Эдуард_Волков Голосов: 2 Адрес блога: http://www.liveinternet.ru/users/2503040/ Добавлен:

Какова была бы судьба России, если бы не Первая мировая война?

2012-11-10 01:24:24 (читать в оригинале)

diletant.ru/articles/8290920/

Какова была бы судьба России, если бы не Первая мировая война? Вопрос непростой, и мы решили не гадать, а спросить мнение специалистов. Своим взглядом с «Дилетантом» поделились известные историки Олег Будницкий, Константин Залесский, Николай Симонов и Елена Съянова. Беседовала с ними Ольга Кузнецова.

---

 

---

  Олег Будницкий

Судьба России могла сложиться вполне благополучно. В 1913 году никаких реальных признаков социальных катастроф не наблюдалось. Был некоторый рост рабочего движения, но рабочее движение — это не равно революционному движению. Из рабочего движения может выйти вполне цивилизованное профсоюзное движение, как это было в США. И если бы не эта европейская катастрофа, то, в общем, никаких таких потрясений не ожидалось. Россия довольно стабильно развивалась. Если мы сравним Россию 1903 года и 1913, что за 10 лет произошло. Россия была самодержавной страной и стала если не парламентской, конечно, монархией, то думской монархией этот строй называли. И кто мог вообразить в 1903 году, что в Думе будет заседать легально социал-демократическая фракция.

Это такие произошли политические изменения колоссальные за 10 лет. И, в общем, достаточно бурное экономическое развитие, бурный рост печати, которая не была абсолютно свободной, конечно, но, тем не менее, достаточно свободной по сравнению с предыдущими годами. В общем, думаю, что судьба России могла сложиться примерно так же, как судьбы европейских благополучных государств. Конечно, могло быть всякое. В истории нет ничего предопределённого и предначертанного. Но случилось, что случилось. Случилась мировая катастрофа.

---

Константин Залесский

Если бы не начало Первой мировой войны, то развитие России в мирное время опередило бы развитие других ведущих европейских и мировых держав. Это привело бы к тому, что позиции России на международной арене начали резко усиливаться, что, скорее всего, в конце концов могло привести к очередному военному противостоянию, видимо, скорее всего связанному именно с Балканами, то есть там, где началась именно Первая мировая война. То есть ведущим мировым державам нужно было каким-то образом остановить в данном случае развитие России и её доминирование как в Европе, где у неё резко усиливались позиции на фоне ослабления Австро-Венгрии, так и в Азии, где ослаблялись позиции Турции. А также и на Дальнем Востоке, где был конфликт с Японией. То есть в принципе всё шло к войне, но вопрос — когда эта война разгорелась и была бы Россия к ней готова. Вот в 1914 году большая программа развития армии не то что не была готова, а фактически даже не начала реализовываться.

При её реализации в принципе та же самая Германия, как указывали немецкие аналитики, не смогла бы вообще воевать с русской армией, потому что наша армия была бы слишком сильной.

---

  Николай Симонов

Если бы не было Первой мировой войны, то история России пошла бы по совсем другому сценарию. Я полагаю, что в тот период людей в России, которые понимали геополитическую ситуацию и причины, по которой эта война разразилась, к сожалению, было очень мало. Они не смогли этому процессу воспрепятствовать. В причинах Первой мировой войны до сих пор ни историки, ни экономисты, ни философы не разобрались. Хотя эта война, естественно, повлияла, задала весь темп, формы, характер национальных, этнических противоречий и других конфликтов, которые в конце концов привели ко Второй мировой войне. То есть клубок противоречий, который сложился в начале XX столетия, до сих пор не разобран, не понят, не осознан. Но он продолжал существовать, развиваться и доходит до своих определённых стадий развития. Россия как участник этого конфликта не является его инициатором, мы вообще периферийная страна.

По большому счёту, периферийная страна с точки зрения мирового развития капитализма, развития техники, производства и транспорта. Нас включают в этот конфликт. Нам он как государству не нужен. Нас вовлекли в конфликт, делая страной, ответственной за те или иные проблемы, за те или иные решения. И Вторая мировая тоже не наша была война, потому что Россию всё время втягивают в конфликты, к которым она вообще с точки зрения геополитической не имеет никакого отношения. И во Вторую мировую войну тоже не надо было ввязываться, по большому счёту. Может быть, мы найдём единственную ту самую реальную точку бифуркации, в которой началась Первая мировая война, и вот эта длинная линия, которая продолжается до сих пор, потому что иначе Первая мировая война, Вторая мировая война, значит, третья мировая война.

---

   Елена Съянова

Я думаю, что Первой мировой войны просто не могло не быть. Другое дело, в какой степени революционного хаоса страны начали бы войну. Если бы она началась позже на несколько лет, то уже сильно ослабленными революционным процессом странами и в выигрыше оказалась бы страна с наиболее такими обширными, с лучшими природными ресурсами, то есть Россия. И в таком длительном результате, Россия победила бы. И, возможно, тогда наша страна была бы, например, более ориентирована на Восток. То есть Восток мог быть более интересен в качестве торгового партнёрства, рынков. Возможно, был бы союз с США против Европы. Почему бы двум сильным странам не объединиться против этого ослабленного европейского хаоса. Другое дело, что тут встаёт вопрос ещё и о реформах внутри России. Вот, если бы сильные своевременные реформы были осуществлены, то Россия жила бы, наверное, не хуже, чем Соединённые Штаты.

После событий

90-ых я уже знаю, что народ на время, по крайней мере, продаётся за сытую жизнь, забывает про идеалы и иногда даже игнорирует некоторые принципы, за которые раньше держался. Правда, на время. И ведь ещё есть один момент. Всё-таки менталитет и исторический опыт в России не тот, что в Соединённых Штатах. И трудно сказать, какие процессы вызрели бы в недрах сытой и спокойной России, предположим, в 30-40-ых годах XX века. Вызрело бы то, что мы сейчас видим, не будь опыта 1917 года и советского строя? Опять же, вопросы, вопросы. Но вывод я для себя делаю такой, Россия без войны или с войной, начатой на несколько лет позже, безусловно, выиграла бы. Выиграла бы в плане экономики и просто уровня жизни. То есть, возможно, эта война в какой-то степени спасла Европу, но, в общем, погубила ту Россию, царскую Россию, безусловно. Вот к 60-70-ым годам, если бы не было Первой мировой войны, наверное, у нас в мире были бы две крупнейшие экономики — это Соединённые Штаты и Россия. И Европа сейчас нас интересовала бы гораздо меньше, чем Восток. Другое дело, что война обостряет обычно научно-технический прогресс. Неизвестно, в какие годы было бы создано ядерное оружие и в космос вышли. Вот, если бы не войны, конечно, всё это произошло бы гораздо позже.

