По сообщению новостных агентств, почтовое управление Израиля после пятимесячного перерыва возобновило доставку посылок в Сектор Газы. Не до конца ясно, успели ощутить жители Сектора столь длительное отсутствие почтовых услуг или структура анклава не очень в этом и нуждается? Но в свете данного сообщения, очень хотелось бы спросить уважаемое почтовое управление, а не хочет ли оно возобновить, а может и начать с нуля, доставку конвертов, посылок и т.п. в Петах Тикву, Иерусалим, Хайфу, Тель Авив, и остальные населенные пунуты по эту сторону Зеленой черты.

О том, что проблема существует, для меня откровением не было. Периодически мне приходится бывать в почтовых отделениях с их многочасовыми очередями и никуда не спешащими сотрудниками. Неоднократно видел как пожилым людям становилось плохо в очереди к заветному окошку. Много раз слышал крики и ругань из серии "вас здесь не стояло". Но чашу моего терпения переполнило событие произошедшее со мной на минувшей недели.

Вернувшись домой, я по привычке уже готов был нажать на кнопку вызова лифта, как какая – то невидимая сила подтолкнула меня в сторону почтового ящика и ...о, чудо. Меня там ждал конверт серо – черного цвета (полагаю, что изначально он был белым). Я аккуратно, дабы не порвать, начал вытаскивать смятый вдвое огромный конверт. И тут моему взору предстал конверт с вложенным в него полисом, отправленный мне страховой компанией в...(если вы сейчас стоите, то присядьте) апреле месяце. Не слишком замысловатое арифметическое действие позволило определить, что расстояние из Рамат Гана до Петах Тиквы сей конверт преодолел всего лишь за семь (!!!) месяцев. Впору было вызывать представителей Книги Рекордов Гиннеса, но я решил повременить. Найдя заветный номер телефона, я позвонил к страховщикам в попытке узнать, откуда такая оперативнось. Услышав что мой звонок для них очень важен, еще минут десять "провисел на проводе" пока приятный женский голос мне сообщил, что полис мне был отправлен, действительно, в апреле, а дальше вопросы следует адресовать почте. Я не сдавался и позвонил в почтовое управление. Уже куда менее приятный голос мужчины донес до меня, что доставкой "мелкой" почты занимаются частные фирмы, которым за эти услуги министерство связи платит наши с вами кровные деньги, попадающие в бюджет в виде налогов. Я был настроен более, чем серьезно и попросил номер телефона компании, отвечающей за доставку писем, бандеролей и тп. После почти часового ожидания ответа под аккомпанемент незатейливой мелодии на восточный мотив, мне ответили, что их фирма разносит все по адресам в течении 48 часов с момента получения и нареканий к ним до сих пор не было.

И тут я понял, - эту страну не победит ни шесть, ни двадцать шесть вражеских армий, чему я бесконечно и искренне рад. Однако, учитывая некоторые нюансы израильской действительности напрашиваются следующие вопросы: а если это повестка в суд; призыв в армию; штраф за парковку и много подобных вещей, которые не по нашей вине могут превратить нас в незаконнопослушных граждан со всеми вытекающими отсюда последствиями, включая финансовую сторону вопроса.

В общем, дорогие читатели, летать ли самолетами Аэрофлота и хранить ли деньги в сберегательных кассах (банках) – выбор за вами, А услугами почты...подумайте много больше, чем два раза.

Меня очень удивляет неуемная радость еврейцев по поводу назначения Джареда Кушнера модератором на Ближнем Востоке.Был уже один евреец,Генри Киссинджер (Heinz Alfred Kissinger),который тоже вызывал ликование у многих наших.А зря.Вот его одно многоговорящее высказывание:«Эмиграция советских евреев не входит в список приоритетов американской внешней политики. И даже если их пошлют в газовые камеры, это не станет проблемой американцев, разве что гуманитарной».

