до 35-летнего возраста, не только ноты, но и литературные произведения – он был талантливым писателем. Однако несмотря ни на что, выйдя спустя два года на свободу, он снова начал писать.

В 1937-м Задерацкий был вновь арестован. На этот раз он подготовился - спрятал свой архив. Ему дали 10 лет без права переписки, что обычно означало смертный приговор. Но композитора почему-то не расстреляли и жена начала бороться за его жизнь - отправилась в Москву к Калинину, чтобы подать апелляцию. Она промыкалась в столице полтора года, пока подошла ее очередь; быть может, ее прошение и сыграло какую-то роль: когда Ежова yна посту наркома внутренних дел сменил Берия, людей стали понемного выпускать из лагерей. За два года на Колыме Задерацкий по образу «Хорошо темперированного клавира» Баха написал свои «24 прелюдии и фуги». Это крупное и сложное произведение. Ему выдали карандаш при условии, что он будет писать только ноты; нотной бумаги не было - он писал на чистых телеграфных бланках.

В 39-м Задерацкий вышел и до конца дней мыкался по провинциальным центрам. Его музыку не печатали и не исполняли, практически как композитор он был вычеркнут, но его это не останавливало. Задерацкий был также прекрасным педагогом: среди его учеников, вышедших на высокий уровень, – композитор  Вениамин Баснер.

Умер Задерацкий в 1953 году во Львове.

О творчестве Задерацкого Яша Немцов узнал почти случайно.

- В  2009  выходящий в Берлине журнал «Восточная Европа» готовил сборник, посвященный  100-летию со дня рождения писателя Варлама Шаламова. Редакция обратилась ко мне с просьбой написать статью о композиторах в Гулаге.  В интернете я наткнулся на имя Задерацкого; выяснилось, что в Москве живет его сын, он рассказал мне об отце и прислал ноты. Я сначала собирался написать только статью, но, углубившись в ноты, понял, что передо мной – незаурядный композитор. Сейчас я много гастролирую, исполняя произведения Задерацкого, и готовлю антологию его фортепьянной музыки.  В альбом войдут  пять дисков, четыре из которых уже записаны.

До недавнего времени считалось, что первым русским композитором, написавшим, вслед за Бахом,  «24 прелюдии и фуги», был Шостакович, но это не так – произведение  Задерацкого было создано на 15 лет раньше  и, по отзывам критиков и публики, слышавших его на моих концертах, это одна из вершин русской музыки 20 столетия. Я рад, что его сочинение прозвучит наконец и в Израиле.

Трагическая история жизни  Всеволода Задерацкого  - не первая встреча Яши Немцова  с темой «Музыка и несвобода». Он родился в  Магадане, где жил отсидевший  в сталинских лагерях отец.

- Его забрали на старшем курсе института, - вспоминает Яша. -  Когда мне был год, мы переехали в Ленинград, на родину матери.
Немцов  закончил Ленинградскую консерваторию.

- Ничего примечательного в моей жизни той поры не происходило, - говорит Немцов. Отслужил в армии, поработал концертмейстером в музучилище и в 1992-м семья эмигрировала в  Германию.

- Тема сама нашла меня. В самом начале моей жизни в  эмиграции я случайно познакомился с  женщиной, организовывавшей концерты  музыки из Терезина -  «образцового гетто»  на территории Чехии, среди заключённых которого было немало учёных, литераторов, музыкантов, политиков с международной известностью. 
Я немедленно согласился  на ее предложение исполнять музыку композиторов-заключенных – в моем положении выбирать не приходилось – и был приятно  удивлен, когда оказалось, что музыка эта очень интересная. Ведь когда я учился в консерватории, считалось, что в  20 веке кроме Шостаковича и Прокофьева никого, достойного внимания, просто не существовало. Жизненные истории этих композиторов были волнующими и трагическими. Но для исполнителя важно, в первую очередь, качество музыки. Думаю, будь она плохой, я бы все-таки не стал ее играть. Но она была хорошей.

За композиторами – жертвами Катастрофы  последовали композиторы еврейской национальной школы.

- Это была целая плеяда очень талантливых композиторов, которые по образцу «Могучей кучки» создавали профессиональную еврейскую музыку – Ахрон, Гнесин, Веприк и другие.  В 1908 было создано Общество еврейской народной музыки – это и есть точка отсчета. Эта школа существовала до начало 1930-х годов, не только в России, но и в Европе. Тема увлекла меня – сперва как музыканта, но потом я стал заниматься раскопками, работал более чем в 20 архивах разных стран мира – в России, Израиле, Америке, Европе. Это была почти детективная работа: сложить из обрывков – целое. Так я и стал музыковедом, - улыбается Немцов.
Результатом исследований стала вышедшая в 2004 году на немецком языке книга «Новая еврейская школа в музыке». 

