Эдуард_Волков Голосов: 2 Адрес блога: http://www.liveinternet.ru/users/2503040/ Добавлен:

Они победили уже в 1941-м

2014-02-02 17:34:24 (читать в оригинале)



– Коля занял позицию на холме прямо на колхозном поле. Пушка тонула в высокой ржи, зато ему хорошо видны были шоссе и мост через речушку Добрость, – рассказывает Наталья Морозова, директор Кричевского краеведческого музея.

Когда головной танк вышел на мост, Коля первым же выстрелом подбил его. Вторым снарядом он поджег бронетранспортер, замыкавший колонну.

Здесь надо остановиться. Потому что не совсем ясно до сих пор, почему Коля остался в поле один. Но версии есть. У него, видимо, как раз и была задача – создать на мосту «пробку», подбив головную машину гитлеровцев. Лейтенант же у моста корректировал огонь, а потом, видимо, вызвал на затор из немецких танков огонь другой нашей артиллерии, из-за реки. Достоверно известно, что лейтенанта ранили, и потом он ушел в сторону наших позиций. Есть предположение, что и Коля должен был отойти к своим, выполнив задачу. Но... у него было 60 снарядов. И он остался!

Два немецких танка попытались стащить головной танк с моста, но тоже были подбиты. Бронированная машина попыталась преодолеть речку Добрость не по мосту, но увязла в болотистом береге, где и ее нашел очередной снаряд. Коля стрелял и стрелял, вышибая танк за танком...

Танки Гудериана уперлись в Колю Сиротинина, как в Брестскую крепость. Уже горели 11 танков и 6 бронетранспортеров! Не меньше половины из них сжег один Сиротинин (какие-то достала и артиллерия из-за реки).

Почти два часа этого странного боя немцы не могли понять, где окопалась русская батарея. А когда вышли на Колину позицию, у того осталось всего 3 снаряда. Предлагали сдаться. Коля ответил пальбой по ним из карабина и погиб в перестрелке.

Офицер 4-й танковой дивизии Хенфельд записал тогда в дневнике: «17 июля 1941 года, Сокольничи, близ Кричева. Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости... Оберст (полковник) перед могилой говорил, что если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, то завоевали бы весь мир. Три раза стреляли залпами из винтовок. Все-таки он – русский, нужно ли такое преклонение?»

Немцы также поручили местным жителям написать родным солдата, как он погиб, и что они должны им гордиться. Но сегодня в селе Сокольничи могилы, в которой немцы похоронили Колю, нет. Через три года после войны останки Коли перенесли в братскую могилу, поле распахали и засеяли. И лишь в 1960 году сотрудники Центрального архива Советской армии разведали все подробности подвига. Николай Сиротинин посмертно был награжден орденом Отечественной войны I степени. Памятник герою тоже поставили, но нескладный, с фальшивой пушкой и просто где-то в стороне.



Сестра Николая рассказала «Комсомольской правде», что кричевцы хлопотали, чтобы представить Колю к званию Героя Советского Союза. Только напрасно: для оформления документов обязательно была нужна его фотография, хоть какая-то. А фотокарточек нет: единственная пропала в эвакуации. Так что и спустя полвека павший герой официального геройского звания получить не может.

***

А за несколько дней от того последнего боя Николая Сиротина, только гораздо южнее, в направлении на Киев со стороны Житомира шли танковые колонны 1-й танковой группы Эвальда фон Клейста. Ее стремительный рывок оборвался 11 июля у села Капитоновка на реке Ирпень. Там немецкие танки и мотопехота наткнулись на бетонные доты Киевского укрепленного района.

Так началась оборона Киева, продолжавшаяся 71 день – и героическая, и трагическая страница Великой Отечественной войны… Но сейчас речь – не об этой эпопее, а о несравненном, но подзабытом подвиге павших защитников дотов.



Защитники громадного, с пятью казематами, вытянутыми вдоль холма, углубленного на 10 м дота № 205 под командованием лейтенанта Василия Ветрова стояли на пути наступающих немцев вплоть до середины августа! Командующий укрепрайоном разрешил бойцам отступить – они не воспользовались разрешением. Ветров заявил от имени всех своих солдат: «Клятву свою – дот врагу не сдавать – мы выполним». Ни беспрерывные обстрелы врага, ни подступавший голод не сломили героев. Только при общем наступлении наших частей на этом участке ветровцы покинули истерзанную крепость…

Дот на окраине Виты-Почтовой оказался в глубоком тылу гитлеровцев, но его гарнизон и не подумал выкинуть белый флаг. Тогда немцы замуровали все входы. Бойцы оборонялись не неделю, как было предусмотрено конструкторами дота, не месяц, а… до конца 1941 года! Пока последний его защитник не выпустил из рук пулемета, умерев от голода… К сожалению, даже не сохранилось имен его героических защитников.

До последних дней обороны Киева, т. е. до конца сентября, сражался дот к северу от села Лютеж. Он умолк лишь тогда, когда фашисты сумели впустить под землю ядовитый дым.



Наверное, лучше, чем официальные реляции или брошюры пропагандистов ГлавПУРа, говорят о мужестве советских бойцов отзывы наших врагов.

Из письма на родину немецкого солдата: «Дорогая Ингрид! Несколько дней мы штурмуем укрепления этих безумцев… Их сооружения, кажется, невозможно уничтожить. Стреляем… почти беспрерывно, но они вновь и вновь оживают, принося нам огромный вред… Из всего пережитого я понял, что начатая война – не прогулка по Европе; в ней мы увязнем по самые уши».

А вот пишет уже немецкий офицер: «Вот уже несколько дней выбиваем из казематов этих фанатиков. Их сопротивление достойно наивысшей похвалы, ведь они остаются в подземельях, даже если мы их подрываем. Пока что я не видел ни одного пленного, хотя очень хочется лично взять кого-нибудь… Мне очень не хватает таких солдат. Буду пытаться сделать все, чтобы уничтожить противника, но, видит Бог, он достоин того, чтобы перед ним преклонялись или хотя бы ценили».

***



Совершенно невероятная история произошла в первые дни войны на Северо-Западном направлении. Речь идет о широко известном в узких кругах исследователе «истории рассейняйского танка». Поскольку ее попытался рекламировать небезызвестный Суворов (Резун) как доказательство «агрессивных планов Сталина», ее либо игнорируют, либо опровергают.