Тем не менее, если говорить о сытой и спокойной жизни, то без Первой мировой войны Россия её получила бы на несколько десятилетий, как раз на середину XX века, вот эти самые тяжёлые, самые наши голодные и неспокойные 30-40-ые годы. Жили мы бы хорошо, спокойно и сыто. Но всё-таки менталитет россиян несколько иной, и мы от этой сытой спокойной жизни очень быстро бы устали.

Тэги: альтернативный, война, историк, история, любознательный, мировой, наука, первый, политика,геополитика, россия, социо-гуманитарные, ссылка
Комментарии | Постоянная ссылка

---

Ассанж сравнил Обаму с волком в овечьей шкуре

2012-11-08 03:15:10 (читать в оригинале)

сообщает AFP. «Обама кажется хорошим человеком, в этом и заключается проблема. Овца в шкуре волка лучше, чем волк в овечьей шкуре», — отметил он в беседе с агентством, подчеркнув, что ожидает новых атак на Wikileaks со стороны американских властей. По его словам, «вся активность со стороны США против Wikileaks началась при администрации Обамы».

Ассанж также призвал правительство США освободить военнослужащего Брэдли Мэннинга, который уже более двух лет находится в одиночном заключении в военной тюрьме по обвинению в передаче Wikileaks объемного пакета документов, связанных с деятельностью американской армии. «Переизбрание Барака Обамы совпадает с 899-м днем заключения Брэдли Мэннинга», — добавил программист.

Как отмечает агентство, участники Wikileaks написали заявление, в котором утверждают, что администрация Обамы создала «государство в государстве», которое «изобилует секретными законами, тайными бюджетами, тайными спасательными операциями, тайными убийствами, тайным массовым шпионажем и тайным взятием под стражу без каких-либо обвинений». «Еще четыре года в том же направлении недопустимы», — подчеркивает Wikileaks.

Wikileaks сотряс Вашингтон в 2010 году, когда на сайте появились публикации сотен тысяч секретных документах американских властей о ходе войн в Ираке и Афганистане, а также материалов переписок сотрудников американских дипломатических представительств по всему миру. В том же году Ассанж был арестован в Великобритании по запросу шведских властей, обвиняющих его в изнасиловании.

В феврале 2011 года Белмаршский магистратский суд Лондона принял решение об экстрадиции хакера в Швецию. Ассанж попытался оспорить решение в суде, но потерпел неудачу. Его защита считает, что дело имеет политическую подоплеку, а весь процесс затеян с целью экстрадиции его в США. Сейчас программист скрывается от правосудия в посольстве Эквадора в Лондоне.

В августе 2012 года Эквадор предоставил ему политическое убежище, однако британские власти заявили о намерении арестовать его за нарушение правил выхода под залог вне зависимости от решения властей латиноамериканской страны. Таким образом, сейчас Ассанж не может покинуть территорию посольства. Комментируя AFP ситуацию с убежищем, Ассанж заявил, что в последние недели «достичь формального прогресса пока не удалось», но отметил, что стратегия Wikileaks по решению этой проблемы «переходит из оборонительного характера в наступательный». На вопрос о том, что это означает, он ответил, что «это станет ясно в ближайшие месяцы».

Тэги: wikileaks, ассанж, барак, бедствие, демократия,свобода,права, джулиан, любознательный, новость, обама, политика(видео, правосудие,преступления,правонарушения, происшествие, сша, тексты)
Комментарии | Постоянная ссылка

---

За слабость нас бьют, за силу демонизируют. Русофобия – от Емели до Суворова

2012-11-08 01:58:23 (читать в оригинале)

stoletie.ru/print.php?ID=158994

 

Русофобия – от Емели до Суворова

---

Политическая карта мира состоит из соперников. И всякий раз, когда возникает необходимость кого-нибудь ущемить, возникает агитационный мотив насчёт «источника угрозы» или «больного общества». И тут мы не одиноки. Конкуренты бросают косые взгляды не только на Россию. Но когда мы представляем себя вечными изгоями – мы невольно впадаем в нытьё, в картинное самобичевание и… в ту же русофобию.

 

Русофобия никогда не была и не будет всеохватной: она – лишь одно из средств и продуктов политической пропаганды. В годы холодной войны самая могущественная «фабрика грёз» работала против «империи зла» - и Джеймс Бонд лихо утирал носы русским советским генералам с хрестоматийными фамилиями – Пушкин, Гоголь…

Каноны антироссийской пропаганды сложились давно – с тех времён, когда Европа, по словам классиков марксизма, сам султан Баязид, перед которым Европа трепетала, впервые услышали высокомерную речь «московита».

 

Усиливалась загадочная заснеженная страна.

 

Главное противоречие антирусского мифа бросается в глаза: северную империю считают варварской, жалкой, отсталой – и в то же время боятся русской экспансии.

 

Великие войны не обходятся без идеологической оснастки. Перед вторжением 1812 года в Париже выходит книга Шарля Лезюра «О возрастании русского могущества с самого его начала и до XIX столетия». Заказчик и вдохновитель (а то и соавтор) этого труда - сам Наполеон. В этой книге впервые увидели свет извлечения из так называемого «Завещания Петра Великого» - была такая лихая фальшивка, в которой первый русский император завещал потомкам подмять под себя Европу. Россия никогда не была империей вегетарианцев и непротивленцев. В лучшие годы империи наши политики добивались, чтобы «ни одна пушка в Европе без соизволения нашего выстрелить не могла». Действительно, после Петра Россия стала армейской державой, именно в военном искусстве ярче всего проявился русский гений в XVIII веке. Но к чему нагромождение фальсификаций?

Несколько раз в течение ста лет «Завещание» возмущало умы, с его помощью оправдывали любую экспансию против России, любое нарушение договорённостей с «осатанелыми агрессорами» – потомками Петра Великого. Подзабыли эту мистификацию только, когда ей на смену пришла концепция «советской угрозы»…

В программной для века Просвещения энциклопедии Дидро и Д`Аламбера статью о России де Жокур написал в снисходительном тоне. И, между прочим, заметил, что «русская церковь была столь малообразованной, что брат Петра Великого, царь Фёдор был первым, кто ввёл в ней церковное пение». Да, истоки пренебрежительного отношения к России – в католической спеси. Не католики – значит, чужаки.

Само слово «русофобия» вовсю звучало уже во времена Дениса Давыдова и Алексея Хомякова. Правда, в те времена его писали с двумя «с»: «руссофобия», но имели в виду не популярного в те времена Жан-Жака Руссо, а ненависть к России и ко всему русскому. Куда страшнее пропаганды Бонапарта внутренние перерожденцы. Те самые…

«За Красными воротами существовал отель-Левашев, предмет всеобщаго уважения, который не в шутку называли отель-Рамбулье. Общество его состояло из руссофобов, а еще гораздо более из руссофобок. Денис Давыдов, почти с ребячества вступивший на военное поприще в Петербурге, проведший большую часть жизни на биваках, под шатрами, и по обстоятельствам поселившийся в Москве, не мог равнодушно смотреть на это поганое гнездо», - рассказывает Ф.Ф. Вигель, прилежный мемуарист.