…Однажды у Генри Киссинджера спросили: 
– Что такое «челночная дипломатия» (triangular diplomacy)? 
Киссинджер ответил: 
– О! Это универсальный еврейский метод для решения любых проблем! Поясню на примере. 
Требуется выдать дочь Рокфеллера замуж за простого русского парня из глухой сибирской деревни. 
Каким образом? Очень просто! Я еду в сибирскую деревню, нахожу там простого русского парня и спрашиваю его: 
– Ты хочешь жениться на американской еврейке? 
Он мне: 
– Зачем?! У нас и своих девчонок полно!.. 
Я ему: 
– Да, но она – дочка миллиардера! 
Он: 
– О! Это меняет дело!.. 

…Тогда я еду в Швейцарию, на заседание правления банка и спрашиваю: 
– Вы хотите иметь президентом правления банка сибирского мужика? 
– Фу, – говорят мне в банке. 
– Да, но он – зять Рокфеллера! 
– О! Это меняет дело!.. 

И таки-да, я еду к Рокфеллеру и спрашиваю: 
– Хотите иметь зятем русского мужика? 
Он мне: 
– Что вы такое говорите, у нас в семье все – финансисты! 
Я ему: 
– Да, но этот русский мужик – президент правления Швейцарского банка! 
Он: 
– О! Это меняет дело! Сьюзи! Пойди сюда. Мистер Киссинджер нашел тебе жениха. Это президент Швейцарского банка! 
Она: 
– Фи… Все эти финансисты – дохляки и зануды!.. 
А я ей: 
– Да, но этот – здоровенный сибирский мужик! 
Она: 
– О-о-о! Это меняет дело!.. 

...Однажды у Джареда Кушнера спросили...

Сегодняшний праздник из той жизни в моем окружении никогда не носил идеологической или политической окраски, а был мужским вариантом 8 марта. Вот только с подарками в условиях дефицита всегда была проблема, не считая открыточного периода в младших классах. Зато теперь на бескрайних просторах СНГ - раздолье! Вчера, на одном из белорусских сайтов прочитала про волшебную задумку брестских "чулочников". Ограниченная серия носков в консервных банках.

Легким движением руки подарок из экологического хлопка  попадает прямо в руки защитнику.

А сегодня я набрела на сайт безграничной фантазии, на котором можно заказать именные подарки. Я даже сделала несколько симуляций. 

Календарь с эффектными девушками.

Чай, отлично подойдет в студеный февральский вечер.

А к чаю -шоколадный набор!

Утром по дороге на работу почему-то вспомнилась светловская "Гренада" Теперь я думаю, что неспроста именно в этот день.

Я хату покинул,

Пошел воевать,

Чтоб землю в Гренаде

Крестьянам отдать

И хорошо, что, как утверждает автор в конце стихотворения, жизнь придумала новые песни. И ни нам, ни следующим поколениям не придется покидать свои дома, отправляясь за тридевять земель на защиту непонятных интересов. Вот с этим я вас искренне поздравляю!

В первый день весны в Израиле начинаются гастроли американского театра New York Harlem Theatre, который представит в Тель-Авиве и Хайфе знаменитую оперу «Порги и Бесс» Джорджа Гершвина. Эта постановка не сходит с подмостков уже 82 года!

«Леди Джаз, украшенная интригующими ритмами, шла танцующей походкой через весь мир. Но нигде ей не встретился рыцарь, который ввел бы ее как уважаемую гостью в высшее музыкальное сообщество. Джордж Гершвин сделал это чудо. Он смело одел эту крайне независимую и современную леди в классические одежды концерта. Однако нисколько не уменьшил очарования. Он – принц, который взял Золушку за руку и открыто провозгласил ее принцессой, вызвав удивление мира и бешенство ее завистливых сестер», – так сказал о своем соотечественнике американский дирижер Вальтер Дамрош. Именно Гершвин первым внедрил в оперный жанр чисто американские музыкальные элементы - джаз, блюз, традиционные спиричуэлы. И именно Гершвин был одним из первых, кто обратил внимание на то, насколько расплывчаты границы популярной и серьезной музыки.