Резун действительно написал ахинею. Буквально следующее: «В июне 1941 г. в Литве, в районе города Рассейняя, один советский KB в течение суток сдерживал наступление 4-й германской танковой группы. Танковая группа – это четверть всех германских танковых войск. Один советский танк – против германской танковой армии. Неизвестный старший сержант – против генерал-полковника Гепнера. Но удивляться тут нечему: старший сержант – из той армии, которая готовилась к войне, у старшего сержанта – один тяжелый KB, а германский генерал-полковник готовился к легким победам, к опереточной войне. У германского генерал-полковника тяжелых танков нет».

Резуна энергично начинает разоблачать весьма уважаемый нами историк Алексей Исаев. «Танковая группа наступала не по одной дороге, на которой притаился KB, а по нескольким параллельным, на достаточно широком фронте. И если какая-то ее часть могла быть задержана на сутки одним KB, блокировавшем дорогу к мосту через реку Дубисса, то остальные танковые дивизии продвигались по соседним дорогам в глубь СССР, даже не подозревая о существовании этого самого KB под Рассейняем», – вполне резонно объясняет Исаев. Далее, перебирая полки, корпуса и дивизии, названия литовских поселков и местечек, он столь же подробно объясняет, что, в частности, одна немецкая дивизия (6-я танковая) действительно была весьма неумело контратакована нашим 3-м мехкорпусом. Мехкорпус был разбит – в основном благодаря грамотному применению немцами артиллерии, реактивных минометов «Небельпфельфер» и авиации. Начальник автобронетанкового управления Северо-Западного фронта полковник Полубояров 11 июля 1941 года докладывал: «3-й механизированный корпус (Куркин) погиб весь (собственно, большую часть техники наши взорвали сами, т. к. было множество поломок и кончилось горючее. – КМ.RU). Выведено пока и уже собрано до 400 человек остатков, вышедших из окружения, из состава 2-й танковой дивизии (Солянкин)».

Но один КВ этой дивизии (а не вся 2-я танковая, как резонно сетует Исаев) сумел выполнить обходной маневр и вклиниться в боевые порядки вражеской дивизии. Он перекрыл дорогу, связывающие ее тылы, и боевые порядки: камфгруппы «Раусс» и «Зекедорф».

Поясним, что камфгруппа – это временная организационная структура, которые образовывали немцы в своих дивизиях, включающая в себя танки, мотопехоту, артиллерию, саперов. Как правило, танковые дивизии разделялись на две, реже на три боевые группы. Часто в состав боевых групп включались средства усиления корпусного звена.

Исходя из вышесказанного, Исаев доказывает, в общем-то, очевидное: «4-я танковая группа – это паровой каток шириной в несколько десятков километров. Ни один танк, как бы хорош он ни был, просто физически не мог остановить многотысячную армию, наступающую на широком фронте. Слова об остановленной танковой группе могут быть расценены только как свидетельство некомпетентности автора такого высказывания в оперативных вопросах».

Но речь сейчас – не о тактических или оперативных вопросах, а о героизме группы людей, идущих на верную смерть во имя защиты своего Отечества. И во имя Победы, которой они точно никогда не увидят.

О подвиге советских танкистов под Рассейняем больше всего написали не наши доморощенные пропагандисты, а Эрхард Раус, тогда полковник и командир камфгруппы. Почти всю войну он провел на Восточном фронте, пройдя Москву, Сталинград и Курск, и закончил ее в должности командующего 3-й танковой армией и в звании генерал-полковника. Из 427 страниц его мемуаров, непосредственно описывающих боевые действия, 12 посвящены этому двухдневному бою с единственным русским танком.

Вот отрывок: «Единственная дорога, ведущая к нашему плацдарму, заблокирована сверхтяжелым танком КВ-1. Русский танк вдобавок сумел уничтожить телефонные провода, связывающие нас со штабом дивизии. Хотя намерения противника оставались неясными, мы начали опасаться атаки с тыла. Я немедленно приказал 3-й батарее лейтенанта Венгенрота из 41-го батальона истребителей танков занять позицию в тылу. Чтобы укрепить нашу противотанковую оборону, мне пришлось развернуть на 180 градусов находившуюся рядом батарею 150-мм гаубиц. 3-я рота лейтенанта Гебхардта из 57-го саперного танкового батальона получила приказ заминировать дорогу и ее окрестности. Приданные нам танки (половина 65-го танкового батальона майора Шенка) были расположены в лесу. Они получили приказ быть готовыми к контратаке, как только это потребуется.

Время шло, но вражеский танк, заблокировавший дорогу, не двигался, хотя время от времени стрелял в сторону Рассейняя. В полдень 24 июня вернулись разведчики, которых я отправил уточнить обстановку. Они сообщили, что кроме этого танка не обнаружили ни войск, ни техники, которые могли бы атаковать нас. Офицер, командовавший этим подразделением, сделал логичный вывод, что это – одиночный танк из отряда, атаковавшего боевую группу «фон Зекендорф».

Хотя опасность атаки развеялась, следовало принять меры, чтобы поскорее уничтожить эту опасную помеху или, по крайней мере, отогнать русский танк подальше. Своим огнем он уже поджег 12 грузовиков со снабжением, которые шли к нам из Рассейняя… Все попытки обойти этот танк оказались безуспешными. Машины либо вязли в грязи, либо сталкивались с разрозненными русскими подразделениями, все еще блуждающими по лесу.

Поэтому я приказал батарее лейтенанта Венгенрота. недавно получившей 50-мм противотанковые пушки, пробраться сквозь лес, подойти к танку на дистанцию эффективной стрельбы и уничтожить его. Командир батареи и его отважные солдаты с радостью приняли это опасное задание и взялись за работу с полной уверенностью, что она не затянется слишком надолго… Неожиданно кто-то предположил, что танк поврежден и брошен экипажем, т. к. он стоял на дороге совершенно неподвижно, представляя собой идеальную мишень. (Можно представить себе разочарование наших товарищей, которые, обливаясь потом, несколько часов тащили пушки на огневые позиции, если бы так оно и было.) Внезапно грохнул выстрел первой из наших противотанковых пушек, мигнула вспышка, и серебристая трасса уперлась прямо в танк. Расстояние не превышало 600 м. Мелькнул клубок огня, раздался отрывистый треск. Прямое попадание! Затем последовали второе и третье попадания.