Это самая страшная русофобия – внутренняя: надменное, враждебное отношение к собственному Отечеству. Тут всех превзошёл Владимир Печерин:

Как сладостно отчизну ненавидеть

И жадно ждать ее уничтожения!

И в разрушении отчизны видеть

Всемирную десницу возрождения!

 

Эти строки написаны не для эпатажа, это – глубоко личное раздумье, не для публикации. Психология тут проста и сложна: агрессивное отторжение Родины возникает от изнеженного эгоцентризма. Они ведь не самобичеванием занимаются, когда бранят Россию – себя они с «этой страной» не отождествляют.

Высокомерие всегда направлено против «чужаков».

Сначала – презрение к ближнему, к плебсу, потом – рассуждения про «страшную русскую жизнь», от которой хочется спрятаться в иностранщину, как в кокон.

 

Болезнь вполне банальная – и снова не исключительно отечественная. Снобы и предатели попадаются всюду. И эпидемия этой болезни может поразить любое общество.

 

Одну такую вспышку приметил Ф.И. Тютчев: «Можно было бы дать анализ современного явления, приобретающего все более патологический характер. Это русофобия некоторых русских людей — кстати, весьма почитаемых…».

Тут не одна ненависть, но и желание принизить, окарикатурить. Повторю: не только в России цветёт надменность по отношению к родному народу, к его традициям… И во Франции, и в Англии, и в США в разные эпохи возникали прослойки, стремившиеся принизить всё отечественное, наплевать в душу своего народа. В каждой стране, увы, встречаются люди, которые свысока (и даже с ненавистью) относятся к своей матери… И, если «пятые колонны» возникают, значит, это кому-нибудь нужно. Тут можно было бы посмеяться вслед за Денисом Давыдовым:

Но назло врагам она (речь идёт о России – А.С.)

Все живет и дышит,

И могуча, и грозна,

И здоровьем пышет.

 

Насекомых болтовни

Внятием не тешит,

Да и место, где они,

Даже не почешет.

 

А когда во время сна

Моль иль таракашка

Заползет ей в нос,- она

Чхнет - и вон букашка!

 

Но не всё так просто. Снобистские проповеди – сильное искушение для многих умов, а, если доморощенные снобы запевают хором с пришлыми идеологами – жди беды.

Михайло Васильевич Ломоносов возмущался, что исследователи (как правило – немцы, но дело не только в происхождении!) из истории русского народа выпячивают позорные, постыдные факты и деликатно умалчивают обо всём, чем мы могли бы гордиться. С такими врагами Отечества наш просветитель готов был сражаться не только пером, но и кулаками…

 

«Миллер во всей речи ни одного случая не показал к славе российского народа, но только упомянул о том больше, что к бесславию служить может» - такого вердикта академической комиссии на сочинение заезжего историка добился первый русский академик. А разве нам такие мотивы не знакомы?

 

Чего только не придумают, чтобы русский человек разуверился в себе и плюнул на Отечество. Сто раз мне приходилось слушать такое рассуждение: нашенский человек способен только лежать на печи и мечтать о дармовом незаслуженном счастье, о «халяве». В доказательство приводят сказку о Емеле – вот, дескать, где закодирован русский характер! Или вспоминают Илью Муромца, лежавшего на печи тридцать лет и три года.

Значит, Емеля? Существует немало вариантов этой сказки. Подчас Емеля предстаёт трудолюбивым, но бедным крестьянином, подчас – плутоватым лентяем. Обаятельных и везучих плутов немало в любом фольклоре – скажем, в немецких сказках. При этом, конечно, никто не считает немцев ленивыми лежебоками.

Но как у Емельяна появился волшебный помощник – всемогущая щука? В награду за добросердечие: ведь Емеля поймал щуку руками в проруби (для этого, между прочим, нужна сноровка!) – и отпустил её, внял мольбе. Правда, в некоторых вариантах сказки Емеля, прежде чем отпустить щуку, кочевряжился и торговался. И всё-таки не за здорово живёшь получил он награду, а за добрый поступок.

А уж Илья Муромец и вовсе бескорыстно помог каликам перехожим. Пересилил недуг, встал, спустился в погреб, чтобы напоить, накормить Божьих людей. Нетрудно понять христианский смысл сказки и былины. Но многим из нас, увы, нелегко расставаться со щегольскими стереотипами…

Илью Муромца нечасто вспоминали в Европах – зато имя Суворова звучало повсюду, в особенности – после Измаила, после польской кампании 1794 года и в 1799-м – во время Итальянского и Швейцарского похода. Когда во французском «Обозрении военных событий» граф Рымникский в очередной раз увидел поклёп на русскую армию – он сначала пришёл в ярость, а потом изрёк:

 

«У этого наемника историка два зеркала: одно увеличительное для своих, а уменьшительное для нас. Но потомство разобьет вдребезги оба, а выставит свое, в котором мы не будем казаться пигмеями».

 

Будем в это верить! Но… В 1800 году в Париже и Амстердаме вышла книга, рассказавшая европейцам о России и русском герое: «Суворов был бы всего-навсего смешным шутом, если бы не показал себя самым воинственным варваром. Это чудовище, которое заключает в теле обезьяны душу собаки и живодера. Аттила, его соотечественник, и, вероятно, предок, не был ни столь удачлив, ни столь жесток… Ему присуща врожденная свирепость, занимающая место храбрости: он льет кровь по инстинкту, подобно тигру… Его деяния в Польше – это подвиги разбойника… Павел отставил его по восшествии на престол. Ропот солдат вынудил его потом снова призвать Суворова. Говорят, он намерен воспользоваться им как бичом для наказания французов…» Читаю эти строки и невольно вспоминаю пропагандистскую волну, охватившую Германию, Францию и Великобританию весной 2005 года, накануне 60-летия Победы. «Русские солдаты насиловали всех немок в возрасте от 8 до 80. Это была армия насильников», − кричали газетные заголовки.