Уместен ли вопрос, какого цвета «кожа» у музыки? Ответ: скорее всего, такого, каким его себе представляет композитор в момент сочинения. Ясно одно: для Джорджа Гершвина цвет его знаменитой оперы «Порги и Бесс» мог быть только черным и никаким другим, ведь ради того, чтобы поставить спектакль с негритянской труппой, он отказался от постановки оперы в Метрополитен-опера, куда первая негритянская певица Мариан Андерсон, была приглашена лишь двадцать лет спустя. Тем не менее, став мировым хитом, музыка оперы Джорджа Гершвина вошла в репертуар тысяч и тысяч музыкантов с разным цветом кожи. Первая постановка оперы прошла в сентябре 1935 года Бостоне, затем в Нью-Йоркском «Элвин-Театре», а уже в январе 1936 года начался гастрольный тур оперы по городам США, который завершился в Вашингтоне. Под натиском требований актеров прекратить расовую сегрегацию и пустить в театр темнокожих зрителей руководство Национального театра сдалось, и это представление стало первым в истории США, на которое допустили людей разных рас.

Миф же о создании «Порги и Бесс» таков: «Как-то ночью Джорджа Гершвина мучила бессонница, и он решил немного почитать. Он раскрыл написанный в 1924 году роман писателя-южанина Дюбоза Хейворда «Порги» о жизни афроамериканцев в Южной Каролине и с первых страниц ощутил удивительную силу его поэтических образов. Читал до четырех часов, а в воображении возникали мелодии. Утром Гершвин написал Хейворду письмо о своем намерении сочинить оперу. Это случилось в 1926 году, но «Порги и Бесс» была поставлена только в 1935-м году. Когда Гершвин решил превратить роман в оперу, он отправился в Чарльстон в Каролине и записывал там негритянскую музыку, стремясь достоверно передать ее дух в «Порги и Бесс», но его собственное происхождение вызывало в некоторых кругах сомнения в том, сумеет ли он изобразить суть жизни чернокожих на глубоком Юге.

В марте 1932 года Хейворд получил от Гершвина еще одно письмо с признанием: «В поисках сюжета для композиции я вновь вернулся к мысли положить «Порги» на музыку. Это выдающаяся пьеса о народе». Гершвин писал оперу двадцать месяцев, используя мелодии спиричуэлс и ритмы джаза, и все это время жил с уверенностью, что она будет лучшим его произведением. На последней странице рукописи значится дата: 23 августа 1935 года. Однако работа над оперой продолжалась также во время репетиций и завершилась лишь за день до премьеры.

30 ноября в «Колониэл-театре» в Бостоне состоялась премьера. Публика приняла новую оперу с еще большим энтузиазмом, чем прежние сочинения Гершвина. Принять «Порги и Бесс» – значило не только оценить ее художественные достоинства, но и признать право оперного жанра отражать контрасты «позолоченного века». Джордж Гершвин и здесь оказался первопроходцем.

За полтора года опера выдержала 124 постановки в «Элвин-Театре» - любая опера классического репертуара такому бы позавидовала. Но, несмотря на хороший прием, надежды братьев Гершвин на материальный успех не оправдались: они потеряли более 10 тысяч долларов, вложенных в постановку. Впрочем, к тому времени братья Айра и Джордж Гершвины были вполне обеспечены благодаря 20 созданными ими мюзиклам.

Родители Джорджа Гершвина переехали в Нью-Йорк из Одессы в конце 19 века. Непостижимым образом в семье Мориса Гершовица, сапожника на фабрике женской обуви, и Розы, дочери скорняка, появились дети, ставшие супер-знаменитыми.

В школе Джордж не был прилежным учеником и учился посредственно. Причина была всегда одна и та же – музыка. Глубокое впечатление на 8-летнего Джорджа произвел Макс Розенцвейг, впоследствии известный в Америке скрипач. Он сыграл «Юмореску» Дворжака на школьном концерте. Полтора часа после концерта ждал Джордж музыканта, не обращая внимания на проливной дождь, а, заметив, что тот ушел другим ходом, помчался к нему домой. Они подружились. В доме у Розенцвейга Джордж сам научился играть на фортепиано, подбирал на слух популярные мелодии. Можно себе представить удивление родителей, когда вскоре выяснилось, что он за короткое время настолько преуспел в игре на фортепиано, что оставил брата Айру далеко позади. К радости братьев, родители решили, что заниматься музыкой должен Джордж.