Офицеры и солдаты радостно закричали, словно зрители на веселом спектакле: «Попали! Браво! С танком покончено!» Танк никак не реагировал, пока наши пушки не добились 8 попаданий. Затем его башня развернулась, аккуратно нащупала цель и начала методично уничтожать наши орудия одиночными выстрелами 50-мм орудия. Две наших 50-мм пушки были разнесены на куски, остальные две были серьезно повреждены. Личный состав потерял несколько человек убитыми и ранеными. Лейтенант Венгенрот отвел уцелевших назад, чтобы избежать напрасных потерь. Только после наступления ночи он сумел вытащить пушки. Русский танк по-прежнему наглухо блокировал дорогу».

Далее Раус, как о крупной стратегической операции, рассказывал, что он только ни предпринимал, чтобы покончить с русским танком. Он даже ухитрился отобрать у своего коллеги Зекендорфа, ведущего бои за плацдарм, необходимые ему зенитные 88-мм орудия. Он несколько раз высылал группы саперов-диверсантов. Он даже танковую атаку предпринял – только чтобы отвлечь внимание русских и выкатить зенитки на прямую наводку.



И только после нескольких прямых попаданий разворотив его броню, пишет далее Раус, «наши «давиды» вскарабкались на поверженного «голиафа» в напрасной попытке открыть башенный люк. Несмотря на все усилия, его крышка не поддавалась. Внезапно ствол орудия начал двигаться, и наши солдаты в ужасе бросились прочь. Только один из саперов сохранил самообладание и быстро сунул ручную гранату в пробоину, сделанную снарядом в нижней части башни. Прогремел глухой взрыв, и крышка люка отлетела в сторону. Внутри танка лежали тела отважного экипажа, которые до этого получили лишь ранения. Глубоко потрясенные этим героизмом, мы похоронили их со всеми воинскими почестями».

Четверо танкистов, имена которых мы не знаем до сих пор, двое суток воевали пусть не с танковой группой, но чуть ли не с половиной немецкой танковой дивизии. На их счету за сутки боя – 12 грузовиков, 4 противотанковые пушки, 1 зенитное орудие, несколько поврежденных танков, а также несколько десятков убитых и умерших от ран немцев. Это – сам по себе выдающийся результат, учитывая тот факт, что до 1944–1945 гг. в подавляющем большинстве даже победных боев наши потери оказывались выше немецких.

Но это – только прямые потери немцев. Косвенные – потери группы Зекендорфа, которая, отражая советский удар, не могла получить помощь от группы Рауса. Соответственно, по той же причине потери нашей 2-й танковой дивизии были меньше, чем в случае, если бы Раус поддержал Зекендорфа.

Однако, пожалуй, важнее прямых и косвенных потерь людей и техники стала потеря немцами времени. Вермахт 22 июня 1941 года имел на всем Восточном фронте всего 17 танковых дивизий, в т. ч. в 4-й танковой группе – 4 танковые дивизии. Одну из них и держал в одиночку КВ. Один день промедления одной дивизии – очень много в условиях, когда немецкие танковые группы наступали в высоком темпе, разрывая оборону РККА и устраивая ей множество «котлов».



Из-за таких-то «казусов», как непредвиденный танк на дороге, одиночное орудие с единственным 19-летним солдатом, или одинокий дот, где последний пулеметчик предпочитает сдаче голодную смерть, весь стройный механизм плана «Барбаросса» полетел к черту. Простые и безымянные солдаты так начинали готовить победу над самой на то время сильной армией мира.

Как написал Константин Симонов в «Живых и мертвых», «полной цены своих дел еще не знали тысячи других людей, в тысячах других мест сражавшихся насмерть с незапланированным немцами упорством.

Они не знали и не могли знать, что генералы еще победоносно наступавшей на Москву, Ленинград и Киев германской армии через 15 лет назовут этот июль 41-го года месяцем обманутых ожиданий, успехов, не ставших победой.

Они не могли предвидеть этих будущих горьких признаний врага, но почти каждый из них тогда, в июле, приложил руку к тому, чтобы все это именно так и случилось».

Добавить к этому нечего.

via / с

Тэги: 905, алексей, биология,психология,социология, борис, брестская, васильев, великая, вов,вмв, война, доты, исаев, историк, история, киевский, константин, крепость, мировая, науки,историогрфия, николай, отечественная, политика(видео, россия,ссср,русский, сержант, симонов, сиротинин, социо-гуманитарные, ссср, ссылка, старший, тексты), укрепрайон, человек,его, язык
Комментарии | Постоянная ссылка

---

7 самых сомнительных сделок в истории России

2014-02-01 22:44:54 (читать в оригинале)

russian7.ru/2014/01/7-torgo...a-rossijs/

Э.В.: Непонятно, почему 1-ая сделка считается сомнительной, на самом деле она была очень даже выгодной для СССР, познакомиться с новинками военной техники потенциального врага...

10 января 1941 года Советский Союз  заключил договор с Германией о поставках зерна режиму Гитлера. На тот момент это был крупнейший контракт в СССР и одним из самых спорных. Вспоминаем самые сомнительные сделки в российской истории.

1

Зерно для Гитлера

Согласно контракту, СССР обязывался поставлять Германии не только кормовое зерно, но и пшеницу. В 1940 году в СССР был собран хороший урожай пшеницы. Германия же должна была экспортировать в Советский Союз образцы военной техники и промышленное оборудование. Правда, по условиям договора, хлеб должен пойти в Германию с 11 февраля, а немецкая техника только с 11 мая 1941 года. Последний эшелон с советским зерном перешел границу за 1 час 15 минут до нападения Германии.