- Эта книга стала моей докторской диссертацией, - заключает Немцов.

Реситаль Немцова, в программе которого музыка Задерацкого, Виктора Ульмана (узника гетто Терезин) и Шостаковича – лишь одно из событий международного фестиваля Баха, который проводит Иерусалимский оркестр барокко (художественный руководитель фестиваля - Давид Шемер). В программе фестиваля – аутентичное исполнение «Страстей по Матфею» с участием израильских и зарубежных солистов под управлением американского дирижера Джошуа Рифкина – ведущего в мире специалиста по аутентичному исполнению музыки барокко, оркестровые и камерные концерты, органный концерт, концерт для всей семьи с Хеном Цимбалиста и джазовые обработки музыки Баха с Гилем Шохатом и Омером Мором, музыкальные прогулки по Иерусалиму, бесплатные концерты под открытым небом, международный симпозиум и многое другое. Концерты проходят на разных иерусалимских площадках, «Страсти по Матфею» будут повторены также в Тель-Авиве и Зихроне.
Подробное расписание концертов – на сайте Иерусалимского оркестра барокко.

Ищет мужик работу. Все 20 лет ищет, что само собой похвально. Обивает пороги, рассылает резюме. А в ответ ... тишина. И, не потому что в супермаркете на раскладке не требуются указанные им кандидатская, опыт работы на секретной не овощной базе, и знание трех языков, кроме нужного тарабарского. Вовсе не потому. И не потому, что непруха, нет. Ждет он своего часа, удачи и признания ждет. А вот баба его, ничего не ждет. Ей же оболтусов кормить, одевать. Пол с крышей оплачивать. Кроссворды покупать и интернетом "Самого этого Своего" обеспечивать, чтобы гений мысли не ржавел. И еще, все постоянно хотят жрать. Вот она дура и пашет, то полы у кого помоет, то бабку какую ... а ведь у нее тоже резюме. Было.

На стрельбище

Добермановы игры на свежем воздухе

Собак и море

Вороне где-то Б-г послал...

"Дорога без конца, дорога без начала и конца "

Вид на новый "Шук Фейсал". Между Нагарией и Акко

Арабская деревня в Галилеи

Чертополох

Что изволите, моя госпожа ?

Телохранитель

Стены порта Старого Акко

Старый Акко

Карусельные эмоции

Детская площадка в Нагарии

Комнаты-бомбоубежища в домах. Нагария. Эйн - Сара

Просто реклама

Праздник на берегу

Сегодня штиль

Утро какого-то нагариянина

Морские просторы

Я гляжу ей вслед: Ничего в ней нет, а я все гляжу, глаз не отвожу…

Флаги Нагарии и Израиля

Мамаша-то сама в кофте...

Рыбалка на Средиземноморье

После шторма

Узники

Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит...мигрант !

Папаша притомился

Часть 1-я,официальная . Премьера

Книга Царя Давида

По роману Стефана Гейма 
Сценическая обработка: Рои Хен
Постановка: Евгений Арье

В спектакле участвуют: Алон Фридман, Дорон Тавори, Гилад Клеттер, Мики Леон, Юваль Янай, Борис Аханов,
Генри Давид, Шир Шенар, Евгений Терлецкий, Виталий Фукс, Эльдад Привас, Лилиан Рут, Карин Саруя, Рут Расюк,
Тали Осадчи, Даниэль Стёпин, Александр Сендерович

Б-г один, но есть ли одна правда, правда, которая является истиной?

Кем был Давид? Пастухом или главарем банды, преступником или музыкантом, тираном или прогрессивным монархом?
Калейдоскоп слухов вокруг его личности, его сексуальные предпочтения и кровь, которая лилась вокруг него рекой, вынуждает его сына, царя Соломона потребовать написания единственно истинной и авторитетной Книги, достоверно описывающей историю жизни Давида.

Царь Соломон приглашает к себе во дворец историка Эйтана, сына Гошайи, и приказывает ему написать эту Книгу. Если написанное удовлетворит царя, история будет включена в антологию, собранную в то время и дошедшую до нас под более известным названием – Танах.