Им вторит из недр истории доктор Геббельс: «В лице советских солдат мы имеем дело со степными подонками... В отдельных деревнях и городах бесчисленным изнасилованиям подверглись все женщины от 10 до 70 лет». Статистика кричит о бесчеловечном варварстве Наполеона и Гитлера, а профессиональные пропагандисты знай наигрывают песенку про кровавых казаков…

Увы, современная Европа легко поверит в любой навет на Россию: недруги Суворова мастерски подготовили почву…

 

Верно разглядел Иван Ильин: «Живя в дореволюционной России, никто из нас не учитывал, до какой степени общественное мнение Запада настроено против России и против Православной церкви: Западные народы боятся нашего числа, нашего пространства, нашего единства: нашего душевно-духовного уклада: и для самоуспокоения внушают себе, что русский народ варварский, тупой, привыкший к рабству, к бесправию и жестокости; что религиозность его состоит из суеверия и пустых обрядов». Шарль Франсуа Филибер Массон (1762—1807) – француз, вырос в Швейцарии, пригождался там, где платили. В Петербурге служил его старший брат. В 1886 году осчастливил своим приездом северную Пальмиру и сам месье Шарль. Преподавал математику, наконец, благодаря тайным связям, оказался учителем великих князей Александра и Константина, был принят при дворе Екатерины. В 1795-м стал секретарем будущего государя – великого князя Александра Павловича, женился на дочери барона Розена. Через год по приказу императора Павла обоих Массонов высылают из России – за шпионаж. После убийства Павла Петербург не возвратил Массона (из корыстных побуждений он бы, сверкая пятками, рванул в презираемую Россию, а фигу держал бы в кармане). Что ж, теперь не нужно было лицемерить, он смог излить свою искреннюю злобу на Россию, злобу европейского сверхчеловека. Красноречивый факт: после Тильзита Наполеон на время запрещает хождение книги Массона во Французской империи. Это был дружественный жест в сторону России. Памфлет Массона показал, как глубоко сидело во многих европейцах, служивших российскому престолу, презрение к России. Пропагандисты, писавшие о России, указывали: «Вот, вот страна, которую не жалко уничтожить!.. Вот народ, который не заслуживает доброго слова!..»

Это настроение было присуще и Наполеону, последовательно принижавшему значение Суворова (вопреки своим соратникам, французским генералам, которых Суворов разбил в 1799-м). Генерал Бонапарт, великий полководец и политик, построивший карьеру на крови и провокациях, вынес Суворову однозначный приговор: «Это варвар, обагренный кровью несчастных поляков». Нельзя требовать от Наполеона объективности. На острове Святой Елены поверженного императора обуревало вполне естественное честолюбие. Записки были для него своего рода реваншем, император же был особенно уязвлен провалом русского похода, поражением от «дикарей». Предполагалось (и не без оснований), что потомки составят по ним образ великого человека. Противники – русские, англичане, немцы на этих страницах выступают в роли кордебалета, оттеняя приму, солиста – Наполеона. Он не отличается от большинства военных мемуаристов тем, что постоянно преувеличивает численность войск и потерь противника, преуменьшая потери французов.

 

В новаторской системе Наполеона и Суворова было немало общего: тактика наступательной войны, основанная на генеральных сражениях, убежденность в том, что армия, а не территория противника, является главной целью наступления.

 

Многое роднит полководцев. Но император не хотел этого замечать, отдавая должное лишь боевому духу «северного Атиллы»: «Маршал Суворов имел душу великого полководца, но не имел головы такового. Он был одарен сильной волей, неутомимой активностью и бесстрашием, но не обладал ни гением, ни знанием военного искусства». Осознавая значение Суворова для российской армии, Наполеон стремится повергнуть святыню Российской империи, присоединяясь к наемным газетчикам своего времени…

Именем Суворова во Франции пугали малых детей, обыгрывая игру слов: Souwarou – loup-garou, Суворов – оборотень. Таким же «людоедом СуварУ» представляется Европе современный российский солдат. Позволю себе личное воспоминание. В день уничтожения генерала Дудаева я оказался в Испании, на международном форуме. Тогда в России многим казалось, что козыревская дипломатия уступок превратила нас хотя и в младших, но партнёров, союзников Запада. Ничего подобного!

 

Все испанские телеканалы скорбели по Дудаеву и порицали варварство Москвы. Без сомнений, без дискуссий – просто скорбели и порицали. И это – в стране, которая не прекращает борьбы с кровавым сепаратизмом.

 

Но… «Что позволено Юпитеру…». Кирилл Пигарев в книге «Солдат-полководец», отвечая недругам Суворова, привел другие примеры из военной истории суворовского века: «В 1705 году Петр I представил британскому, прусскому и голландскому послам в Москве двух солдат, бежавших из шведского плена: у обоих на руках и ногах были обрублены пальцы. По их показанию, это было сделано на глазах шведского короля. В предшествующем году шведы сожгли здание, в котором находилось до двухсот русских военнопленных… В 1706 году с исключительной жестокостью были умерщвлены все русские, взятые в плен при Фрауштадте: их клали один на другого по два и по три и кололи штыками, пиками, ножами… В Семилетнюю войну, в битве под Цорндорфом, Фридрих II приказал не щадить ни одного русского. Исполняя приказ короля, пруссаки сбрасывали в ямы раненых русских солдат и закапывали их вместе с живыми». Эти художества, как и зверства наполеоновцев и гитлеровцев, получили индульгенцию от публицистов-русофобов. Наветы на Суворова не отделить от идеологии 1812-го и 1941 года… Можно согласиться с историками А.К. Соловьевой и В.А. Золотаревым, связавшими антисуворовскую пропаганду с предтечами расизма: «Отметим, что выяснение отношения многочисленных иностранных авторов к Суворову и русскому народу особенно интересно в наше время. Черчилль придерживался «английской расовой теории», исследователи корней философии фашизма знают, что французский автор Гобино своей книгой «Essai sur l`inegalite des races humaines» (Paris, 1853) содействовал развитию расизма у себя на родине, но главным образом в Германии. Книга подтверждает мнение Петрушевского о том, что отношение иностранных авторов к Суворову формируется на фоне их общего отношения к русскому народу».

Всё так. И напрасно иные умы представляют национал-социализм неожиданной бурей, прошумевшей над Европой в течение трех десятилетий.

 

Изуверская идеология, конечно, не господствовала, но существовала веками – Гитлер и Муссолини просто вовремя раздули пламя, взяв на вооружение в том числе и русофобскую легенду о диком кровавом Суворове, о темном народе, который понимает только грубую силу...

 

Эту легенду будут еще не раз возрождать по политической необходимости. Легкий «тюнинг» – и старые идеи снова пригодны к употреблению. 

---

Арсений Замостьянов

07.11.2012 | 13:52

Специально для Столетия

Тэги: а.суворов, емеля, илья, история, любознательный, м.в.ломоносов, мировой, муромец, наполеон, первый, петр, политика,геополитика, россия, россия,ссср,русский, русофобия, ссылка, тютчев, ф.и., язык
Комментарии | Постоянная ссылка

---

Октябрьская революция:Мрачный хмель разгула

2012-11-07 20:50:19 (читать в оригинале)

Есть три проблемы Октябрьской революции: ее причины, роль немецких денег, а также масштаб и мотивы красного и белого террора

В этом году исполняется 95 лет со дня Великой Октябрьской социалистической революции, как еще двадцать лет назад называли это событие.