2

Продажа Аляски

Еще в XVIII веке Аляска безраздельно принадлежала Российской империи. Однако владеть удаленной и неприспособленной территорией, коей оказались северные земли, стало обременительно. «Продать – самый верный способ!» Долго не думали… Подписание договора состоялось 30 марта 1867 года в Вашингтоне. Многие наши граждане сокрушаются относительно продажи колонии. Дескать, это было одной из крупнейших ошибок в истории государства российского: за «золотой кладезь» запросили «всего-то» 7,2 миллионов долларов. Впоследствии на Аляске было найдено золото, началась знаменитая золотая лихорадка и добытые ископаемые превысили стоимость покупки многократно. Это, конечно, досадно, но главный провал сделки все же в другом: «вырученные» от продажи деньги так и не попали в Россию. 7 миллионов долларов было переведено в Лондон банковским переводом, а уже из Лондона в Петербург морским путем повезли купленные на эту сумму золотые слитки. Но случилась беда — барк Orkney, на борту которого был драгоценный груз, 16 июля 1868 года затонул на подходе к Петербургу. Было ли в нем на тот момент золото, или оно вообще не покидало пределов Англии, неизвестно. Страховая компания, застраховавшая судно и груз, объявила себя банкротом, и ущерб был возмещен лишь частично.

3

Продажа Русской Калифорнии

Русская колония в Калифорнии, Форт-Росс, была основана участниками Российско-Американской компании в 1812 году. Русская колония возглавлялась губернатором, который получал жильё и зарплату. Француз Августин И. Духот-Силли писал в 1828 году, что 60 русских, 80 кодяков с Аляски и около 80 местных индейцев «жили дружно». Главным направлением хозяйства этой территории был промысел котиков. Правда, количество котика стало стремительно уменьшаться, и была сделана ставка на выращивание зерна и разведение скота – продовольствие для Аляски и прибывающих кораблей. Это не увенчалось особым успехом: в силу природных условий было трудно вырастить хороший урожай. Единственное, что удалось сделать блестяще, так это вырастить огромный фруктовый сад недалеко от форта с яблонями, грушами, персиковыми деревьями и виноградником – сад жив до сих пор и некоторым деревьям около 200 лет. Виноградник стал плацдармом для разведения винограда по всей Калифорнии и сегодня виноград Калифорнии считается одним из лучших.

Постепенно в Русско-Американской компании приходили к выводу о необходимости продажи колонии: количество котика постоянно уменьшалось, сельское хозяйство не было таким продуктивным, как в России, мексиканцы постоянно теснили русских и требовали признания их республики, с чем Николай I, ярый приверженец абсолютной монархии, не мог согласиться. В 1839 году царь одобрил план компании о ликвидации колонии. Но никто не хотел покупать колонию – надеялись, что русские сами уйдут. Только в 1841 году Форт-Росс был продан гражданину Мексики швейцарского происхождения Джону Саттеру за 43 тысячи рублей серебром. В счёт оплаты Саттер поставлял на Аляску пшеницу, но так и недоплатил почти 38 тысяч рублей. Таким образом Русская Калифорния была продана всего за 5 тысяч рублей.

31 декабря 1841 года русская колония перестала существовать, а договор продажи оставался тайным (по приказу царя) до 1857 года.

4

Бриллианты от пролетариата

В начале 1920-ых годов правительство большевиков запустила программу реализации так называемых «романовских» драгоценностей, которая буквально взорвала  мировой ювелирный рынок. В начале большевики планировали заложить ценности в европейских и американских банках, однако потом было принято решение о продаже. Практически большинство сокровищ ушло за бесценок – во-первых, не было такого количество экспертов, чтобы в рекордно сжатые сроки грамотно провести оценочную ревизию, а, во-вторых, и сами большевики особенно не зацикливались на подлинной рыночной цене. Часть драгоценностей вообще было продано на вес. Например, коллекционер Норманн Вайс купил вещи из Алмазного фонда оптом: 10 килограммов «бриллиантового лома» обошлись ему всего в 50 тысяч фунтов стерлингов.

5

Английская монополия

В 1555 году царь Иоанн IV выдал английской компании Muskovy Company грамоту на беспошленную торговлю оптом и в розницу в пределах Российского государство. По соглашению, английские торговцы не подлежали российской юрисдикции, а спорные вопросы решались исключительно царем.  Английские торговцы подорвали развитие внутренней экономики, поскольку фактически регулировали цены. В результате уже через несколько лет англичане установили контроль за большинством солеварен в России. Кроме того, английская компания не давала пробиться на перспективный российский рынок другим европейским державам. Фактически от деятельности Muskovy Company выигрывал только царь, который получал «личный процент» с вывоза британцами из России воска, пеньки и соли. Монополия продержалась почти сто лет и была ликвидирована только Алексеем Михайловичем.

6

Советская помощь странам третьего мира

Начиная с послевоенного времени, Советский Союз в качестве стратегии избрал помощь странам, которые либо выбрали социалистический путь развития, либо не находились под контролем США. СССР помогал оружием, сырьем, технологиями и продовольствием и живыми деньгами. В большинстве же случаев это было настоящим выбросом денег. Так, незадолго до смерти Советского Союза, общий долг всех развивающихся стран СССР составлял 45 531,8 млн. инвалютных рублей. Курс инвалютного рубля (условной денежной единицей) приравнивался примерно 60-70 копейкам за доллар. На подобную «помощь» СССР мог построить коммунизм на 1/6 части суши.

7

Урановый контракт

В феврале 1993 году руководство нашей страны решило, что разгромить железный занавес недостаточно и продало своему оппоненту по холодной войне ядерные боеголовки. Россия и США подписали соглашение о продаже 500 тонн урана, извлеченного из российских ядерных боеголовок. Выполнение соглашения было рассчитано на длительный период (более 10 лет), а общая сумма контракта оценивалась в 12 миллиардов долларов. Оружейный уран имеет степень обогащения более 90%, но для США он поставлялся в разбавленном виде (обедненным или естественным ураном), так что концентрация составляла около 4%.

Передаваемый уран был предназначен лишь для использования в качестве топлива для атомных электростанций. Однако «оружейное происхождение» урана, то есть использованного ранее в ядерных боезарядах, являлось принципиальным условием сделки. Видимо хитрые Смиты решили обезоружить Иванов рублем. «Урановый контракт» стал дискуссионной темой в российском обществе. Кто-то протестовал против коррупционной тактики заморского соседа, а кто-то считал, что цена сделки была занижена.