Встреча наивного интеллектуала и полного интриг царского двора превращается в опасное, полное неожиданных поворотов путешествие по коридорам власти.

Что такое историческая правда? Это факт, не подлежащий сомнению или все-таки субъективное его толкование?

Стефан Гейм (1913-2001) прославленный немецкий писатель еврейского происхождения, авторов исторических романов-бестселлеров.
В 1933 году, с приходом нацистов к власти, бежал из Германии через Чехословакию в Штаты. В 1952-м вернулся в Восточную Германию. Обладатель Иерусалимской литературной премии. Скончался в возрасте 88 лет в Израиле на празднованиях 200-летия со дня рождения Генриха Гейне. Похоронен на Еврейском кладбище в Берлине.

Foto@​Victoria Shub

Часть 2-я, личная. Размышлизмы

Честно говоря, я ошеломлена.  Канонические фигуры Давида и сына его ,мудрейшего Соломона, предстают вдруг в, мягко говоря, ином свете. Таком, что выхватывая из темноты устои, он безжалостно освещает  - колосс зиждется на пустоте. Мне такие потрясения устоев всегда напоминают знаменитый кадр из "Операции Ы", где герой Моргунова, кажется, вынимает из плотно сложенного штабеля самый нижний предмет. Все рушится. Давид уже не герой, Соломон - не средоточие мудрости. Зло, измена, подлость и разврат правят миром, в котором - ничего святого. Как тут не поехать крышей доброму честному ботану - историку Эйтану? Он ведь не читал "1984" и ничего не слышал про Министерство правды. Поразительно, что второй раз за короткий период я сталкиваюсь с тем, что деятели культуры принимаются за развенчивание мифов. Совсем недавно в Музее Эрец Исраэль открылась выставка «Бар-Кохба: историческая память, миф и героизм», рассказ о которой автор озаглавил "Что и зачем развенчивают на выставке?"

 

Бар-Кохба – герой или анти-герой? Историческая память, миф и героизм. Что и зачем развенчивают на выставке? Или просто мы учим историю? ..Но одно бесспорно: такие выставки – прекрасный повод обратиться к истории народа, перечитать энциклопедии и учебники и вспомнить прошлое, каким бы оно ни было. Это наше прошлое, и его надо знать.

 

«Вы живете в достатке, проедая и пропивая собственность дома Израилева, и нет вам дела до братьев ваших».

Фрагмент послания Бар-Кохбы начальникам тыла армии

 

«С ростом сионизма новый свет пролился на поражения в еврейском героизма и пренебрежение им. Рабби Акива теперь воспринимается не как старец в ешиве, а как пророк восстания, а Бар-Козива трансформировался в коллективном сознании обратно в в Бар-Кохбу «.

Берл Кацнельсон, введение к «Книге героизма»

 

Это наше прошлое, и его надо знать. И спорить. Тем более, что достоверных письменных источников о Бар-Кохбе до наших дней дошел один – труд римского консула и историка греческого происхождения Кассиуса Дио (Lucius Cassius Dio Cocceianus, Дион Кассий), хроники, написанные им через 60 лет после подавления восстания. А между тем, наш еврейский народ раздроблен при обсуждении всех вопросов, и восстание Бар-Кохбы и сама личность это лидера неоднозначно воспринимаются в обществе.

 

Героический миф на костях жертв? Критический взгляд на прошлое? Переосмысливание истории? Взгляд со стороны на внутреннюю культуру? Разрушение национальных образов, ставших иконами пропаганды? Боготворить ли лидера, воскрешать ли персонаж, как символ мужества и вдохновителя сегодняшних легенд? Достоверна ли историческая наука? Что такое архетип еврейского героизма и насколько противоречива фигура Бар-Кохбы сегодня? Как создается, эксплуатируется и переделывается история – обо всем этом рассказывается на новой выставке в Музее Эрец-Исраэль – МУЗА – о мифе в истории, в элитарном искусстве и в поп-культуре. Многогранная выставка о многоликой личности, мессианстве, исторической правде и ее отсутствии.

Замените Бар-Кохба на Давид или Соломон, а слово  "выставка" на "спектакль" - суть вопроса все та же : чему верить? И если развенчивать миф - то что останется?
Новая постановка в Гешере ответов не дает.  Но заставляет призадуматься - крепко. И еще какое-то смутное чувство... Про предвидение Художника. Ведь если одни и те же вопросы всплывают в разных местах - значит это что-то значит?

*Русим баим - русские идут