Как писал в своей книге «Десять дней, которые потрясли мир», изданной в 1919 году, видный американский журналист Джон Рид, «что бы ни думали иные о большевизме, неоспоримо, что русская революция есть одно из величайших событий в истории человечества, а возвышение большевиков — явление мирового значения».

А Александр Солженицын считал, что «Октябрьская революция — это миф, созданный победившим большевизмом и полностью усвоенный прогрессистами Запада <…> В Октябрьском перевороте не было ничего органичного для России — напротив, он перешиб ее хребет. Красный террор, развязанный его вождями, их готовность утопить Россию в крови — первое и ясное тому доказательство».

В современной России тоже до сих пор нет единого отношения к революции. И по сей день больше всего будоражат общественное мнение три проблемы: причины революции, роль в ней так называемых немецких денег, масштаб и мотивы красного и белого террора.

Мы решили обсудить их с заведующим кафедрой Новейшей истории России Санкт-Петербургского университета, автором нескольких монографий и учебников по Новейшей и экономической истории России Михаилом Ходяковым и доцентом этой же кафедры, автором нескольких работ по истории ЧК и красного террора Ильей Ратьковским.

Михаил Ходяков: Революция стала следствием всеобъемлющего глубочайшего кризиса, охватившего Россию. Покупательная способность рубля с 1914 года к февралю 1917-го упала до 26–27 копеек. А к октябрю — уже до 6–7 копеек. Возросла внешняя задолженность, зависимость от зарубежных кредиторов. Военные долги составили 7,25 миллиарда рублей. Из-за несоответствия системы управления транспортом военным задачам и неспособности правительства ее наладить наступил транспортный кризис, прежде всего железнодорожный. Вследствие транспортной разрухи и оккупации значительных территорий немцами была потеряна связь между регионами, и страна испытывала острую нехватку топлива и сырья.

Кризис затронул и армию. Пехотные полки потеряли по несколько комплектов рядового и офицерского состава — только в немногих потери убитыми и ранеными составляли 300 процентов, чаще — 400–500 процентов и более. К осени 1917 года кадровых офицеров, начавших службу до войны, в армии было лишь около четырех процентов, остальные 96 — офицеры военного времени. Расчеты снабжения армии, составленные военным ведомством, оказались занижены. В результате в первые два года войны армии не хватало винтовок, патронов, орудий, снарядов, средств связи и так далее. И наконец, кризис поразил российскую элиту. Причем настолько, что, как писал Троцкий, когда началась революция, «среди командного состава не нашлось никого, кто вступился бы за своего царя. Все торопились пересесть на корабль революции в твердом расчете найти там удобные каюты».

Заведующий кафедрой Новейшей истории России Санкт-Петербургского университета Михаил Ходяков

Фото: Александр Крупнов

— А какова была боеспособность армии в 1917 году?

М. Х.: Замечательный показатель боеспособности армии — создание женских батальонов смерти. Они ведь нужны для того, чтобы хоть как-то побудить солдат-мужчин взять оружие и продолжать воевать, может, устыдятся. Деникин в своих «Очерках русской смуты» пишет, что, когда летом 1917-го началось очередное наступление на фронте, на юго-западе, там, где годом ранее был Брусиловский прорыв, женщины встали и пошли в атаку, а мужчины — нет.

Военный министр Поливанов признавал: «На театре военных действий беспросветно. Отступление не прекращается <...> Деморализация, сдача в плен, дезертирство принимают грандиозные размеры <...> Сплошная картина разгрома и растерянности».

К 1916 году желания воевать уже не было. Хотя к этому времени в России стали производить пушек и другого вооружения больше, чем все союзники вместе взятые. А ведь начиналась война с шапкозакидательских, ура-патриотических настроений.

Но после поражений 1915 года все изменилось. Трагедия и царского, и Временного правительства в том, что они не смогли понять изменение настроений народа и армии и закончить войну. Если бы Временное правительство ощущало «пульс народа» и не стремилось довести войну до победного конца, то, вероятно, оно имело бы больше шансов справиться с теми многочисленными трудностями, которые стали неизбежным следствием крушения старого порядка. Временное правительство слишком долго собиралось начать радикальные реформы. «Нашелся ли бы на свете хоть один дурак, который пошел бы на революцию, — говорил позднее Ленин, — если бы действительно была начата социальная реформа?»

— Важную роль в разложении русской армии и тыла перед Февральской революцией сыграли обвинения в адрес императрицы и окружения ее и императора в предательстве и стремлении к сепаратному миру. Дело дошло до казни полковника Мясоедова и отставки военного министра Сухомлинова. Можно сказать, что тема немецкого влияния на события в России началась еще задолго до обвинений Ленина в получении немецких денег. Только вначале она коснулась двора и элиты. Насколько вообще были оправданны эти подозрения и обвинения?

М. Х.: Эти обвинения были частью антинемецких настроений, которые получили большое распространение в начале войны и быстро переросли в погромы — в Петрограде летом 1914-го, а в Москве в мае 1915 года. Власть на это реагировала вяло, пытаясь таким образом выпустить пар. Подыгрывая этим настроениям, царское правительство в годы Первой мировой депортировало немцев, в частности из того же Петрограда. А ведь мы привыкли связывать депортации с именем Сталина.

Антинемецкие настроения затронули многих известных деятелей. Деникин писал в своих «Очерках русской смуты» о редком гуле родной артиллерии, изменнически лишенной снарядов. То есть даже генералы считали, что снарядов не хватает из-за того, что немцы в России везде. Хотя проблема была в неподготовленности промышленности. Генерал Брусилов тоже считал, что внутренний немец не дает развернуться русскому человеку. Перед войной его назначили в Варшаву помощником командующего войсками, и он в доказательство своего утверждения перечисляет в своих воспоминаниях фамилии сослуживцев-офицеров — сплошные немцы.

Что касается немецких заговоров, я думаю, в классическом понимании этого слова их не было. Хотя известно, что немецкое руководство, используя династические связи, через посредников неоднократно обращалось к великим князьям, а также к императрице Александре Федоровне с предложениями сепаратного мира. Но, к чести Александры Федоровны, она отвергала все предложения.

Белогвардейский плакат времен Гражданской войны

— В известном смысле продолжением теории немецкого заговора стали нападки на Ленина, обвинявшегося в предательстве и в получении немецких денег. Начнем с пресловутого запломбированного вагона. Во-первых, это результат закулисного сговора Ленина и немцев — или содействия швейцарских социалистов российским? Во-вторых, почему Ленин не поехал, скажем, через Францию? И на каких условиях состоялся переезд?