Тэги: заметки, история, мировая, неангажир., политика(видео, политолога, россии, россия, россия,ссср,русский, сделки, ссср, ссылка, тексты), язык
Комментарии | Постоянная ссылка

---

Ложные идолы Запада. Часть I. Уинстон Черчилль, расист и палач народов

2014-02-01 22:26:19 (читать в оригинале)

http://www.odnako.org/

Была ли «обезглавлена» Красная Армия?

Э.В.: Нет, она, наоборот, окрепла после того, как была проведена чистка заговорщиков и связанных с ними офицеров...

Здравствуйте коллеги! Читая дисскуссии в очередной раз убедился в том что масштабы армейских репрессий 37-38г.г. многие склонны преувеличивать. Я уже как то размещал данную информацию на одном из сайтов проекта. Но решил что будет не лишним вспомнить эту тему еще раз...

Одной из причин неудач советских Вооружённых сил в начале Великой Отечественной войны принято считать репрессии, которым подвергся их командный состав в 1937-1938 гг. Как и многие другие, этот тезис был впервые введён в арсенал антисталинской пропаганды в известном докладе Хрущёва «О культе личности»:

«Весьма тяжкие последствия, особенно для начального периода войны, имело также то обстоятельство, что на протяжении 1937-1941 годов, в результате подозрительности Сталина, по клеветническим обвинениям истреблены были многочисленные кадры армейских командиров и политработников. На протяжении этих лет репрессировано было несколько слоёв командных кадров, начиная буквально от роты и батальона и до высших армейских центров, в том числе почти полностью были уничтожены те командные кадры, которые получили какой-то опыт ведения войны в Испании и на Дальнем Востоке» [105].

Не будем сейчас касаться вопроса об обоснованности армейской «чистки». Разумеется, согласно незыблемому постулату обличителей «сталинского произвола» никакого военного заговора в Красной Армии не могло быть в принципе, а все без исключения осуждённые и расстрелянные стали «невинными жертвами незаконных репрессий». Однако серьёзный разговор на эту тему возможен лишь после того, как станут доступными материалы следственных дел репрессированных военачальников. Пока же они остаются засекреченными, оценить обоснованность обвинений мы не можем, а верить на слово предателям, вроде главного «реабилитатора» Александра Яковлева, вряд ли стоит.

Отмечу лишь вот какой момент. Обличители сталинизма уверяют, будто все обвинения против участников военного заговора строились якобы исключительно на выбитых пытками личных признаниях, при отсутствии каких-либо вещественных доказательств. Во-первых, а откуда, собственно говоря, это известно? А главное, какого рода доказательств ждут господа «реабилитаторы»? Или они полагают, что заговорщики должны вести протоколы своих собраний, а шпионы -- составлять регулярные отчёты о своей шпионской деятельности? Вспомним, например, известный эпизод русской истории -- заговор против императора Павла I, который заведомо имел место и, более того, увенчался успехом. При этом вся «документация» свелась к листочку бумаги со списком заговорщиков, который организатор заговора петербургский военный губернатор граф Пален носил в своём кармане и, можно не сомневаться, в случае провала сумел бы уничтожить.

Воистину прав римский император Домициан, сказавший: «Правителям живётся хуже всего: когда они обнаруживают заговоры, им не верят, покуда их не убьют» [106].

Миф об «обезглавленной Красной Армии» состоит из двух базовых утверждений:

1) в ходе репрессий был пущен «в расход» едва ли не весь офицерский корпус, в результате чего армия к 1941 году осталась без опытных командиров,

2) Тухачевский, Уборевич, Якир и другие «невинные жертвы» были гениальными полководцами, устранение которых явилось невосполнимой утратой.

В этом порядке их и рассмотрим.

Сколько офицеров было репрессировано?

Рассуждающие о масштабах «чистки», постигшей Красную Армию, чаще всего говорят о 40 тысячах репрессированных офицеров [107]. Эта цифра была введена в широкий оборот заслуженным политработником генерал-полковником Д.А.Волкогоновым: «По имеющимся данным, с мая 1937 года по сентябрь 1938 года, т.е. в течение полутора лет, в армии подверглись репрессиям 36 761 человек, а на флоте -- более 3 тысяч» [108]. Следует отметить, что Дмитрий Антонович тут же делает важную оговорку: «Часть из них была, правда, лишь уволена из РККА» [109]. Как видим, в число «репрессированных» включены не только расстрелянные или хотя бы арестованные, но и лица, просто уволенные из армии.

Впрочем, названная Волкогоновым цифра стала всего лишь отправной точкой для полёта фантазии разоблачителей «сталинских преступлений». Так, в статье Н.Г.Павленко репрессированные офицеры превращаются в «военачальников»: «Далее в справке указывается, что только в армии с мая 1937 года по сентябрь 1938 года было репрессировано 36 761 военачальник» [110]. Разумеется, теоретически младшего лейтенанта тоже можно причислить к военачальникам. Однако если это делает не безграмотный журналист, а доктор исторических наук, бывший главный редактор «Военно-исторического журнала» да к тому же генерал-лейтенант в отставке, впору подумать о сознательной фальсификации.

Л.А.Киршнер называет слегка бо  льшую цифру, при этом почему-то полагая, будто репрессиям подверглось свыше половины офицеров:«Считается, что в предвоенный период репрессировано 44 тыс. человек командного состава, свыше половины офицерского корпуса» [111].

Бывший главный идеолог ЦК КПСС А.Н.Яковлев ведёт речь уже о 70 тысячах, причём утверждает, что все они были уничтожены: «Более 70 тысяч командиров Красной Армии были уничтожены Сталиным ещё до войны» [112].

Ещё бо  льшую цифру приводят в своих умозрительных выкладках профессиональные обличители «антиармейского террора» В.Н.Рапопорт и Ю.А.Геллер: «Поэтому мы вынуждены считать, что убыль кадрового состава за два года чистки составила приблизительно 100 тыс. человек» [113].

Наконец, В.С.Коваль уверяет нас, будто был уничтожен весь советский офицерский корпус: «Без войны в застенках и лагерях НКВД погиб почти весь великолепный офицерский корпус -- становой хребет Красной Армии» [114]. То же самое, только другими словами, утверждают в своей книге Д.Е.Мельников и Л.Б.Чёрная: «От рук палачей погиб и весь средний командный состав» [115]. Впрочем, вполне возможно, что последние двое авторов просто не знают, что к среднему комсоставу относились офицеры в званиях от младшего лейтенанта до капитана.