Он учился в нескольких фортепианных «школах». И только Чарльз Хамбицер оказался именно тем музыкантом, в котором нуждался Гершвин. Начиная с 1915 года Джордж, по его рекомендациям, брал уроки гармонии и оркестровки. В один прекрасный день пятнадцатилетний музыкант предстал перед менеджером издательства «Ремик и Ко». Джордж Гершвин играл на рояле, даже не рассчитывая на успех. Однако, на удивление, его приняли на должность пианиста-популяризатора с оплатой 15 долларов в неделю.

В 1916 году модная певица ревю Софи Такер заинтересовалась песней Гершвина «Когда вы захотите» и с успехом исполнила ее. Постепенно он стал известным в музыкальных кругах Бродвея. В феврале 1918 года молодой композитор встретился с Максом Дрейфусом, возглавлявшим издательство Хармса. Он предложил композитору работу с оплатой 35 долларов в неделю. О лучшем Джордж в то время не мог и мечтать. Не нужно было сидеть в конторе или разучивать партии с певцами. Нужно только одно – писать.

Имя Джорджа Гершвина в 1920-е все чаще стало появляться на страницах газет и журналов. В 1922 году Берил Рубинштейн, известный американский пианист и педагог, в газетном интервью назвал Гершвина «выдающимся композитором». «В этом молодом человеке есть искра гениальности, – утверждал он. – Я действительно верю, что Америка в недалеком будущем будет им гордиться…».

Настоящим успехом Джорджа Гершвина на Бродвее был мюзикл «Lady, Be Good». В этой постановке композитор впервые работал со своим братом Айрой. Зимой 1924 года родилась «Рапсодия в блюзовых тонах». 12 февраля 1924 года на премьере были Леопольд Годовский, Сергей Рахманинов, Игорь Стравинский и другие известные музыканты. Овации полностью оправдали ожидания. Вместе со славой пришла материальная обеспеченность. В 1925 году Гершвины купили пятиэтажный дом на 103-й улице. Теперь можно было отправиться в Европу. Лондон – Париж – Вена – такой маршрут путешествия, которое сделал Джордж. Оно закончилось в 1928 году.

Из поездки по Европе Гершвин вернулся с наброском симфонической поэмы «Американец в Париже». Ее премьера состоялась в Нью-Йоркском филармоническом обществе под руководством Вальтера Дамроша. Три года спустя «Американец в Париже» прозвучал в лондонском Квинс-холле. Вскоре «Американец» вошел в постоянный репертуар многих оркестров мира, привлек внимание не только дирижеров, но и балетмейстеров.

Когда Джордж стал известен как композитор и музыкант, он попросил старшего брата быть соавтором его песен и мюзиклов. Айра согласился, взяв себе псевдоним Артур Фрэнсис (по именам младших брата и сестры), чтобы в мире искусства был все же один Гершвин. Этот творческий союз позволил им создать более 20 мюзиклов, поставленных на Бродвее и для кино.

Браться Гершвины получили в 1932 году Пулитцеровскую премию за свое самое удачное шоу «Of Thee I Sing». Награда впервые была присуждена музыкальной постановке.

Творческий дуэт братьев Гершвин распался неожиданно и трагически. Колоссальное нервное напряжение во время работы над «Порги и Бесс» истощила силы Джорджа. Он не мог ни есть, ни спать. Врачи рекомендовали поменять климат и на время забыть о музыке. Первую рекомендацию композитор воспринял с большим удовольствием. О музыке, естественно, он забыть не мог. Внешне он почти не изменился, но стал очень раздражителен и выглядел уставшим. В начале 1937 года врачи нашли у него симптомы опухоли головного мозга. Джорджа начали лечить, однако спасти композитора не удалось. Он умер 11 июля 1937, не дожив до тридцати девяти лет. Композитора не стало в расцвете сил и полного творческих планов.

В 1958 году опера была экранизирована (режиссер Отто Премингер). Среди исполнителей оперы – легендарные имена, отточившие радикальную манеру Гершвина, скрестившего каноны европейского вокала с джазом, блюзом, соул и другими "черными" стилями: Луи Армстронг и Элла Фицджералд, Рей Чарльз и Милт Джексон, Майлз Дьюи Дэвис и Оскар Питерсон.

В Израиль из New York Harlem Theatre, основанного в 1981 году и успешно работающего в области мюзиклов и современной оперы, приезжают 48 артистов – солисты и хор, и оркестр из 50 музыкантов. Спектакли оперы «Порги и Бесс», впервые показанной в 1935 году, пройдут в Израиле в начале марта 2017 года в Хайфе и Тель-Авиве.

Линк на видео: https://www.youtube.com/watch?v=nafoEl-nb70

New York Harlem Theatre. «Порги и Бесс»

Опера в трех действиях Джорджа Гершвина на либретто Дюбоса Хейворда и Айры Гершвина, основанном на пьесе «Порги» Дюбоса и Дороти Хейворд.

Художественный и музыкальный руководитель: Уильям Баркхаймер.
Сценограф: Майкл Скотт, художник по костюмам: Кристина Джаннини. 
Спектакль - на английском языке с титрами на иврите

Даты выступлений:

1.3.17 – Хайфа, Центр Конгрессов, 21:00 
3-4.3.17 - Тель-Авив, «Гейхал ха-Тарбут», 16:00, 21:00,
5-6.3.17 - Тель-Авив, «Гейхал ха-Тарбут», 20:00
 

Билеты:

Касса «Авив»: www.2207.co.il, *2207

 Касса «Браво»: http://bestbravo.co.il/announce/55223

 Касса «Барак»:  04-8377777. 

Текст подготовила Маша Хинич

Пиар-агентство: Sofia Nimelstein PR & Consulting

“А скажи-ка мне быстренько, Нона, за что ты так восхищаешься Богушевской?” - вот примерно такую коротенькую записочку я получила этой зимой от одной моей приятельницы журналистки. Выяснилось, что она как раз была по дороге в Москву, чтобы взять интервью у певицы

Помню, что тогда я сформулировала несколько фраз, но ощущение, что не все сказала, осталось.

В нашу бытность в Москве Ирина Богушевская еще не была известной радиоведущей, конечно же не выступала на больших эстрадах, поэтому о ее существовании я узнала только много лет спустя, здесь в Израиле, от нашего незаменимого меломана Виктора VIKа.

Сначала был тембр голоса. Он как-то сразу исключал всякую неискренность, и казалось, любая фальшь - не в нотах, нет - а именно в высказанном, выстраданном и пропетом душой больше, чем голосовыми связками - казалось, любая фальшь немедленно бы просто прекратила музыку, как умолкает вдруг отключенный от сети микрофон.

Потом были концерты в Тель-Авиве и мое изумление, как миниатюрна эта женщина в обычной неброской одежде после спектакля. Читаю сборник ее стихов, купленный пару лет назад перед концертом в Тель-Авиве. Нахожу - или кажется, что нахожу, какие-то отзвуки всего, что "случилось на ее веку" и снова поражаюсь - где брала силы эта хрупкая, маленькая и такая сильная женщина, чудесный Богушевич, как зовут ее близкие друзья.

А потом, как-то незаметно для самой себя, я уже стала скучать по ее статусам в ФБ, где Ира делится не только с избранными, но и всеми почитателями своей повседневностью.

Я часто возвращаюсь мысленно к тому вопросу подруги-журналистки.

За что я так восхищаюсь Богушевской? Наверное, есть и другие талантливые поэты, музыканты, певцы, совмещающие все три ипостаси. Но мало кто из них наполняет свою ленту не фотографиями себя любимого в свете софитов, а портретами собак и лошадей, и опять собак и котов, и опять лошадей, а еще - блинами собственного изготовления.



И вот случился у меня момент истины на днях. Хочу поделиться с вами будничной записью успешной певицы, замечательного композитора и очень хорошего поэта - Ирины Богушевской. (Запись открыта для публики, так что правила поведения в ФБ не нарушаю:)) Тем, кто на одной волне, все станет понятно - и видение мира, и благодарность за то,что живем. Это не манифест философа (хотя именно философский факультет МГУ закончила Ирина), это маленькое будничное наблюдение - и как-то сразу мне стало остро понятно, почему именно с этим человеком жить становится светлее.

 

 

"Автопортрет, блин" - так назвала Ирина этот снимок



Истинный блин похож на просвет на карту Вселенной.

Чтобы он получился таким, должно сойтись многое.

Во-первых, хорошо бы любить печь блины. Мне повезло, я люблю. Люблю подогревать молоко и заводить опару, люблю этот запах, когда сахар, мука и дрожжи в первый раз соединились в однородное. Прям люблю засунуть нос в кастрюлю и вдохнуть теплое и живое. Обожаю макнуть туда палец (мытый!), чтобы посмотреть, как стекает тесто – и потом быстро облизать его, вроде как проверить на соль-сахар, но на самом деле предаться острому удовольствию облизывать палец, сунутый в опару: в детстве это было нельзя, бабушка нас от опары гоняла (и правильно делала), - а теперь можно. Но вкус все равно тот самый, запретный. Люблю, когда сковородки уже раскаленные, когда процесс пошел и первые штук десять-пятнадцать готовы, нюхать разогретую свою заветную лопаточку из можжевельника; в остальное время она лежит в укромном месте и никому трогать её нельзя, потому что это мойя пррелесссть, мой магический атрибут.

Во-вторых, опару надо уважать, это существо капризное. Опара не любит сквозняков. Опара не любит спешки. Не любит плохого настроения: когда заводишь опару, нельзя ни с кем над ней ругаться и даже раздражаться не стоит: обязательно тогда что-нибудь пойдет не так, либо пересыплешь муки и замучаешься разводить слишком густое, либо бахнешь яйца, не подогрев в теплой воде, прямо из холодильника - и брожение остановится; прощайте, космические карты, блины твои будут плоские и унылые, как среднерусская возвышенность.

Лучше всего печь блины рано утром, в тишине и покое – и ни в коем случае не читая перед этим фейсбука. Блины – это русский дзен. Динамическая медитация. Они требуют полной концентрации, самоотречения и преданности. Опара – существо ревнивое: даже если печешь с двух рук по-македонски, все равно возникнет соблазн успеть что-нибудь убрать или помыть, пока один только что вылит, а другой уже перевернут и допекается. Соблазн этот надо давить, пока маленький: отошла на 20 секунд – и упустила, только что был русый Иванушка, а стал Пушкин Александр Сергеич, наше всё, но сильно смуглый.

Не хватайся больше ни за что, не мельтеши. Блины не любят суеты и пустых мыслей. Все мысли должны быть только о блинах. И тогда они ответят взаимностью и сто раз покажут карту Вселенной.



 

Впервые в этом году концерт Ирины Богушевской состоится в Хайфе. Не разочаруйте меня, друзья, я ведь клятвенно обещала продюссеру, что мы соберем полный зал.

Тот зал, где комфортно  и молодым, и пожилым, и влюбленным, и ветеранам - можно и нужно пойти на концерт с родителями.

28 марта в Хайфе, зал Раппапорт, вторник (я отменила дежурство), билеты очень доступны по цене, звонить и приобретать билеты можно здесь 052-5170884 - продюсер Фаина Новоходская, которой я отдельно благодарна, что привозит к нам в Хайфу умные и хорошие фильмы, а главное - умных и интересных людей.



и как всегда - "Встречаемся в фойе!"