Какой еще агрессии нам не хватает?

Опубликовать эту драматичную историю, которую мне прислали из Ульяновска, можно было бы и без комментариев. Но я не удержусь, так как подобное переживала и я сама, и многие мои подруги, и еще миллионы женщин вокруг. Действия развивались вокруг беременной, которая собралась родить второго ребенка. В российских условиях это означало для нее пройти огонь, воду и медные трубы. И я имею в виду не естественную боль, которую переживает роженица, а тот правовой беспредел и агрессивное отношение медперсонала, с которым вынуждено сталкиваться абсолютное большинство попавших в роддом женщин.

Это не принято обсуждать.

Это воспринимается как норма.

Это стараются побыстрее забыть.

Женщины, подвергаясь моральному и физическому насилию со стороны акушеров и врачей, решают, что «такое происходит всегда, со всеми и значит это нормально». Тем более, когда на руках младенец, на рефлексии отвлекаться некогда, а радость материнства, в конце концов, перекрывает недавно пережитый ужас.

Даже если кто-то и осознал, что ее не устроило качество оказанных медицинских услуг, единицы решаются доводить дело до суда. Именно поэтому проходят годы, а ситуация не меняется! Ниже – обычная по фактуре картина, уникальность лишь в том, что эта семья решила не молчать:

«Меня зовут Ольга. 12 мая 2011 года моя сестра Аня родила ребенка в Ульяновском областном перинатальном центре. Анна поступила в роддом в процессе родов. Я сопровождала ее, имея на руках подписанную сестрой доверенность пациента. Мы обе наивно полагали, что здесь, в лучшем родильном доме Ульяновска врачи имеют представление о правах пациента, включая право сестры на то, чтобы на ее родах присутствовала я в качестве законного представителя. Но все оказалось не так.
Врач в приемном покое накричала на меня и на сестру, две здоровые санитарки фактически выпихнули меня из помещения, несмотря на мои и Анины призывы к соблюдению закона. .
Анну быстро перевели в родовое отделение, где она в течение менее чем получаса родила здорового мальчика.
Во время родов она отказывалась от эпизиотомии (рассечения промежности), раннего пересечения пуповины и от запрещенного и опасного акушерского приема, который повсеместно практикуется в России, - выдавливания плода. Как пациент она имеет право в любой момент отказаться от любой медпомощи. Когда Анна увидела инструменты, закричала, чтобы не резали. Но врач сказала, что не позволит ей себя учить - и располосовала на совесть. (Мы будем добиваться независимой экспертизы, т.к. разрезали явно больше, чем предполагается – повреждены мышцы ягодиц). Все остальные отказы сестры также учтены не были: ей давили на живот, пуповину перерезали сразу же.

Когда мальчик родился, его унесли и принесли заявление на информированное добровольное согласие - «Подписывай!».
Анна отказалась, сказав, что не давала согласия на манипуляции, которым подвергли ее и ребенка.
После перевода в послеродовое отделение к ней снова пришли с бланком информированного добровольного согласия. Нервничали, угрожали, уговаривали. Она отказалась, и тогда они забрали у нее ребенка. Сначала это был неприкрытый шантаж — подпиши и мы вернем тебе сына, но как только Анне удалось дозвониться до родных и сообщить о происходящем, версия врачей изменилась, и они стали утверждать, что Анна невменяема, агрессивна, представляет опасность для своего сына.
Больше суток ей приносили его раз в три часа покормить, не позволяли разворачивать из пеленок, докармливали смесями, несмотря на отказ. Мало того, пытались диагностировать послеродовую депрессию, запугивали, перевели в отдельную палату и непрерывно надзирали.
Аня держала себя в руках: не истерила, не психовала, собрала все силы и терпела.
Она попыталась забрать ребенка и уйти домой под расписку, но ее заперли! (быть может, роддома у нас подчиняются ФСИН?)
 ...
полностью по ссылке:
http://www.soznatelno.ru/avtor/evelina/1093-agressia.html