Итак, подобно храповому колесу, которое может крутиться лишь в одну сторону, «статистика» репрессий в антисталинских публикациях меняется только в сторону увеличения.

Что же было на самом деле? Обратимся к архивным документам. Выясняется, что убыль офицерского состава с 1 января по 1 ноября 1937 года выражалась следующими цифрами [116]:

С учётом центрального аппарата Наркомата обороны, военно-учебных заведений, тыловых учреждений, разведорганов, а также командного состава, находящегося в резерве, всего за первые 10 месяцев 1937 года из РККА были уволены 13 811 лиц командно-начальствующего состава, из них арестованы 3776 человек [117].

Следующий документ даёт картину армейской чистки за более широкий период времени [118]:

Справка

За последние пять лет (с 1934 г. по 25 октября 1939 г.) из кадров РККА ежегодно увольнялось следующее количество начсостава:

В 1934 г. уволены 6596 чел., или 5,9% к списочной численности, из них:

а) за пьянство и моральное разложение -- 1513

б) по болезни, инвалидности, за смертью и пр. -- 4604

в) как арестованные и осуждённые -- 479

Всего -- 6596

В 1935 г. уволены 8560 чел., или 7,2% к списочной численности, из них:

а) по политико-моральным причинам, служебному несоответствию, по желанию и пр. -- 6719

б) по болезни и за смертью -- 1492

в) как осуждённые -- 349

Всего -- 8560

В 1936 г. уволены 4918 чел., или 3,9% к списочной численности, из них:

а) за пьянство и политико-моральное несоответствие -- 1942

б) по болезни, инвалидности и за смертью -- 1937

в) по политическим мотивам (исключение из партии) -- 782

г) как арестованные и осуждённые -- 257

Всего -- 4918

В 1937 г. уволены 18 658 чел., или 13,6% к списочной численности, из них:

а) по политическим мотивам (исключение из партии, связь с врагами народа) -- 11 104

б) арестованных -- 4474

в) за пьянство и моральное разложение -- 1139

г) по болезни, инвалидности, за смертью -- 1941

Всего -- 18 658

В 1938 г. уволены 16 362 чел., или 11,3% к списочной численности, из них:

а) по политическим мотивам -- исключённые из ВКП(б), которые согласно директиве ЦК ВКП(б) подлежали увольнению из РККА и за связь с заговорщиками, -- 3580

б) иностранцы (латыши -- 717, поляки -- 1099, немцы -- 620, эстонцы -- 312, корейцы, литовцы и др.), уроженцы заграницы и связанные с ней, которые уволены согласно директиве народного комиссара обороны от 24.6.1938 за №200/ш, -- 4138

в) арестованных -- 5032

г) за пьянство, растраты, хищения, моральное разложение -- 2671

д) по болезни, инвалидности, за смертью -- 941

Всего -- 16 362

В 1939 г. на 25.10 уволен 1691 чел., или 0,6% к списочной численности, из них:

а) по политическим мотивам (исключение из партии, связь с заговорщиками) -- 277

б) арестованных -- 67

в) за пьянство и моральное разложение -- 197

г) по болезни, инвалидности -- 725

д) исключено за смертью -- 425

Общее число уволенных за 6 лет составляет -- 56 785 чел.

Всего уволены в 1937 и 1938 гг. -- 35 020 чел., из этого числа:

а) естественная убыль (умершие, уволенные по болезни, инвалидности, пьяницы и др.) составляют -- 6692, или 19,1% к числу уволенных;

б) арестованные -- 9506, или 27,2% к числу уволенных;

в) уволенные по политическим мотивам (исключенные из ВКП(б) -- по директиве ЦК ВКП(б) -- 14 684, или 41,9% к числу уволенных;

г) иностранцы, уволенные по директиве народного комиссара обороны, -- 4138 чел., или 11,8% к числу уволенных.

Таким образом, в 1938 году были уволены по директиве ЦК ВКП(б) и народного комиссара обороны 7718 чел., или 41% к числу уволенных в 1938 году.

Наряду с очисткой армии от враждебных элементов часть начсостава была уволена и по необоснованным причинам. После восстановления в партии и установления неосновательности увольнения возвращены в РККА 6650 чел., главным образом капитаны, старшие лейтенанты, лейтенанты и им равные, составляющие 62% этого числа.

На место уволенных пришло в армию проверенных кадров из запаса 8154 чел., из одногодичников -- 2572 чел., из политсостава запаса -- 4000 чел., что покрывает число уволенных.

Увольнение по 1939 году идёт за счёт естественной убыли и очистки армии от пьяниц, которых народный комиссар обороны своим приказом от 28 декабря 1938 года требует беспощадно изгонять из Красной Армии.

Таким образом, за два года (1937 и 1938) армия серьёзно очистилась от политически враждебных элементов, пьяниц и иностранцев, не внушающих политического доверия.

В итоге мы имеем гораздо более крепкое политико-моральное состояние. Подъём дисциплины, быстрое выдвижение кадров, повышение в военных званиях, а также увеличение окладов содержания подняли заинтересованность и уверенность кадров и [обусловили] высокий политический подъём в РККА, показанный на деле в исторических победах в районе озера Хасан и р. Халхин-Гол, за отличие в которых Правительство наградило званием Героя Советского Союза 96 человек и орденами и медалями 23 728 человек.

Начальник 6 отдела полковник (Ширяев)

20 октября 1939 г.

Как мы могли заметить, часть уволенных командных кадров вскоре была восстановлена в армии. Более полную картину армейской чистки даёт документ, подписанный начальником Управления по командному и начальствующему составу РККА Е.А.Щаденко [119]:

Справка

о количестве уволенного командно-начальствующего и политического состава за 1935-1939 гг. (без ВВС)

В 1935 г. уволено 6198 чел., или 4,9%. Из них политсостава -- 987 чел.

В 1936 г. уволено 5677 чел., или 4,2%. Из них политсостава -- 759 чел.

В 1937 г. уволено 18 658 чел., или 13,1%. Из них политсостава -- 2194 чел.