М. Х.: Многие вещи я объясняю импульсивностью характера большевистского лидера. Я думаю, он просто выбрал самый быстрый и короткий путь. Ленина мало занимало чье-то мнение: что подумают кадеты, что подумает кто-то другой. Тем более что Временное правительство совсем не горело желанием помогать противникам войны вернуться в Россию. А Ленин стремился в Россию, он хотел как можно скорее принять участие в революции, остальное его не занимало. Хотя его сразу стали обвинять в связях с немцами, и еще при Временном правительстве была попытка устроить процесс над ним и другими большевиками по обвинению в измене, но это все лопнуло как мыльный пузырь.

Геннадий Леонтьевич Соболев, профессор нашей кафедры и автор нескольких работ, посвященных проблеме взаимоотношений большевиков с немцами, отмечал, что «не только Ленин и его сторонники вернулись из эмиграции таким образом: через Германию проехали три поезда с политическими эмигрантами. Эти группы, состоявшие в основном из социал-демократов, меньшевиков и социалистов-революционеров, вынуждены были воспользоваться маршрутом через Германию после того, как выяснилось, что другого пути в Россию действительно нет. Шестнадцатого апреля в петроградских газетах была напечатана подписанная Аксельродом, Мартовым, Рязановым, Луначарским, Натансоном телеграмма: “Констатируем абсолютную невозможность вернуться в Россию через Англию”. Наряду с Лениным и Зиновьевым таким же образом приехали и многие видные представители других политических партий и течений: Мартов, Мартынов, Рязанов, Кон, Натансон, Устинов, Балабанова и другие».

Лидер меньшевиков Мартов потом очень жалел, что не присоединился к Ленину, хотя именно он был автором идеи проезда через Германию. Мартов приехал через месяц или через два, и оказалось, что он свою партию упустил.

— Но главное обвинение, выдвигаемое против большевиков и лично против Ленина, — получение денег от немцев. Насколько, на ваш взгляд, обоснованны эти обвинения?

М. Х.: Основные источники обвинений в адрес большевиков — так называемые документы Сиссона, американского журналиста, заведующего редакцией «Демократического издательства» межсоюзнической комиссии пропаганды. В марте 1918 года эти документы ему продал за 25 тысяч долларов журналист Фердинанд Оссендовский. Как выяснилось впоследствии, документы Оссендовский сфабриковал. Как отмечает профессор Соболев, еще в 1919 году эти документы подвергались критике в Германии, где вышла специальная брошюра с предисловием одного из лидеров Социал-демократической партии Шейдемана, входившего тогда в состав германского правительства. В брошюре было доказано, что немецких военных учреждений, от имени которых якобы исходили опубликованные документы, никогда не существовало, их бланки и печати фальшивые, а фамилии офицеров, подписи которых стоят под документами, не значатся в немецких списках.

То, что документы Сиссона — это абсолютный подлог, еще более детально доказал в 1956 году Джордж Кеннан, американский дипломат, политолог и историк, много лет проработавший в Советском Союзе. В 1933 году Кеннан приехал в Москву в качестве переводчика Уильяма Буллита, первого посла США в Советском Союзе. В 1946 году он посылает из Москвы телеграмму, в которой доказывает невозможность сотрудничества США и СССР и призывает правительство Соединенных Штатов твердо выступить против советской экспансии в Восточной Европе. Затем в июле 1947 года в журнале «Международные отношения» он публикует эссе за подписью некоего «Х», в котором излагалась стратегия сдерживания Советского Союза, вскоре воплощенная американским правительством в жизнь. То есть это был абсолютный антисоветчик, и в этом смысле его свидетельство как историка может считаться непредвзятым. По утверждению Кеннана, документы отпечатаны на одной пишущей машинке, хотя созданы будто бы в разных местах и в разное время, там путаница со старым и новым стилем. Профессор Соболев уже в наше время дополнил список неточностей, противоречий и исторических неправдоподобий. Например, название «Петербургское охранное отделение» неправильное: во-первых, потому, что официально оно называлось «Отделение по охранению общественной безопасности и порядка в столице», а во-вторых, Петербург тогда уже давно был Петроградом. Печально, что у нас эти документы некоторые до сих пор принимают за чистую монету, публикуют, ссылаются на них.

Конечно, историческая истина требует прояснения вопроса о деньгах. Но не деньги были причиной октябрьских событий. Тот же Кеннан в статье, посвященной пятидесятилетию революции, писал, что «большевики победили в 1917 году благодаря своей сплоченности, дисциплинированности, строгой конспирации, умелому политическому руководству». Партия большевиков, полагал Кеннан, была «единственной политической силой, которая обладала смелостью, ловкостью, дисциплинарным принуждением, целеустремленностью».

Другое дело, что в тот момент сошлись интересы Германии и большевиков. Немцы рассчитывали, выведя Россию из войны, развязать себе руки на западном фронте, а большевики — развязать революцию во всей Европе, а для начала в России и Германии. И Ленин переиграл немцев. Немцы потерпели поражение, и в Германии произошла революция, в том числе благодаря помощи большевиков.

Доцент кафедры Новейшей истории России Санкт-Петербургского университета Илья Ратьковский

Фото: Александр Крупнов

— Поначалу революция протекала довольно мирно. Непосредственно после Октября каких-то масштабных столкновений не было. Но тем не менее к середине 1918 года началась Гражданская война, сопровождавшаяся всплесками чудовищной жестокости, в частности террором, который большевики объявили мерой по устрашению своих противников.

Илья Ратьковский: При рассмотрении репрессивной политики всех сторон Гражданской войны я не выделял бы красный террор как особое явление. Практика террора как социальное явление, характерное для всех участников конфликта, было вызвано состоянием общества. Социум был подготовлен к террору культурно, политически, исторически. И сквозь призму этого социума террор как общее социальное явление разлагается на красный, белый, зеленый, розовый (эсеровский), черный (против духовенства), желтый (антисемитский). Общество оказалось готово к террору.

— В чем состояла эта готовность и каковы ее причины?

М. Х.: После заключения Брестского мира, а на самом деле раньше, миллионы солдат вернулись домой. За три года ужасной войны у них была расшатана психика, они привыкли к жестокости и смерти. Человеческая жизнь для них ничего не стоила. Максимилиан Волошин писал, что война вдохнула в них «гнев, жадность, мрачный хмель разгула».

И. Р.: Что касается красного террора и всей политики репрессий вообще, то это было для красных важным, хотя не самым главным средством сплочения тыла и преодоления в нем анархии. Кроме того, угроза репрессий немало способствовала привлечению в Красную армию военспецов.

Часто террор был реакцией на требования, поступавшие в Москву из регионов. Первые расстрелы осуществлялись не по директивам из Москвы, это был террор местных советских органов. Например, известная директива Свердлова о расказачивании в 1919 году и вся политика в отношении казаков вообще в значительной мере была реакцией на требования, поступавшие с самого Дона. Дело в том, что на Дону было очень много так называемых иногородних — сельского, неказачьего населения. Их было даже больше, чем казаков. До революции иногородние в Области войска Донского были ограничены в правах. Пятьсот тысяч из них вообще были лишены права владеть здесь землей. И как только утвердилась советская власть, иногородние потребовали земельного передела в соответствии с Декретом о земле, чему казаки решительно сопротивлялись. Именно иногородние «низы» требовали расказачивания, и советские «верхи» были вынуждены выбирать, кого поддержать в этом конфликте — казачество или крестьянство. Похожий выбор перед советской властью встал и в Сибири, где тоже существовал конфликт крестьянства и казачества.

Официально красный террор был объявлен 5 сентября 1918 года, после убийства Урицкого и покушения на Ленина 30 августа того же года. Репрессии берет под свой контроль ВЧК, в практику террора вводится системность. В результате количество репрессированных большевиками по сравнению с неделей с 30 августа по 5 сентября даже уменьшилось. Другое дело, что теперь среди расстрелянных значительно меньше случайного элемента, тех же уголовников, и гораздо больше офицеров и представителей старого режима в самом широком классовом понимании.

К моменту объявления официального красного террора примеры массового и белого, и красного террора наблюдались на Юге России, а в Поволжье — чехословацкого. Так, 26 мая части Чехословацкого корпуса захватили Челябинск и расстреляли всех членов городского совета. А после захвата Пензы расстреляли 250 чехов-красногвардейцев.

— Каково, по-вашему, количество жертв красного террора? Разные источники называют от нескольких тысяч до нескольких миллионов человек.

И. Р.: Это крайности. Когда речь идет о нескольких тысячах, ссылаются на Лациса, он говорит о шести с лишним тысячах человек, а говоря о о полутора миллионах, ссылаются на Мельгунова. Мои подсчеты показывают, что число жертв красного и белого террора за весь период Гражданской войны с 1918-го по 1921 год соизмеримо и составляет с каждой стороны порядка 250–300 тысяч человек. Из них примерно 50 процентов — жертвы местного самоуправства и самосудов. Кроме того, 20–30 процентов — это уголовники, а также расстрелянные за должностные преступления. Конечно, сюда не включены жертвы военных действий, лишений и голода.

— Каким образом подсчитывается количество жертв террора?

И. Р.: Если речь идет о красном терроре, то по материалам чрезвычайных комиссий. Осенью 1918 года было расстреляно порядка восьми тысяч человек. А еще были расстрелы военные, самосудные. Число жертв белого террора определяют по материалам печати и документам органов власти Белого движения, отвечавших за террор. Историк Гимпельсон по архивным данным оценивает количество расстрелянных КОМУЧем (Комитет членов Учредительного собрания. — «Эксперт») только в Казани за один месяц в тысячу человек. А есть еще Самара, есть Липяги под Самарой, где белыми проводились массовые расстрелы пленных. Когда Краснов захватил Калач, там, по некоторым оценкам, было репрессировано около тысячи человек. А есть еще трагедия Александров-Гая, Майкопа, Славгорода с их сотнями погибших от рук противников советской власти.

В 1919 году основной террор развивался на Украине. Но это был украинский красный террор, результат действий Всеукраинской чрезвычайной комиссии, которую за ее деятельность дважды расформировывали. Там же, на Украине, были массовые самосуды, никак не связанные с Москвой. В конце весны и лета 1919 года жертвами Всеукраинской чрезвычайной комиссии стали порядка 20 тысяч человек.

Хотя здесь очень много мифологии. Мифом, например, является Дора Явлинская, которой приписывали ужасные зверства в одесской ЧК. Белые даже сняли о ней фильм. Но этот образ создан белой пропагандой. На самом деле Доры не существовало, как и негра Джонсона, якобы командовавшего отрядом китайцев в одесской ЧК, о котором тоже много писали.

Когда, скажем, пишут о полутора — двух с половиной тысячах жертв красного террора в Харькове, источником являются данные ОСВАГа (Освободительное агентство — информационно-пропагандистский орган Добровольческой армии. — «Эксперт»), но документально они не подтверждены. А между тем в течение своего кратковременного пребывания в Харькове белые расстреляли 1268 человек. Эта цифра получена петербургским историком, доктором исторических наук Полтораком — он установил пофамильные списки погибших по данным архивов.

В 1920 году выделяются расстрелы в Крыму. Сейчас установлены достаточно точные данные о количестве жертв по ялтинскому, симферопольскому и феодосийскому ЧК. Это три крупнейшие ЧК, и в целом получается меньше восьми тысяч расстрелянных. Но, очевидно, были расстрелы и в менее значимых пунктах. То есть окончательное количество жертв — 10–12 тысяч человек. Хотя тот же Мельгунов говорит о 150 тысячах, но это фантастика.

Наконец, основное количество репрессированных в 1921 году — это участники Кронштадтского восстания, порядка трех с половиной тысяч человек. И в других регионах примерно полторы тысячи.

— В чем различие красного и белого террора?

И. Р.: В отличие от Советов движение белых не было централизованным, что немало способствовало их поражению. Поэтому решения о репрессивной политике принимались каждым из руководителей самостоятельно. Скажем, у Колчака принципы карательной политики предусматривали заложничество, расстрел каждого десятого, уничтожение деревень в случае сопротивления. Но подписей Колчака под документами нет. Решение принимали должностные лица, которые отвечали за внутреннюю политику.

Может быть, белый террор, в отличие от красного, был более импульсивный: занимается город — проводится чистка, потом работает контрразведка, потом чистка перед отходом из города. Белый террор в основном был иррациональным, а красный — практическим. Белый террор скорее дезорганизует тыл, чем ему помогает. Скажем, вдруг арестовывают всех рабочих, потому что их боятся. Расстреливают не всех, но дезорганизация налицо.

— Вы сказали, что террор сыграл важную роль в привлечении военспецов в Красную армию, но известно, что было много и добровольцев. Насколько служба военных специалистов была добровольной, а насколько принудительной?

И. Р.: Есть несколько крайних точек зрения. Деникин в «Очерках русской смуты», выделяя среди офицеров оппортунистов и тех, кто проявил себя в 1917 году как сторонник демократизации армии, указал, что многие из них впоследствии приспособились к советскому режиму. При этом сами условия жизни в период Гражданской войны диктовали зачастую выбор в пользу РККА, которая гарантировала, правда, с некоторыми оговорками, безопасность, материальные блага в виде высоких окладов и спецпайков, возможность пребывания рядом с семьей, а также карьерный рост.

В определенной степени играл роль и другой фактор: РККА представлялась органом центральной власти; белые же формирования с их сложным территориальным статусом, противоречивыми отношениями с иностранными государствами и, в конечном счете, окраинным характером, культом первопроходцев представлялись менее удачным вариантом.

М. Х.: По подсчетам историков, к декабрю 1920 года из 131 тысячи человек командного состава РККА бывшие генералы и офицеры составляли 75 тысяч, или 56 процентов. Достаточно сказать, что в Красной армии служили 775 бывших генералов, среди которых были Бонч-Бруевич, Верховский, Зайончковский, Свечин, Парский, Клембовский, и 1726 штаб-офицеров, то есть полковников и подполковников: Карбышев, Шапошников, Егоров, Вацетис, Каменев и другие. Разумеется, далеко не все командовали армиями или фронтами — новая власть доверяла не всем и не сразу. Некоторые преподавали или занимались военной историей. Кого-то, как, например, генерала Брусилова, старались использовать, учитывая его необычайную популярность в различных слоях общества. Но полагаю, что большинство генералов и офицеров служили новому режиму не за страх, а на совесть.

Алина Еремеева:Чем американки отличаются от русских?

Очень надеюсь, что никто не будет оспаривать тот факт, что человек, независимо от своей национальной, расовой, религиозной, социальной, гендерной и прочей принадлежности, – это, прежде всего, человек! А это значит, что все мы очень похожи.

Но в этой статье речь пойдёт именно о различиях, ведь человек – это ещё и продукт той или иной культуры, а культурная среда, как ни крути, отличается. В некоторых случаях – разительно.

Я не социолог, не антрополог, не культуролог. Я просто много общаюсь с людьми разных национальностей, всю жизнь прожила в России, сейчас живу в Америке. Поделюсь своими впечатлениями с теми, кому это действительно интересно.

Начнём с того, что существуют большие различия между самими американками. Это зависит от социальной принадлежности, традиций семьи, воспитания, образования, и, конечно же, особенностей характера конкретной женщины. Нелепо впрягать в один образ «типичной американки» представительницу семейства Кеннеди, клана Кардяшианов, фермерской династии из Канзаса, семьи из трущобного райончика, не одно поколение сидящей на госдотации, семьи мексиканских нелегалов и т.д, и т.п.

Об американках, с которыми приходилось работать в серьёзных организациях, могу сказать, что американских бизнес-вумен объединяли такие общие черты, как исключительные деловые качества, железная логика, хватка, нацеленность на карьеру, подтянутость и некоторая холодноватость в общении. Однако при уместных обстоятельствах они могли и рок-н-ролл зажигательно выдать, и костюмчик на Хэллоуин отмочить такой, что все были просто в отпаде, по-другому не сказать.

С гламурными дивами не имела счастья общаться, наблюдаю лишь на экране TV да на страницах светской хроники, а потому придержу своё мнение при себе.

В обычной жизни сталкиваюсь с разными женщинами. И в массе своей американок отличает большая, по сравнению с русскими, уверенность в себе. Каждая самовыражается, как того её душа просит, и прекрасно себя при этом чувствует. Каждая рассчитывает на уважение со стороны социума вообще и со стороны мужчин и мужа в частности, а также на то, что забота о детях не станет лишь «её проблемой». На защиту со стороны государства тоже рассчитывает. И в большинстве случаев американские женщины всё это получают. Сполна. Хотя и семейное насилие, и матери-одиночки, и все прочие жизненные ситуации имеют место быть, но решать эти проблемы американским женщинам намного проще, чем российским.

Для американской женщины нормально жить своей жизнью. Редкая американка принесёт свою собственную жизнь в жертву мужу или будет до седых волос опекать великовозрастного ребёнка, или заступит на вахту бесплатной няни для внуков 24/7/360. И это, на мой взгляд, очень правильно. На пользу всем.

При этом большинство американок – заботливые, любящие матери и бабушки, прекрасные жёны и надёжные подруги жизни. Просто если кто-то вздумает американке объяснить что-то о «предназначении женщины» или о «роли самки человека в жизни мужчины-самца», она, вежливо улыбнувшись, скажет «Oh, well…» или, округлив глаза, гаркнет «f-ck you!» (зависит от указанных выше особенностей), и след её растает за горизонтом.

Американки, в массе своей, одеваются намного проще, чем русские женщины, и меньше пользуются декоративной косметикой. Мне нравится, когда люди одеты уместно, без выпендрёжа, и главный акцент делается на то, кто ты есть, а не на то, что на тебе надето и накрашено. Но я всё же предпочитаю ухоженность и женственность в имидже представительниц прекрасного пола. Я считаю, что седины свои лучше покрасить, а в глубокой старости носить стрижку, а не седую гриву «а-ля вечная молодость», жидкий хвостик или косицы. Мне нравится, когда одежда подбирается со вкусом и учётом особенностей фигуры. Американки этим частенько пренебрегают.

Прогуливаясь по нашему даунтауну, я вижу опрятных, милых, интеллигентных дам, но вот стоит отъехать чуть подальше или завернуть в тот же «Wаll-Mart», и картина меняется. Такие типажи на каждом шагу попадаются, что просто тушите свет! А когда после долгого перерыва я приезжаю в Россию, то там мне хочется «тушить свет» ничуть не реже, но уже по другой причине. Помню, как в феврале(!) в маршрутку то и дело неуклюже залезали дамы при декольте, в мини-юбках, колготках в сеточку, сапогах на каблуках заоблачной высоты и т.п. В Америке так одеваются только дамы вполне конкретной специализации и многие афроамериканки.

Вот, кстати, традиционно животрепещущая для россиян тема об афроамериканской специфике. Могу сказать, что я глубоко и искренне уважаю многих темнокожих дам. Умницы, таланты, интересные личности. Общаться с ними одно удовольствие! К сожалению, чаще заметны другие – ярко накрашенные, броско одетые, шумные, активно жующие и жестикулирующие. Кстати, вспомните российский типаж «торговки с рынка». (Да простят мне, что воспользовалась этим стереотипом, прекрасные во всех отношениях представительницы российской торговли, которых немало! Исключительно для пояснения мысли привела сравнение.)

Не берусь найти объяснение, могу лишь предполагать, в чём причины того, что, несмотря на все действующие в США социальные программы поддержки, так и не удаётся искоренить распространённый в среде афроамериканцев рабский менталитет иждивенчества, уверенности в том, что из-за того, что кто-то когда-то учинил страшную социальную несправедливость, общество теперь навечно в неоплатном долгу перед потомками пострадавших.

Вот такие у меня впечатления изнутри. В целом, мне легко и приятно общаться с американскими женщинами, и наши «национальные особенности» нам совсем не мешают. Хотя самая задушевная подруга у меня всё же русская. Просто потому, что она подруга ещё с юности, и мне не надо постоянно объяснять ей что-то о себе или, что намного труднее, о реалиях российского бытия и очень непростой истории России.

Автор статьи: Алина Еремеева