Из общего числа уволенных:

В 1938 г. уволено 16 362 чел., или 9,2%. Из них политсостава -- 3282 чел.

Из общего числа уволенных:

В 1939 г. уволено 1878 чел., или 0,7% к списочной численности. Из них политсостава -- 477 чел.

Из общего числа уволенных:

Таким образом:

1. В 1937 г. по политическим мотивам (арестованные, исключённые из ВКП(б) за связь с заговорщиками) составляют -- 15 578 чел., или 85% к общему числу уволенных в 1937 г.

2. В 1938 г. по тем же мотивам -- 8612 чел., или 52% к общему числу уволенных в 1938 г., т.е. почти в два раза меньше против 1937 г.

Если сравнить общее количество уволенных за два года 1936-1937 гг., составляющее 24 335 чел., с количеством уволенных за 1938-1939 гг. 18 240 чел., то получается, что за первые два года (1936-1937 гг.) уволено 8,6% к списочной численности, за 1938-1939 гг. -- 3,9% к списочной численности.

В общем числе уволенных как за 1936-1937 гг., так и за 1938-1939 гг. было большое количество арестовано и уволено несправедливо. Поэтому много поступало жалоб в Наркомат обороны, в ЦК ВКП(б) и на имя т. Сталина. Мною в августе 1938 г. была создана специальная комиссия для разбора жалоб уволенных командиров, которая тщательно проверяла материалы уволенных путём личного вызова их, выезда на места работников Управления, запросов парторганизаций, отдельных коммунистов и командиров, знающих уволенных, через органы НКВД и т.д.

Комиссией было рассмотрено около 30 тысяч жалоб, ходатайств и заявлений. В результате восстановлено:

Кроме того:

а) изменена статья увольнения 2416 чел.

б) отказано в восстановлении 1889 чел.

Таким образом, фактическая убыль из армии командно-начальствующего и политического состава составляет:

1. За 1936-37 гг. -- 19 674 чел., или 6,9% к списочной численности (в том числе 2827 чел. политсостава).

2. За 1938-39 гг. -- 11 723 чел., или 2,3% к списочной численности (в том числе 3515 чел. политсостава), т.е. почти в три раза меньше против 1936-37 гг.

В результате проделанной большой работы армия в значительной мере очистилась от шпионов, диверсантов, заговорщиков, не внушающих политического доверия иностранцев, от пьяниц и тунеядцев, а несправедливо уволенные возвращены в армию.

«  » апреля 1940 г.

Е. Щаденко

Таким образом, в 1937-1938 гг. из Красной Армии действительно было уволено меньше 40 тыс. офицеров. Однако далеко не всех из них можно считать жертвами репрессий. Из приказа наркома обороны К.Е.Ворошилова №0219 от 28 декабря 1938 года о борьбе с пьянством в РККА:

«Вот несколько примеров тягчайших преступлений, совершённых в пьяном виде людьми, по недоразумению одетыми в военную форму. 15 октября во Владивостоке четыре лейтенанта, напившиеся до потери человеческого облика, устроили в ресторане дебош, открыли стрельбу и ранили двух граждан. 18 сентября два лейтенанта железнодорожного полка при тех же примерно обстоятельствах в ресторане, передравшись между собой, застрелились. Политрук одной из частей 3 сд, пьяница и буян, обманным путём собрал у младших командиров 425 руб., украл часы и револьвер и дезертировал из части, а спустя несколько дней изнасиловал и убил 13-летнюю девочку» [120].

Упомянутые в приказе Ворошилова персонажи, как правило, автоматически причисляются к жертвам «антиармейского террора». Если же исключить из рассмотрения подобных «героев», а также умерших, уволенных по болезни и т.п., то масштабы чистки оказываются гораздо более скромными: в 1937-1939 гг. были арестованы 9579 человек начсостава (из них 1457 восстановлены в 1938-1939 гг.) и уволены по политическим мотивам 19 106 (из них 9247 восстановлены в 1938-1939 гг.). Таким образом, общее число офицеров, репрессированных в 1937-1939 гг. (без ВВС и флота), составляет 8122  арестованных (среди которых далеко не все были расстреляны) и9859  уволенных из армии.

О том, что далеко не все уволенные из Красной Армии офицеры были расстреляны, красноречиво свидетельствует и количество рассмотренных комиссией Щаденко жалоб, ходатайств и заявлений -- около 30 тысяч. Чтобы иметь возможность подать жалобу, надо оставаться в числе живых.

Репрессии и численность офицеров

Как соотносится количество вычищенных из Красной Армии с общей численностью комсостава? Действительно ли в результате чистки был утрачен весь советский офицерский корпус или хотя бы его половина?

В приведённых выше двух справках постоянно указывается процент, который составляют уволенные из армии от списочной численности командно-начальствующего состава, причём процент этот достаточно скромен.

Откуда же взялась нехватка командных кадров перед войной, на которую так любят ссылаться обличители Сталина? Дело в том, что в это время по вполне понятным причинам численность Красной Армии резко увеличивалась. При этом создавались десятки тысяч новых офицерских должностей, которые необходимо было заполнить. Так, если в выступлении на февральско-мартовском (1937 года) Пленуме ЦК ВКП(б) К.Е.Ворошилов сообщил, что «армия располагает по штату 206 тысячами человек начальствующего состава» [121], то к 15 июня 1941 года общая численность командного и начальствующего состава (без политсостава, ВВС, ВМФ и НКВД) составляла по списку 439 143  человека, или 85,2% к штату [122].

Чтобы проиллюстрировать, какими темпами происходил рост советских Вооружённых сил и как заполнялись вакантные офицерские должности, приведём ещё один документ [123]:

СПРАВКА

об увольнении из РККА и укомплектовании комначсоставом

I. УВОЛЬНЕНИЕ (без морских сил)

1. Уволено из РККА за 1937 г. по 09.08.38 г.

комначсостава             20 643 13 198

из них арестовано         5 811 4 761

II. УКОМПЛЕКТОВАНИЕ

1. Некомплект комначсостава на 1.1.1938 составлял -- 39 100

2. Потребность по оргмероприятиям 1938 г. -- 33 900

Итого: -- 73 000

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ПОТРЕБНОСТЬ В КАДРАХ:

1. Выделяется для подготовки лётнабов -- 2 600

2. На формирование округов и военкоматов -- 5 000

3. На укомплектование должностей помощников -- 15 000

4. На расширение военно-учебных заведений -- 16 700

5. На замещение должностей увольняемых в 1938 г. -- 25 700

6. На организацию дивизионных школ -- 3 416

7. На покрытие потребности по оргмероприятиям 1939 г. -- 25 000

8. На замещение убыли, ожидаемой в 1939 г. -- 25 000

9. На усиление Краснознамённого Дальневосточного фронта -- 7 000

Итого: -- 125 416

Общая потребность в комначсоставе в 1938-39 гг. составляет -- 198 416 чел.

Эта потребность в кадрах будет покрыта:

а) по 1938 году:

1. Из военных училищ выпущено -- 8 278 чел.

2. Подготовлено из младшего комначсостава -- 9 751 чел.

3. Дополнительно готовится из младшего комначсостава

с июня 1938 г. -- 17 000 чел.

с августа 1938 г. -- 60 000 чел.

4. Намечено призвать из запаса -- 30 000 чел.

5. Намечено задержать в армии одногодичников и двухгодичников -- 5 000 чел.

Итого по 1938 г. -- 130 000 чел.

б) по 1939 году (за 1-е полугодие)

1. Выпустить досрочно из военных училищ -- 13 000 чел.

2. Подготовить из младшего комначсостава -- 60 000 чел.

Итого: -- 73 000 чел.

Все эти мероприятия дают накопление кадров в 1938 г. и в первом полугодии 1939 г. -- 203 000 чел., коими полностью покрывается некомплект комначсостава РККА.

III. УКОМПЛЕКТОВАНИЕ ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО КРАСНОЗНАМЁННОГО ФРОНТА

1. Некомплект по ДКФ составляет 6 500 чел.

2. На покрытие этого некомплекта Военсовет ДКФ просил выделить 3 000 чел.

3. Выделяется на покрытие некомплекта ДКФ 6 500, или 100% потребности. Текущая убыль по ДКФ (увольнение, аресты и др.) будет покрываться незамедлительно.

«» августа 1938 г.

Е.Щаденко

«Гениальные полководцы»

Таким образом, в количественном отношении влияние репрессий на командный и начальствующий состав РККА оказывается весьма незначительным, а образовавшийся некомплект был вызван резким увеличением численности армии. Но, может быть, имело место ухудшение качественного состава офицерского корпуса? По мнению того же Волкогонова:

«Следствием кровавой чистки явилось резкое снижение интеллектуального потенциала в армии и на флоте. К началу 1941 года лишь 7,1% командно-начальствующего состава имели высшее военное образование, 55,9% -- среднее, 24,6% -- ускоренное образование (курсы) и 12,4% командиров и политработников не имели военного образования» [124].

То, что в результате репрессий произошло снижение уровня подготовки командных кадров, -- одна из незыблемых аксиом обличителей сталинизма. Тем не менее, если от кликушества перейти к фактам, картина оказывается совсем другой:

«Репрессии не наложили да и не могли наложить из-за незначительности их масштабов по сравнению с общей массой офицерского корпуса видимого отпечатка на образовательный уровень. Некоторое падение доли офицеров, имеющих среднее военное образование в 1938-1939 гг. объясняется не репрессиями, а значительным притоком в армию офицеров из запаса, из сверхсрочников и особенно офицеров, окончивших курсы младших лейтенантов. В то же время в предвоенные годы наблюдается устойчивая тенденция к увеличению процента офицеров, имеющих академическое образование. В 1941 году этот процент был наивысшим за весь межвоенный период и равнялся 7,1%. До репрессий, в 1936 году эта цифра составляла 6,6. Проведённые расчёты показывают, что в период репрессий наблюдался устойчивый рост количества начсостава, имеющего среднее и высшее военное образование. Так, академическое образование в 1936 году имело 13 тыс. лиц начсостава, в 1939 году -- после фактического окончания репрессий -- 23 тыс., в 1941 году -- 28 тыс. офицеров. Военное образование в объёме военной школы имело соответственно 125, 156 и 206 тыс. военнослужащих» [125].

Из публикации в публикацию кочует история о 225 безграмотных командирах полков, запущенная в оборот небезызвестным В.А.Анфиловым: «Последняя проверка, проведённая инспектором пехоты, -- говорил в декабре сорокового года на совещании начальник управления боевой подготовки генерал-лейтенант В.Курдюмов, -- показала, что из 225 командиров полков, привлечённых на сбор, только 25 человек оказались окончившими военные училища, остальные 200 человек -- это люди, окончившие курсы младших лейтенантов и пришедшие из запаса» [126].

Однако если посмотреть стенограмму состоявшегося 23-31 декабря 1940 года совещания высшего командного и политического состава Красной Армии, то выясняется, что дважды выступивший на нём генерал-лейтенант В.Н.Курдюмов ничего подобного не говорил [127]. Если же взять официальные данные Главного управления кадров Красной Армии, то оказывается, что по состоянию на 1 января 1941 года из 1833 командиров полков 14% окончили военные академии, 60% -- военные училища и лишь 26% имели ускоренное военное образование [128].

А как быть с высшим комсоставом? Обличители сталинского произвола не устают публиковать длиннющие мартирологи с перечнями репрессированных комдивов, комкоров, командармов. Однако и здесь нас ожидают весьма интересные открытия:

«Больше всего от репрессий пострадал советский генералитет. Как отразились репрессии на образовательном уровне высшего командного состава? Как ни парадоксально, но объективно его уровень вырос. В первой половине 30-х гг. доля лиц этой категории, имеющих высшее военное образование, колебалась от 30 до 40%. Перед началом репрессий 29% имело академическое образование, в 1938 году их было уже 38%, а в 1941 году 52% военачальников имело высшее военное образование.

Может быть, это случайность или фальсификация? Нет. Знакомство автора с архивными документами, отчётными данными кадровых органов по арестованным и назначенным вместо них военачальникам свидетельствует о росте академического образования по всем основным должностным группам. Например, в пик репрессий, с 1 мая 1937 года по 15 апреля 1938 года, из 3 арестованных заместителей наркома обороны ни один не имел академического образования, 2 из назначенных его имели. Из командующих войсками округов: