Э.В.: Настоятельно рекомендую  всем моим ПЧ прочитать эту статью...

- Наталия Алексеевна, как вы оцениваете последние политические события: митинги, протесты, акции?

- Русский философ Астафьев отмечал, что одно из самых печальных и тяжелых состояний нации, когда она, не имея идеалов и положительных целей, не может четко сформулировать, чего она хочет, но точно знает, чего больше не хочет, в чем разочарована.

Такой исторический момент мы наблюдаем сегодня. И это состояние массового агрессивного пессимизма, на мой взгляд, совершенно необоснованного, что очень опасно; кстати, им могут воспользоваться самые разные наши недоброжелатели.

Отношение к митингам и протестам — вопрос сложный. Всем нам не очень нравилось, как осуществлялось «партийное строительство» последних лет. И не только у тех, кто вышел на Болотную, складывалось ощущение некоего фарса. В течение последнего года «Единая Россия» делала вид, что она не замечает с каким скепсисом, иронией, относятся люди к сращиванию, по типу КПСС, местных партийных структур с административными. Ощущение усталости в обществе надо было давно заметить и внести коррективы, но уверена, что фальсификации, хотя, может быть, и имели место, были отнюдь не столь масштабны, как нас начал убеждать в этом еще до выборов Интернет!

Я в политике с самого начала 90-х годов. У меня есть, с чем сравнивать! Выходила на митинги, не стеснялась выступать с грузовика на Манеже против разрушения государства, хотя не испытывала никакого сожаления по поводу отставки коммунизма и марксизма, о чем прямо и говорила. Мы выступали перед американским посольством, когда бомбили Югославию, и в 1994 г., и в 1999-м. Мы выдержали клеймение ярлыком «красно-коричневые», только потому, что не отождествляли надоевший нам коммунизм и обкомы с тысячелетней державой. Вот именно в те времена и были самые бесстыдные фальсификации и глумление над оппозицией.

В 1993 году после расстрела парламента, закрыли все оппозиционные газеты и некоторые телепрограммы. «Русский дом» был закрыт, хотя он, выходя раз в неделю, даже не успел отреагировать на расстрел. «Независимая газета» вышла с белыми полосами вместо статей и репортажей, запрещенных «демократической» цензурой. Поменяли Конституцию и устроили выборы, не допустив ни одного оппозиционного блока, только Жириновского.

В ночь выборов всю страну готовили к «триумфу» гайдаровских реформаторов и организовали ТВ-шоу – «Встречу нового политического года» с накрытыми столами, вроде «новогоднего огонька». Собрали всех кумиров и идеологов постперестройки, которые готовились поднять бокалы. И вот начали поступать данные: за гайдаровское «Правое дело» — слезы, а за Жириновского чуть ли не 20 процентов, и как только, приближаясь к Уралу, данные не особенно изменились, тут почему-то и монитор «сломался»! Этот фарс не забыть…

А венцом чудовищных переписываний стал 1996 год – когда коробки из-под ксерокса с миллионами долларов неучтенного нала выносили из Белого дома. Немцов тогда что-то не возмущался, а еще как соучаствовал! В Москве же в 1996 году просто заново заполняли бюллетени (мне рассказывал очевидец, бывший сотрудник одной префектуры, как им к утру позвонили и потребовали увеличить на 10 процентов голоса за Ельцина, а у них уже все было подрисовано и подписано, так пришлось все вручную подменивать и «рисовать» все протоколы заново!!!).

Ельцин, как известно, получил тогда «всенародную» поддержку. Запад рукоплескал демократии, все идейные гуру либерализма в России тоже были весьма довольны.

Вообще, причина массового раздражения не в фальсификациях, которые куда меньше, чем в 90-е, и вообще не в выборах!

В чем же, спросите вы? В том, что в обществе сформировалась смесь социальной апатии и пессимизма с агрессивным раздражением. Для меня причина очевидна – она не в ЕР вовсе, хотя пропаганда вроде «Пришла зима, придет и лето, спасибо партии за это» не могла не вызвать сарказм и раздражение, и как этого не понимали политтехнологи! Главная причина массового нигилизма — итог сугубо рационалистической концепции развития общества, которое духовно и нравственно оскудело до опасного предела.

Повсеместно упадок нравов, опошление культуры, поведения. А ведь это не просто огрубение нации – это процесс, который размывает основополагающие моральные, этические нравственные нормы, составляющие основу социальной ткани, в которой личность осознает себя как часть поступательного движения своего Отечества.

Традиционные ценности объявлены необязательными, о них поколение «модернизаторов» вообще никогда не вспоминает! Ибо они-де не дают ответ на вызовы современности, история родной страны – предмет постоянного глумления, людям внушают не гордость, а стыд за свою страну, нигде в мире мне с этим не приходилось сталкиваться. Что же удивляться, что и успешные, и неуспешные перестают отождествлять себя с Россией и готовы покинуть ее… Не может быть смысла жизни в достижении успеха, если он измеряется чисто материальными критериями, а не способностью пройти испытания, не потеряв честь, любовь, не украв, не слукавив. А все это еще и на фоне немыслимого для демократии имущественного расслоения, позорного для XXI века.

Но вот что оказалось: достижение материального благополучия и «успеха» никому не приносит удовлетворения. Напротив, именно у многих из тех, кто обрел существенные материальные блага, растет раздражение, недовольство окружающим миром, властью, самим собой, обществом.

Реальное состояние государства совершенно этому не соответствует – мы медленно, неудовлетворительно, но движемся вперед по всем почти аспектам (в 90-е мы скользили вниз), но общество заражено иррациональным массовым маниакально-агрессивным обличительством.

С одной стороны нарастает социальный пессимизм, разочарование в демократических институтах. С другой стороны под влиянием как лево-коммунистической, так и западнической нигилистической пропаганды нарастают крайне радикальные настроения — вновь «сокрушить все до основанья». В этой группе парадоксально оказались вместе как воинствующие либералы-западники, открыто презирающие всю нашу историю, для них это варварская «рашка», так и ностальгирующие чуть ли не по сталинским временам. Но их объединяет лишь жажда ниспровергать. Поэтому я с грустью наблюдала митинги декабря…

Какими бы искренними побуждениями ни руководствовались пришедшие туда люди, дивиденды от их протеста однозначно в нынешней ситуации получат лишь «новодворские», «немцовы» и «мировая закулиса», для которой кость в горле – это начатый нами в новом веке самостоятельный путь.

Я не сторонник теории мирового заговора, все государства начинают шататься от внутреннего напряжения, но окружение всегда подталкивает, чтобы государство упало в нужную им сторону. Нельзя этого в очередной раз допустить! Им нужна Россия, встроенная в их исторический проект, а нам нужна Россия наша, отвечающая нашим чаяниям.

Трудно отвечать на эту дилемму, ибо все мы хотим честных выборов, но поверьте дело не в выборах, а в нас самих. Я позволю себе думать, что выражаю скорее думы тех, кто стоял к Поясу Богородицы, а не на Болотной… Нас было в десять раз больше, чем «Болота»… У нас есть претензии к власти и политикам, но они все же иные и более глубокие, чем у идеологов, приватизировавших «болотный импульс».

Идеологам “Болота” ничем не угодишь, они презирают наше государство, нашу историю. Они Россию и русских обвиняют в варварстве, а сами позволяют себе такие плакаты, немыслимые в политическом истеблишменте ни одной страны!

 

«Осторожный оптимизм»

- Но было много людей, кто был и у Пояса Богородицы и потом выходили на митинги на Болотную и Сахарова. Многие люди выходили и из-за того, что хотели правды и протестовали против лжи.

- Согласна, и знаю даже некоторых, которые вышли на протестные митинги по зову сердца, им ничего не платили за это. Но, все это — есть частная правда сегодняшнего дня. Она — в неприятии многого из того, что получилось «как всегда» в последние годы. Но это протест поверхностный… Хотелось бы зреть в корень…

Мне думается, что историческая суть происходящего не в этой частной правде момента, а в том, чтобы не поддаваясь эмоциям, оценить, куда это все нас может завести, и поставить некое задание на будущее.

На отрицании не вырастет плод, и попутчики не станут соратниками, ибо нет цели, которая бы объединила ради делания. Поэтому этот протест, увы, безблагодатен и может привести к разрушению и упадку, которым, как всегда, воспользуются враждебные силы.

Вышедшие по велению совести отстаивать правду должны осознавать, кому сегодня неизбежно достанутся итоги полной дестабилизации страны и делегитимизации нашей системы, чего так хотел бы Запад, не говоря уже о тех организаторах-провокаторах, которые соперничают в извлечении личной политической выгоды.

Я специально просмотрела на youtube записи с Болотной — почти все выступления проходили под свист собравшихся. И Ксюше Собчак кричали: “Уходи!”, именовали ее нецензурно, и Навальному кричали ”Уходи!”, грубо, матом кричали в адрес Немцова…

А опубликованная расшифровка телефонных разговоров Бориса Ефимовича вообще подтверждает слова Талейрана: “Люди ужаснулись бы, народы ужаснулись бы, если бы узнали, какие ничтожества ими управляют!” А ведь этот человек был вице-премьером, губернатором и сам насчитывал Ельцину победу! Ему ли возмущаться фальсификациями!?

Всем, кто хочет не просто честных выборов, но честного общества, нужно задуматься о нравственной и духовной составляющей жизни нации. Нужно выявить, сформулировать созидательные мотивы, способные объединить людей во имя целей и ценностей исторического бытия. Ибо человек вообще и русский человек всегда жил «не хлебом единым». Без подлинного смысла жизни бесплодны любые попытки эффективного экономического развития и политического оздоровления. Тогда и раздражение будет соразмерно масштабам темы.

Кстати в Европе тоже чувствуется некий закат демократии. Знакомые во Франции — журналистское сообщество — подсмеиваются сегодня над “Le Figaro”, которая так прогнулась под Саркози, что главный редактор не пропускает ни одной статьи без личной визы – прямо как у нас в советские времена. СМИ являются инструментом политики. Недаром в них нынче вращаются средства, сравнимые по объемам с оборонными.

Все же власть, кажется, озаботилась всерьез настроениями людей. У меня возник, как выражаются дипломаты, даже некоторый «осторожный оптимизм». Судя по программным документам, власть озаботилась именно тем «заданием», которое она почувствовала со стороны не вечно «презирающей» «несистемной» оппозиции, а от основной части общества, подлинно болеющей за будущее место России в мире, судьбу русского народа.

Эта наша часть общества тоже весьма и весьма по разным вопросам радикально настроена и ожидает серьезных перемен. Но это протест созидательный. Мы хотим серьезной коррекции курса, мы хотим не назад в 90-е, куда хотят вернуть страну лидеры «Болотной», а мы хотим вперед, надо еще резче повернуть руль, а не останавливаться на полпути. Надо бороться с коррупцией. Коррупция, конечно, есть во всем мире. Но если она выходит из пропорций, которые может «переварить» государство, то это становится уже национальной проблемой.

Надо наконец в XXI веке двигаться в сторону подлинно христианского социального государства. Идея справедливости была в течение веков узурпирована антихристианским учением, но она вытекает из 25 главы Евангелия от Матфея, и это заповедь социальной ответственности государства – сильного, в отношении слабых.

Мы же сейчас куда менее социальное государство, чем Франция! А что могут чувствовать обычные граждане, и доктора наук, хирурги и исследователи, получающие меньше продавца сигаретного ларька, слушая, например, по “Вести- FM” беседы о том, каких диковинных заграничных поваров приглашают в московские рестораны, чтобы чуть ли не из птичьего помета (это уж я для красного словца, конечно!) делать изысканные блюда для пресыщенных людей? Это пощечина нашему несостоятельному большинству, вкалывающему с утра до вечера за гроши!

А чиновники, которые буквально через несколько лет службы в административных структурах начинают строить коттеджи, о которых люди даже с хорошей зарплатой мечтать не могут! Неужели политтехнологи Единой России не поняли, что сегодня уже не предприниматели, а чиновничество стало главным объектом отторжения? Они сами связали образ ЕР с чиновничеством на местах. Я вообще не вижу, какие дивиденды принесли такие политтехнологии самой партии “Единая Россия”- все, чем на местах недовольны – все на «партии власти». Короче, концепция, которая была задумана политтехнологами для нашего парламента, еще на прошлых выборах исчерпала себя. Ясно, что мы на пороге перемен и в этом.

Во всем мире правительство работает с парламентом и тратит львиную долю своих усилий на обеспечение голосований через договоренности, компромиссы между разными фракциями. Это — ступень зрелости демократии, и все оппозиционные партии и фракции там вполне «системны» и вполне компромиссны, потому что облечены ответственностью!

- Как меняется отношение общества к действиям власти сегодня, на ваш взгляд?

- Часть общества, которая очень позитивно восприняла изменения, последовавшие после ельцинского режима, ждала, конечно, большего. Она ждала, что будет еще более существенное разворачивание российского корабля в сторону «попутного ветра», т.е. с опорой на таланты, на исконные традиционные ценности собственного народа, которые и могли бы двинуть нацию вперед.

Конечно, нам нужна модернизация. Но разве модернизация – это простое финансирование каких-то лабораторий, отдельных центров?

Модернизация – это понятие широкое, тем более, применительно к России, где в 50 километрах от столицы целые поселки живут еще с водонапорной колонкой, в условиях бездорожья, с печным отоплением, как на той улице Космонавтов, куда упала ракета. Разве это не нуждается в модернизации?

В людях, прежде всего, нужно поддержать веру и уверенность в том, что их ожидания не будут проигнорированы. Совсем недавно у подавляющего большинства было полное ощущение, что наше государство, начиная с 2000 года, последовательно постепенно возрождается — и это многого стоит. Были восстановлены честь и достоинство на международной арене, особенно после Мюнхенской речи Путина, которая поставила жирную точку в дискуссиях с Западом.

Я помню, как именно в связи с Мюнхенской речью Путина в 2007 году я писала:

«Чтобы эта риторика получила подкрепление в виде национальной стратегии, нужна энергия солидарности и суверенитет духа. Прежде всего, осознание элитой, финансовой и политической, всей социально-активной частью общества того, что мы должны быть сопричастны нашей многовековой истории и будущему, мы должны из народонаселения стать нацией – единым преемственно живущим организмом, в котором, в момент исторического вызова, возобладает ощущение общности над всеми частными разногласиями».

Мне уже тогда казалось, что теперь безотлагательно нужно обратиться к внутренним проблемам, иначе этот вдохновляющий импульс общество может растерять.

Общее раздражение, неудовлетворенность не столько и не только экономическими проблемами, но отсутствием или утратой духовно-нравственной составляющей общественного движения вперед, даже заслоняет сейчас в умах возбужденных критикой людей много неоспоримых достижений последних лет.

В пылу критики оппозиция игнорировала колоссальный прорыв – Северный поток, прорыв политический, экономический и геополитический. Неверно не замечать того, что сырьевая доля в бюджете страны уменьшается с каждым годом. Не так быстро, как нам хотелось бы, но она уменьшается, она снизилась уже до 30 процентов… Резко в последние два года уменьшилась убыль населения, рождаемость и смертность почти сравнялись, чего не наблюдалось с 1994 года. И в этом тоже проявление стабильности.

Ведь стабильность – это не только застой политических институтов, но и когда люди успокаиваются. Они начинают планировать свою жизнь. У них опять возникает библейское чувство — желание продолжения рода.

В самом обществе проснулась потребность в консервативных ценностях и уважению к Отечеству, к его прошлому, настоящему и будущему. Без ёрничанья и без маргинальности. Само общество явно жаждет целей за пределами потребностей плоти и «философии потребления»!

А СМИ, ТВ да и многие во власти увлечены чисто рационалистическими концепциями, они только СЕЙЧАС начинают осознавать, что без духа материя не творит историю, а социум никогда не будет в гармонии без ценностей высшего порядка, объединяющих старого и молодого, богатого и бедного, образованного и простого…

В то же время, сегодня исчерпан лимит терпимости общества к социальным тяготам сорока процентов населения страны, причем в самых нужных для прорыва профессиях – науке, образовании, медицине, в высокотехнологичном производстве. А когда у государственной политики нет должной опоры в своем обществе, утраты постигают ее и на международной арене.

Надо осознавать, что социальной внутренней напряженностью всегда не преминут воспользоваться внешние силы и клевреты, чтобы лишить страну внутренних основ внешней стратегии.

Ясная социально-экономическая стратегия как-то населению непонятна. Хотя, надо отдать должное, и в прошлом интервью мы говорили на эту тему, государство не оставляет в беде тех, кто уже совсем оказался на краю пропасти — в 90-е годы никто бы не построил дома для погорельцев, для пострадавших от наводнения, ледяных заторов, как сейчас. Но люди устали ждать коренных перемен. И это питает неудовлетворенность, на которую нельзя уже не обращать внимания.

 

Великие табу и великая культура

- А в образовании меж тем господствует Болонский вектор, от которого практически отказалась Европа…

- Да все интеллектуальное сообщество Европы, трубит о снижении образования, об оглуплении наций, о деградации и деинтеллектуализации из-за этого процесса! А мы его поддерживаем.

А наша культурная среда, эстетическая? Телевидение, радио потворствуют самым низким потребностям и опускают культуру все ниже и ниже. В том же Париже такой чудовищной вакханалии в помине нет. Мы, как всегда, «впереди планеты всей».

Только великие табу рождают великую культуру. Если их нет, никакая свобода не поможет, наступает энтропия, нравственная дилемма перестает быть основным нервом творчества.

Разве этим не нужно заниматься? И хорошие воспитание и образование тут – первые помощники. Никакими арестами никогда не искоренишь той же коррупции, если с детского сада ребенок не будет засыпать, переживая о том, что он кого-то обманул.

Человека нужно растить в страхе Божием. Наказание за дурной поступок должно быть неизбежным, а грань между добром и злом четкой.

- Но ведь всем тем, кто делал кровавый бизнес 90-х годов то же самое внушалось…

- Люди тогда, я думаю, полагали, что это временное явление, что все отстоится, пена осядет, и государство выйдет на другие ориентиры. По теории Гайдара за один год надо было создать класс собственников, и не важно, каким способом. Отсюда, кстати, и готовность броситься во все тяжкие.

 

Что не запрещено, то дозволено?

- И все же главным образом на повестке дня стоит всепоглощающая коррупция…

- Один из первых семинаров, который я во Франции проводила, был посвящен сравнительному анализу антикоррупционного законодательства Франции и России. Мы пригласили выступить нашего эксперта-юриста, которая предлагала методику определения коррупциогенности законопроекта на стадии его принятия. Ее применяли, но в качестве обязательной, так и не взяли на вооружение. А между тем, за рубежом антикоррупционные законы таковы, что человек, однажды уличенный в их нарушении, – это человек конченый. Он больше никогда не сможет находиться на чиновничьей службе. А у нас, провинился, глядишь, через несколько лет получил другой пост.

Избавление от коррупции – это процесс долгий. В 60-е годы во Франции коррупционность достигла такого масштаба, что ни один вопрос не решался без «связей» и ведомственных договоренностей. 30 лет борьбы, как сказал нам французский юрист-социолог, потребовалось для сокращения коррупции до уровня частного явления.

- И через 30 лет все наладится?

- 30 лет для нас — это слишком много. Для России ближайшие 10 лет должны стать решающими. Государство должно создать благоприятные условия для зарождающихся в обществе позитивных процессов, а не чинить препятствия. А для человека православного важно поступать не только не нарушая закона, но и порядочно, благородно.

Что не запрещено, то дозволено — этот принцип англосаксонского права в традиционной христианско-апостольской культуре абсолютно не приемлем. Он для американской экономики по Максу Веберу лишь годится. Два брата могут там судиться за равные доли наследства, несмотря на то, что один – калека, прикованный к постели, а другой благополучный и успешный.

А вот в Европе в чистом виде такой экономики не встретишь. Для человека, руководствующегося понятиями чести, праведности, как раз не все, что разрешено, дозволено. В России и во Франции до революций в пользу бесприданниц-сестер отдавали все имение, больше того, дети дворян шли на военную службу, потому что считали, что они как мужчины должны позаботиться о сестре.

А сегодня? Дозволено свою больную мать в дом престарелых сдать? Дозволено! А кто протянет руку такому человеку? Вот то-то и оно! Мне кажется, задача следующего политического цикла для нашего государства — обратить внимание, прежде всего, на это. И тогда не страшны ему будут никакие «оранжисты».

Основной массе людей, которая всегда нутром чувствует, где правда, а где ложь, важно поверить в то, что наше государство имеет свою, национальную, модернизационную, но укорененную в традициях и ценностях стратегию развития. Если такой уверенности не будет, то все разочарования нанижутся на одну нить, и это окажется гораздо для страны опасней и трагичней. Если же мы последуем за «болотными огнями», то угодим в трясину, пострашнее 90-х.

 

Уничтожает ли Ай-фон Россию?

- Вы прогнозируете закручивание гаек в отношении интернета?

- Это невозможно. Технологии слишком быстро развиваются.

Разумнее не гнушаться интернета и свои мысли там тоже высказывать.

Мне пришлось в декабре отдуваться по поводу наших выборов и митингов на французском канале “Франц-24” – нелегкая задача. Ведущий, например, вдруг спросил: “Это что, Ай-фон уничтожает Россию”? Конечно, уничтожать не уничтожает, но создает новые инструменты, новые средства мобилизации и организации и мы должны все быть вооружены этим новым информационным оружием, иначе борьба не равна!

Разумеется, протест был во многом спонтанный. Но есть люди, есть силы, которые всегда с удовольствием используют внутреннее недовольство в своих далеко идущих целях. Революции вызревают на основе того материала, что поставляет собственная политическая, экономическая и прочая жизнь. Не надо мыслить теорией заговора, но и нельзя быть слепым в отношении того, что, как писал Ильин, в мире всегда есть влиятельные силы, целые государства, организации, которые обеспечивают себе успех за счет неудач и провалов других.

Нужно понимать, что сетевые технологии и в нашем случае были умело использованы для организации якобы естественного, спонтанного протеста. Очень разнохарактерный по своей направленности и требованиям, он был продуман так, чтобы через интернет раскрутить каких-то лидеров, которые уж точно не самостоятельны, поскольку их финансируют определенные круги. Несколько антипутинских роликов растиражировали в миллион по Интернету! Митингующих же, как правило, не финансируют, они выходят сами, но тут всегда нужно быть очень внимательным - манипулируют тобой или нет.

Хорошо зная всю эту международную систему, как она функционирует, я думаю, что наступил момент, когда наши разочарования, несбывшиеся надежды должны быть сформулированы не в нигилистическом, а в сопричастном смысле.

Для этого в следующем политическом цикле государство должно откликнуться на чаяния своего народа (прежде всего русского, который сейчас в упадке, и без которого никакое гражданское общество в России немыслимо), чтобы обрести в нем опору для выработки серьезной, по-настоящему национальной исторической стратегии. Международные условия для этого как раз есть: мир в кризисе, и нам дается шанс вырваться вперед.

Именно исконно русские области сегодня являют собой зияющий упрек государству — до чего можно довести свое родовое гнездо, откуда «есть, пошла русская земля», где испокон веков реализовывал себя средний — не гений, а обычный средний русский человек! Который на четверки окончил школу, техникум, скромный ВУЗ стал инженером, технологом, квалифицированным рабочим, местным учителем, местным врачом, преподавателем, офицером армии… Его профессии сейчас в загоне. Поэтому и происходит люмпенизация основной массы русского населения.

Зато цветут пышным цветом оборотный капитал, торговля, банковское дело. Здесь русскому человеку, традиционно делать нечего. И люмпенизированный бывший инженер становится ниже торговца сигаретами в своем провинциальном городке.

Необходима дальнейшая индустриализация страны, развитие производства с востребованием квалифицированного труда, который не могут приезжие дворники выполнять. Это автоматически поднимет статус русского народа, без всякого акцента на национальности, без кланово-родовых отношений, которые привносят, кстати, приезжие, что делает их более конкурентоспособными. В нашей же среде это не принято. В результате мы оказываемся неконкурентными.

Из-за постоянного унижения национального чувства достоинства, особенно в 90-е, которые так воспевают наши “болотники”, и проистекает уродливое зоологическое деление на «свой-чужой», абсолютно не свойственное русской культуре и русской традиции. Но если это чувство подавлять, унижать, топтать, то и рождаются уродливые проявления.

Национальные чувства неискоренимы. Освященные высшими ценностями, они побуждают народ к историческому творчеству, движению вперед, к самосовершенствованию и желанию родителей перед своими детьми выглядеть лучше. А если этого ничего нет, то национальные чувства деградируют и принимают извращенные формы. Это не от избытка национального чувства, а наоборот, от его недостаточности.

 

Русский люмпен

– Можно ли себе представить такую ситуацию в которой какое-то участие в «Русском гражданском движении» принял бы Навальный?

– Никогда! Трудно даже представить себе, чтобы человек, обучавшийся политтехнологиям в Йельском университете, поехал бы в какой-нибудь провинциальный русский город в средней полосе и стал заниматься конкретными проектами по развитию региона.

Сейчас время не теорий, а действий. Все, что мы могли сказать и написать, мы сделали уже в 90-е годы. Это пройденный этап. Сегодня нужны реальные, пусть малые, но дела, которые помогут людям самоорганизоваться для решения их проблем, иногда даже в области воссоздания духовно-культурной среды обитания.

Дело не только в пресловутых межэтнических конфликтах. Есть регионы, где конфликты между людьми вытекают из страшного упадка самой среды обитания, которая не предоставляет возможности преемственно воспитать детей на традиционных ценностях, дать им работу, заронить желание продолжать жить, учиться и работать на своей земле.

Появляется новое производство, а работать на нем некому – высокой зарплатой, которая и не снилась, никого не заманишь. Ибо люди стали люмпенами! Говорят: «А мы не хотим каждый день ходить на работу. Нам на водку хватает и пособия». Или нанимаются, 2-3 месяца поработают, подзаработают немножко денег и увольняются. Потому что отвыкли от ритмичного созидательного труда и соответствующего гармонически с ним связанного досуга. У люмпена нет потребности создать свой дом, поменять мебель, пристроить комнату для детей, которые родятся, повесить новые шторы…

Десоциализация русских людей, и как ее повернуть вспять – это тоже тема для будущего политического цикла.

 

Своя грядка и «грязное дело»

– Распространено такое мнение, что человек должен, грубо говоря, возделывать территорию только вокруг себя, возделывать свою грядку, в целом поддерживать власть и политикой не интересоваться. Как Вы считаете, это правильно?

- Продолжением будут слова про то, что политика – это грязное дело… Хотя грязными бывают помыслы людей, и грязным делом может быть что угодно. Любая профессиональная деятельность. Если в учительском деле или врачебном деле процветают нечестность, неблагородство – они тоже становятся грязными делами.

На самом деле, политика решает вопросы жизненного, экономического попечения общества. А здесь больше всего и орудуют бесы. Почему в наставлении Пергамской церкви, в Откровении, и говорится:

«Знаю твои дела, и что ты живешь там, где престол сатаны, и что содержишь имя Мое, и не отрекся от веры Моей даже в те дни, в которые у вас, где живет сатана».

Пребывание у престола Сатаны, то есть там, где больше всего соблазнов, как пишет Лев Тихомиров, усугубляет подвиг в вере.

Я не верю, что все политики — циники. Даже те, кто кажутся нам циниками, хоть иногда, но совершают что-то благородное.

Честность, благородство и праведность – этими критериями должно руководствоваться и при принятии экономических решений, а не только выгодой. Государство – это не бизнес-проект, в котором все, что не рентабельно, отсекается. Жить правильно и праведно — вообще нерентабельно. Но только это и удерживало всегда человека от оскотинивания, рождало великие государства и побуждало к готовности за Отечество, за веру, за любовь, «за други своя» отдать жизнь. Только благодаря этим высшим побуждениям человек без когтей и клыков встал над природой.

Господь так устроил, что как раз идя на риск отдать свою жизнь за правое дело, человек чаще и в жизни спасается, чем подлец и трус.

- И в завершение разговора, к нам приходит много вопросов о том, почему вы ушли из активной политики…

- Я не ушла из общественной деятельности. Я начинала в 90-е, участвуя в честных непримиримых блоках, которые не имели шансов на успех. Наконец я была депутатом от «Родины» – это очень много мне дало, и, надеюсь, и мне удалось что-то сделать. Тогда я была в своей фракции, основанной на четко выраженных мировоззренческих позициях — национально-консервативные ценности с опорой на Православие, плюс сильная социальная программа.

Кстати, ошибка думать, что сильная социальная программа и социальное государство – это прерогатива так называемого “левого блока”. Социальная ответственность сильного перед слабым вытекает вовсе не из марксизма, а из евангельских заповедей. Именно Господь тех наградил, которые помогли ближнему, а значит, делали это Господу. Я не вступала ни в какую партию, даже в близкую мне «Родину».

Сейчас, с какой бы партией я ни пошла, я бы потеряла себя в глазах тех людей, которые мне доверяют, они подумали бы, что я иду в Думу за блага. В «чужой» фракции сегодня я была бы одиночкой, и мой голос не стал бы громче.

Беседовала Анна Данилова

Фото Михаила Моисеева 

Нашествие армии Наполеона на Россию в 1812 году по справедливости было названо в русском народе «нашествием двунадесяти языцев». Однако на другую сторону этого явления до сих пор как-то мало обращали внимания. Большинство стран Европы тяготились зависимостью от французского императора. И использовали благоприятную возможность, чтобы сбросить иго. А некоторые выдающиеся люди Европы заблаговременно встали в этой борьбе на сторону России. Это коснулось даже французов.

Великая французская революция и мировые войны, которые Франция вела в 1792-1815 гг., раскололи Европу на враждебные партии. Линия раздела прошла не столько между отдельными нациями, сколько внутри каждой из них. Сами французы не избежали этой участи. Тысячи французских эмигрантов в 1789-1792 гг. заполнили Европу и Россию. Многие из них поступили на службу иностранным государствам и впоследствии воевали против, как они считали, революционной тирании на своей родине. А были и такие, кто верой и правдой служил Французской республике, но выступил против Наполеона, когда тот установил свою диктатуру.

Всюду, где в конце XVIII – начале XIX вв. появлялись французские войска, возникали партии «франкофилов» и «франкофобов». Не следует понимать это разделение в примитивно-классовом виде: мол, дворянство и духовенство стояло за прежние порядки, а «третье сословие» приветствовало посланцев революционной Франции. Италия, поначалу действительно приветствовавшая французов, была буквально ограблена в первые же месяцы французской оккупации. А в годы правления Наполеона социальная политика на оккупированных европейских землях уже ничем по сути не отличалась от прежней, проводившейся старыми династиями. При этом к феодальному гнёту добавился национальный, выражавшийся, прежде всего, в экономической эксплуатации покорённых стран в пользу Франции. На место старых властей Наполеон ставил своих родственников и сподвижников (Мюрат, Даву), часто действовавших крутыми средствами и вразрез с местными традициями.

«Прогресс», несомый на штыках, вызывал активное сопротивление, прежде всего, «третьего сословия» Европы, на себе чувствовавшего «свободу, равенство и братство» в исполнении оккупационных властей.

Отряды сопротивления захватчикам стали возникать с первых же месяцев пребывания французских войск в той или иной стране Европы. Основную их массу составляли обычные крестьяне, иногда под руководством дворян, чаще же самостоятельно. Всеевропейскую известность получил австрийский крестьянин Андреас Гофер, возглавивший в 1809 году партизанское движение против французских войск в горах Тироля. Захваченный в плен, он был расстрелян наполеоновскими солдатами.

В 1807-1809 гг. в Германии действовал партизанский отряд под командованием прусского майора Фердинанда Шилля. После гибели Шилля (причём, он пал в бою с голландцами и датчанами, служившими Наполеону), движение не пошло на убыль. Его возглавил Адольф Лютцов. Его фрайкор (добровольческий корпус) стал ядром, вокруг которого в 1813 году стало развёртываться антинаполеоновское движение в Пруссии.

Широкое участие немцев в этом движении не удивляет. Но показательно, что разные части Германии участвовали в нём в различной степени. Ведь многие германские государства были формальными союзниками Наполеона: Бавария, Вюртемберг, Баден, Саксония, созданная Наполеоном Вестфалия (во главе которой он поставил своего брата Жерома). В ходе Наполеоновских войн складывались любопытные комбинации участников. Одну из них мы уже упомянули: Дания и Нидерланды против Пруссии. При этом, как мы уже отметили, внутри почти каждого европейского государства были свои профранцузская и антифранцузская партии.

Когда война 1792-1815 гг. получит адекватное освещение как Мировая война, её достойную страницу займёт такое явление, как антинаполеоновское Сопротивление.

Наиболее ожесточённое сопротивление народа оккупанты встретили, как известно, в Испании. Антинаполеоновская война здесь нередко рисуется в виде общенационального движения. Но, как и почти во всех аналогичных случаях, истинная картина была намного сложнее. На момент пленения Наполеоном испанского короля Карла IV и всей его семьи в Байонне, многие среди испанской знати и «третьего сословия» были бы не прочь использовать французскую поддержку для проведения буржуазных реформ. Но грубый акт насилия против королевской семьи затронул национальные чувства большинства испанцев, даже тех, кто ранее готов был встретить французов как «вестников прогресса». Нужно ещё учитывать, что французская военная оккупация, как правило, уничтожала те зачатки вольностей и демократии, которые имелись в той или иной стране. Поэтому даже многие местные либералы и антиклерикалы, сталкиваясь с характером французского господства, не могли дальше его поддерживать.

В противоположность оккупационным властям, испанское антинаполеоновское движение опиралось на всесословно избранные органы власти – кортесы. То есть, оно было по самому своему существу демократическим. Несмотря на это, до самого конца французской оккупации страны имелись среди испанцев те, кто всё-таки поддерживал брата Наполеона в качестве испанского короля, ожидая от французского господства конфискации церковных владений и личного обогащения.

Поскольку Испания в лице Жозефа Бонапарта формально находилась в союзе с Францией, постольку испанские войска приняли участие в походе Наполеона на Россию. Об их поведении имеется любопытное свидетельство французского офицера, лейтенанта Куанье, участника этого похода. «Один сгоревший лес, – вспоминал французский офицер, – лежал вправо от нашего пути, и когда мы с ним поравнялись, я увидел, что часть моего батальона пустилась как раз туда, в этот сожжённый лес. Я скачу галопом, чтобы вернуть их назад. Каково же было моё удивление, когда вдруг солдаты оборачиваются ко мне и начинают в меня стрелять… Заговорщики были из солдат Жозефа, все без исключения испанцы. Их было 133». На следующий день половина захваченных бунтовщиков была расстреляна по жребию.

Число испанских перебежчиков из армии Наполеона оказалось столь велико, что в Петербурге было решено составить из них отдельную воинскую часть.

Так возник «полк императора Александра» испанской армии. В следующем, 1813 году он был, в присутствии испанского посла, признаваемого Россией, приведён в Царском Селе к присяге на верность кортесам. Его отправили через Англию в Испанию воевать за освобождение своей родины.

Пожалуй, единственной нацией Европы, в массе своей бывшей верной Наполеону, всегда оставались поляки.Ради призрака свободы, обещанной Наполеоном, поляки были готовы душить свободу других народов. Легионеры Понятовского выслуживали независимость своей родины в карательных экспедициях за Пиренеями, отлавливая и расстреливая испанских герильерос. Но эта верность поляков простиралась до известных пределов и не была повсеместной. Так, Наполеон не раз сетовал на то, что, после его вступления в пределы Российской империи, поляки Литвы остались пассивными и не спешили примкнуть к другим полякам. Это было вполне объяснимо.

Поляки по эту сторону границы уже познали милость императора всероссийского, не посягавшего на земли польского дворянства и свободу католической веры, и не собирались очертя голову поднимать против русской власти бунт, который мог привести к худшим последствиям.

Пруссия после Тильзитского мира 1807 года фактически перестала быть суверенной страной. Военный министр короля Фридриха-Вильгельма III Герард Шарнхорст пытался реформировать и возродить прусскую армию, насколько это позволяли условия договора, но был уволен в отставку по настоянию Наполеона. Очень многие его сотрудники в этой обстановке сочли невозможным продолжать службу на родине и уехали в Россию, которой, как они не зря предполагали, ещё предстояло помериться силами с диктатором всей Европы. Эмиграция прусских военных специалистов усилилась после того, как в феврале 1812 года Фридрих-Вильгельм заключил договор с Наполеоном, по которому обязывался совместно воевать против России.

Так в 1807-1812 гг. в России оказалось немало видных прусских офицеров и политиков. Это – Август Гнайзенау, Карл Пфуль, Леопольд Бойен, Генрих Штейн, и ряд других. Но наибольшую известность именно на русской службе получили Карл Клаузевиц и Иоганн Дибич.

Карл Клаузевиц (1780-1831) известен всему миру как крупный военный теоретик, создатель немецкой стратегической школы, предшественник Мольтке-старшего и Шлиффена. Почему-то (в том числе и у нас) меньше вспоминают о том, что его стратегические взгляды сложились преимущественно в ходе и под влиянием кампании Русской армии против Наполеона в 1812 году. Во время этой кампании Клаузевиц служил при штабах различных русских корпусов. В своих аналитических трудах подвергал критике, часто мало обоснованной, стратегическое руководство М.И. Кутузова. Это объяснялось, прежде всего, расхождением взглядов на цели борьбы с Наполеоном. Для Кутузова важнейшим было – изгнать захватчиков из России как можно меньшей кровью самих русских солдат. Для Клаузевица, как многих других иностранцев на русской службе, главной задачей было – покончить как можно скорее с самим Наполеоном, а русские потери при этом для них были фактором несущественным. Несмотря на не всегда объективное освещение событий 1812 года, труды Клаузевица служат одним из важнейших источников по этой войне.

Клаузевиц сообщает о любопытном эпизоде, имевшем место во время перемирия, установленного для беспрепятственной эвакуации Русской армии через Москву в сентябре 1812 года. Надо иметь ввиду, что братья Карла находились в это время на королевской прусской службе, то есть формально на стороне Наполеона. «Проезжая мимо развёртывавшихся двух первых уланских полков [неприятеля], он [автор писал о себе в третьем лице] внезапно услыхал команду на немецком языке и притом с чисто берлинским акцентом: действительно, это были два прусских полка, из которых один – бранденбургские уланы – стоял постоянно в Берлине. Он использовал этот случай, чтобы через одного из офицеров подать о себе весть близким».

Этот эпизод вскрывает одну довольно характерную черту «великой европейской гражданской войны». Многие семейства, в лице разных своих представителей, сознательно служили обеим сторонам, чтобы перестраховаться и иметь источник милостей в победившей стороне.

Немаловажную роль Клаузевиц сыграл в переходе на сторону России прусского корпуса генерала Иорка. Это было в декабре 1812 года, когда Клаузевиц служил в штабе русского корпуса генерала Витгенштейна, ведшего боевые действия в Прибалтике. В это время авантюра Наполеона очевидно провалилась, однако почти нетронутый корпус Иорка представлял собой силу, способную прикрыть отступление остатков армии Наполеона и их развёртывание в Восточной Пруссии. Путем переговоров Клаузевиц выключил Иорка из игры, а в дальнейшем побудил его заключить сепаратное перемирие. Военные историки, анализирующие этот эпизод кампании 1812 года, единодушно приходят к выводу, что «предательство» Иорка по отношению к Наполеону (патриотический акт по отношению к своей родине) облегчило последующее вступление русских войск в Восточную Пруссию и оказало значительное влияние на колеблющееся поведение робкого прусского короля.

Иоганн Дибич (1785-1831), в отличие от названных выше прусских офицеров, ещё до Наполеоновских войн перешёл на русскую службу и оставался в ней до конца, приняв русское подданство (Иван Иванович Дибич). Будучи генерал-квартирмейстером (заместителем начальника штаба) корпуса Витшгенштейна, близко сошёлся там с Клаузевицем. Именно Дибич порекомендовал Витгенштейну назначить Клаузевица вести упомянутые переговоры с Иорком.

Более всего Дибич прославился потом, во время войны с Турцией 1828-1829 гг. Тогда впервые русские войска совершили переход через Балканы. За этот переход Дибич, командовавший ими, получил чин фельдмаршала и почётное имя Забалканского (как больше чем за полвека до него граф П.А. Румянцев получил имя Задунайского).

Дибич, таким образом, стоит в ряду крупнейших полководцев Европы XIX века. Советские историки не жаловали его своей благосклонностью из-за того, что он принимал активнейшее участие в разоблачении заговора «Южного общества» декабристов во 2-й армии (за что и получил в 1827 году от Николая I графский титул).

Любопытно, что Клаузевиц и Дибич умерли почти одновременно и по одной причине, заразившись холерой в Польше во время подавления польского восстания 1830-1831 гг.: Дибич – участвуя с русской стороны, Клаузевиц – с прусской.

Более любопытное явление представляет собой участие многих выдающихся французов в антинаполеоновском Сопротивлении.

Среди них, с русской точки зрения, на первое место следует поставить Антуана-Анри Жомини (1779-1869). Родом из семьи буржуа в Швейцарии, молодой Жомини приобрёл известность в 1804 году на поприще военной истории, написав «Трактат о великих военных операциях». В нём он провёл сравнительный анализ кампаний прусского короля Фридриха II и Наполеона, отдав, естественно, пальму первенства последнему. Наполеон, не колеблясь поднимавший талантливых людей сразу на несколько ступенек вверх, ознакомившись с книгой Жомини, присвоил этому мещанину, никогда не служившему в армии, звание полковника. Так Жомини был обласкан всесильным диктатором Европы и начал свою карьеру.

К практической военной службе Жомини был мало пригоден, поэтому использовался Наполеоном преимущественно в тылу. В 1812 году Жомини был внешне ещё всецело предан Наполеону. В это время он собирал материалы для обширной истории военных побед французского императора, одновременно занимая пост губернатора оккупированных Вильны и Смоленска.

В качестве мотива измены Жомини Наполеону обычно указывают личную ссору с Бертье, начальником штаба императора. Вряд ли этого было бы достаточно. Помимо того, что Жомини, подобно многим умным людям эпохи, всё отчётливее виделось отсутствие перспективы в борьбе Наполеона против ополчившейся на него (благодаря победам русского оружия) Европы, вероятно, что Александр I через своих агентов уже давно пытался привлечь талантливого швейцарца к себе на службу. Деятельность русской разведки и контрразведки в годы борьбы с Наполеоном – отдельная обширная тема, которая не может быть здесь затронута даже кратко.

Как бы то ни было, но летом 1813 года Жомини оказался в русском лагере. То, что он сразу же был произведён в чин генерал-лейтенанта Русской армии и пожалован придворным званием генерал-адъютанта, показывает, что этот переход подготовлялся давно и не был неожиданностью для русского государя.

Обоснованной выглядит высказываемая иногда версия, что Жомини задолго до 1812 года был тайным русским агентом, «Штирлицем» тех лет, и открыто перешёл на русскую сторону только оказавшись под угрозой провала.

При штабе союзников Жомини был военным советником, а в дальнейшем прославился рядом военно-теоретических работ, написанных им (на французском языке) уже будучи в русской службе по ведомству Генерального штаба.

Жан-Батист Бернадотт (1763-1844), основатель ныне царствующей династии шведских королей, не служил России, но в 1812-1814 гг. оказался в одном с нею воюющем европейском лагере. Среди мотивов, почему бывший боевой товарищ Наполеона стал его врагом, историки нередко называют ревность. Дело в том, что Жан-Батист женился на бывшей возлюбленной Наполеона Бонапарта Дезире Клари, и возможно, что в тот момент прежние чувства ещё не остыли у будущего императора французов. А Бернадотт, со своей стороны, ревниво относился к растущей военной славе своего незадачливого соперника на любовном фронте. Поэтому с готовностью принял в 1810 году предложение короны со стороны шведского риксдага – прежде всего, чтобы формально стать ровней Наполеону.

Шведы, участвовавшие в третьей антифранцузской коалиции (1805-1807), рассчитывали этим шагом добиться прочного примирения с Наполеоном. Сам император, со своей стороны, давая согласие на увольнение Бернадотта и его отъезд в Стокгольм, вероятно, полагал, что его бывший маршал станет проводником его воли. И тем самым ещё одна европейская страна подчинится влиянию Франции.

Однако Бернадотт повёл независимую политику. Он не обнаружил у шведов желания взять у России реванш за завоёванную буквально перед этим Финляндию и, тем более, за столетней давности Полтавский разгром. Значительно больше щведов интересовали экономические выгоды от заморской торговли, которая сделалась невозможной из-за континентальной блокады.

Весной 1812 года, когда столкновение России и Франции было уже не за горами, Александр I заручился официальным нейтралитетом Швеции. Это была важнейшая дипломатическая победа России в преддверии неизбежной войны.

Страшно даже представить себе, как сложилась бы для России кампания 1812 года, если бы, в то время как армия Наполеона шла к Москве, шведские войска и флот попытались напасть на Петербург или хотя бы произвести диверсию в Прибалтике.

Этого не произошло, а в 1813 году Швеция объявила войну Франции. В итоге шведский наследный кронпринц Юхан (как его стали называть в Швеции), будущий король Юхан XIV, официально занял место в списке глав держав, покончивших с господством Наполеона в Европе. В награду, по итогам Венского конгресса он сумел присоединить к владениям шведской короны Норвегию.

Жан Виктор Моро (1763-1813) - один из самых знаменитых генералов Первой Французской республики, чья слава в своё время не уступала славе Бонапарта. Специалисты утверждают, что и военными талантами он ничуть не проигрывал Наполеону. После переворота 18 брюмера Моро стал символом оппозиции для тех, кто считал себя лично обойдённым при дележе власти. Когда в июне 1800 года в Париж пришли слухи о якобы произошедшем при Маренго разгроме французской армии австрийцами и гибели «первого консула», имя Моро произносилось в качестве возможного преемника. Бонапарт знал об этом и всё это его немало раздражало.

Популярность Моро достигла пика после того, как 3 декабря 1800 года его Рейнская армия блистательно разбила австрийцев в сражении при Гогенлиндене. Это случилось в тот момент, когда Бонапарт, командуя армией в Италии, попал в патовую ситуацию. Таким образом, победа Моро решила исход кампании. Этого Бонапарт уже не мог простить своему конкуренту.

Когда в 1804 году был разгромлен заговор роялистов с целью убийства Наполеона (во главе заговора стоял ещё один знаменитый бывший республиканский генерал Шарль Пишегрю), тот воспользовался этим для окончательного устранения соперника. Какие-то улики указывали не то на причастность Моро к заговору, не то, всего лишь, на намерения заговорщиков поставить Моро у власти как самое популярное во Франции лицо. Военный суд приговорил Моро к расстрелу. Наполеон не решился расправиться таким путём с человеком, почитаемым всей Францией, и заменил казнь вечным изгнанием из страны.

Александр I, верный своему правилу объединять вокруг себя талантливых людей всей Европы, принял меры к возвращению Моро из Соединённых Штатов Америки в Европу. Русский государь хотел, чтобы антинаполеоновская война приобрела некий ореол справедливости в глазах самих французов. Для этого нужно было популярное у французов лицо, которое можно было бы противопоставить Наполеону. Летом 1813 года Моро оказался в лагере союзников и выразил готовность содействовать скорейшему освобождению Европы от ужасов войны, вызванной «корсиканским тираном».

Александр I хотел вверить талантливому Моро верховное командование армиями союзников. Неизвестно, во что вылился бы этот тонко задуманный военно-политический манёвр, к каким результатам он бы привёл. В сражении под Дрезденом 27 августа 1813 года Моро был убит пушечным ядром. По одной из версий, Наполеон, заметив «изменника» в подзорную трубу, лично приказал направить интенсивный огонь в ту сторону.

По версии, которая не противоречит вышесказанной, в момент гибели на Моро был мундир генерала Русской армии.

Так это или нет, но Моро был похоронен с почестями в доныне существующей католической церкви Святой Екатерины в Петербурге на Невском проспекте, среди прихожан которой в то время было особенно много французских эмигрантов.

Мотивы, которыми руководствовались французы и представители других европейских наций, тайно или явно служа противникам Наполеона, были, конечно, самыми различными. Нередко более важную роль, чем намерение покончить с тиранией, играли личные корыстолюбивые и честолюбивые цели. Важно было слить эти разнородные стремления в одно русло, а это было нелегко. Ведь и Наполеон, начиная ту или иную войну в конце своей головокружительной эпопеи, всегда рассчитывал на обаяние своего имени или страх перед ним. Европа, как мы видели, раскололась в те годы внутри каждой нации.

Единственной страной, в которой не возникло «пятой колонны», попытавшейся опереться на силу Наполеона для достижения внутренних политических целей, оказалась Россия.

В ней даже недавно присоединённые нации – поляки Западного края, остзейские немцы и шведы Финляндии – не сделали попытки восстать и отложиться от власти русского царя. И одно это служит достаточным доказательством тому, что Россия сражалась за правое дело в понятиях христианских народов. Россия сохранила единство всех сословий и народностей перед великим испытанием и поэтому стала тем стержнем, вокруг которого сумело консолидироваться европейское Сопротивление диктатору и об который раздробилось призрачное единство «двунадесяти языцев».

На фото – Франсиско Гойя «Расстрел повстанцев в ночь на 3 мая 1808 года». 

art ma-zaika

"Всё проходит. Душа остаётсЯ"

Любовь Казарновская - примадонна! И этим всё сказано. Даже когда оперная певица просто идёт по улице, она тут же привлекает к себе внимание. Не прилагая никаких особых усилий, она всё делает красиво. Этим и притягивает всеобщее внимание.

Залы, где выступала звезда, всегда забиты до отказа. Приходилось даже приставлять целые ряды стульев, чтобы вместить всех её поклонников. Побывать на концерте звезды мировой величины - дело престижное, может, поэтому многие бизнесмены, политики, ректоры вузов и прочие публичные люди считают своим долгом посетить это мероприятие.

Любовь Казарновская - всемирно известная исполнительница! За её творчеством следят многие страны мира!

Заказ и доставка билетов по телефону: 32-49-32. Круглосуточно! Следите за обновлениями - http://vk.com/event34724462

Место: Саратов, драматический театр им.Слонова

Начало: 7 марта в 19:00

Фото: © Copyright anschlag_94

О британском «шпионском камне» россияне узнали в январе 2006 г. из вышедшего на телеканале «Россия» выпуска программы Аркадия Мамонтова «Специальный корреспондент». Используя материалы ФСБ, автор изложил принцип действия хитроумного изобретения иностранных шпионов: пластмассового булыжника, нашпигованного приемо-передающей аппаратурой. Одновременно с развитием шпионского скандала в России был принят закон об НКО - некоммерческих и неправительственных организациях (НПО).

Законом, в частности, устанавливался контроль над финансированием этих организаций из-за рубежа. Такое беспрецедентное покушение на «свободу» вызвало громкое возмущение в рядах российских НПО. Масла в протестный огонь подлило то обстоятельство, что среди фигурантов шпионского скандала оказался второй секретарь английского посольства в Москве Марк Доу, курировавший контакты с неправительственными организациями.

МИД Великобритании заявил: «Мы отрицаем все подозрения в неправомерной деятельности, связанной с российскими неправительственными организациями». Во внешнеполитическом ведомстве напомнили также, что британское правительство действительно предоставляло финансовую поддержку проектам в области прав человека и поддержки гражданского общества в России через неправительственные организации. И заверили в том, что вся «помощь дается открыто и направлена на развитие здорового гражданского общества в России». В свою очередь, отвечая на вопросы журналистов, президент Владимир Путин подчеркнул: «Неправительственные организации нужны обществу для контроля за деятельностью государства и силовых структур, но эти НПО не должны финансироваться «кукловодами из-за границы». НПО не должны использоваться для проведения внешней политики одних государств на территории других государств».

Собственно говоря, на этом можно было ставить точку, тем более, что ни российская, ни британская стороны не сделали тот злополучный «камень» краеугольным в своих отношениях. Однако через шесть лет эта подзабытая обществом история совершенно неожиданно получила свое продолжение. 19 января с.г. британские СМИ написали о сенсационном заявлении главы администрации экс-премьера Великобритании Тони Блэра Джонатана Пауэлла. Дипломат и советник премьер-министра рассказал, что британские спецслужбы действительно использовали для сбора агентурных данных в России «шпионский камень», существование которого раньше считалось плодом фантазии их коллег из ФСБ. Вообще-то, признание Пауэлла стало достоянием широкой гласности еще в середине декабря 2011 г., когда в интервью для документального фильма «Путин, Россия и Запад» («Putin, Russia and the West»), снятого британской вещательной корпорацией BBC совместно с немецкой телерадиокомпанией MDR, бывший высокопоставленный чиновник рассказал об использовании британской разведкой «шпионского камня». Тогда на высказывания Пауэлла никто не обратил внимания. О его откровениях заговорили только в день премьеры передачи на британском телевидении.

В Великобритании интервью Пауэлла вызвало легкий шок. В России тоже вспомнили о старом скандале. Но еще раньше, и вряд ли случайно, 13 декабря глава МИД РФ Сергей Лавров в ходе «круглого стола», посвященного диалогу отечественной дипломатии с гражданским обществом, отметил: «Без грамотного использования «мягкой силы» невозможно эффективно отстаивать интересы страны на мировой арене». Министр считает важным использовать потенциал неправительственных организаций для сотрудничества в рамках ШОС, БРИКС и НАТО.

Вот уж, действительно: пока гром не грянет – русский мужик не перекрестится.

Среднее количество НПО в России в 2005 г. составляло 555 730.

Согласно данным сравнительного анализа, в настоящее время в России действуют приблизительно более 770 тыс. неправительственных организаций, разных по структуре и роду деятельности. В этом секторе занято более 850 тыс. сотрудников и около двух с половиной миллионов добровольцев.

Сколько НПО было создано в России за последние 20 лет на самом деле, сколько из них финансируются и существуют под патронажем правительств и общественных организаций США и их союзников по НАТО, точно неизвестно. К сожалению, далеко не все они действуют в рамках закона. Некоторые НПО практически открыто используются Западом не только в качестве инструмента информационного и психологического давления на население и руководство России, но и в откровенно шпионских целях. Одно не вызывает сомнения: несмотря на все противоречия в официальных и неофициальных оценках, в России наблюдается необычайно быстрый рост НПО. И тому есть вполне обоснованное объяснение.

В статье «Американские «благотворительные» и российские правозащитные организации» старший научный сотрудник в научно-исследовательской лаборатории компании Мацушита (США)Олег Попов 8 февраля 2004 г. писал: «Вот, что говорится в материалах слушаний Конгресса США в 1976 году по деятельности ЦРУ: «Сотрудничество с уважаемыми и престижными фондами позволяет ЦРУ финансировать практически безграничные суммы на программы, воздействующие на молодежные группы, университеты, издательства и другие частные институты, включая правозащитные организации». ЦРУ и сегодня рассматривает фонды «лучшими прикрытиями финансовых расходов...»

Как указывается в тех же материалах слушаний, из 700 грантов, потраченных основными американскими фондами на «международные проекты», почти 50% сумм было получено от ЦРУ.

После распада Советского Союза США получили уникальную возможность единолично влиять на ход мировых событий. Стремление американского руководства нашло свое отражение, в частности, в разработанном в марте 1992 г. секретном плане Пентагона Defense Planning Guidance for the 1994–99, так называемой «Доктрине Вулфовица». В этом плане была сформулирована одна из главных военно-политических задач США: «Не допустить появления нового соперника либо на территории бывшего СССР, либо где-то в другом регионе такого же порядка, как Советский Союз». И в том же, 1992-м, Конгресс США принял закон «О свободе для Евразии, появляющихся евразийских демократиях и поддержке открытых рынков», в рамках которого было начато выделение средств на поддержку постсоветских государств (страны Балтии в сферу этого закона не вошли). Всего в период с 1992 по 2006 год США в качестве помощи выделили постсоветским государствам (за исключением стран Балтии) 27,7 млрд долларов. По официальным данным Госдепартамента США, в рамках этого закона и иных программ за 14 лет Россия получила 11,4 млрд. долларов (Украина - 1,3 млрд., Беларусь - 324 млн.). Из этих сумм примерно 3 млрд. долларов было израсходовано «на поддержку демократических институтов», на «помощь средствам массовой информации, общественным организациям» и пр. По этой статье расходов больше всех средств также получила Россия — 1,1 млрд. долларов, на долю Украины пришлось 600 млн., Беларуси — 114 млн. И здесь, видимо, уместно будет напомнить некоторые детали шпионского скандала 2006 г.

Как сообщал официальный представитель ФСБ Сергей Игнатченко, ФСБ России установила факт финансирования сотрудниками зарубежной разведки ряда неправительственных организаций впервые.

По словам Игнатченко, второй секретарь посольства Марк Доу курировал работу с неправительственными организациями и занимался их финансированием от имени Фонда глобальных возможностей. Средства от Марка Доу получали в виде грантов, в частности, «Комитет против пыток», «Центр развития демократии и защите прав человека», «Фонд Евразия», Московская Хельсинская группа, «Международная уголовная реформа» и др. По некоторым данным, в ряде случаев Марк Доу представлялся не как дипломат, а как сотрудник Фонда. Именно его подпись стояла под платежными поручениями о перечислении денег этого фонда, например, Московской Хельсинкской группе или фонду «Евразия». Особо сотрудников ФСБ возмущало то, что порой деньги выплачивались и наличными, а среди целей финансируемых проектов упоминались развитие малотиражных независимых газет или создание сети школ общественных инспекторов в отдаленных регионах Северной Сибири и Дальнего Востока. Всего в списке ФСБ фигурировало 12 российских правозащитных организаций.

Авторы нашумевшей телепередачи отмечали, что своей деятельностью этот шпион, работавший под прикрытием британского посольства, сильно дискредитировал замечательную идею. По их мнению, пикантность истории добавляло заявление государственного секретаря США Кондолизы Райс, сделанное 7 декабря 2005 г. в Киеве. Она критиковала Россию за закон о неправительственных общественных организациях. «Мы хотели бы надеяться, что Россия поймет важность неправительственных организаций», - заявила Райс. А 12 декабря Конгресс США принял резолюцию с требованием к правительству России отозвать законопроект об общественных организациях или внести в него изменения. В документе особо подчеркивалось, что российский законопроект «накладывает беспрецедентные ограничения на зарубежную помощь». Кстати, по оценке члена Общественной палаты, ректора Госуниверситета Высшая школа экономики Ярослава Кузьминова, ежегодно некоммерческие организации в России получают более 400 млн. долл. от зарубежных спонсоров.

Между тем, Владимир Путин решил внести поправки в рассматриваемый Госдумой законопроект. По мнению В. Путина, предназначение закона заключается в том, чтобы «обезопасить политическую ситуацию в России от вмешательства извне, обезопасить общество и граждан от распространения террористической, человеконенавистной идеологии, которая может функционировать под той или иной вывеской». Госдума учла замечания. «Полагаю, что теперь многим становится понятным, почему в России принят закон, регламентирующий деятельность неправительственных организаций в нашей стране», - сказал российский президент после показа фильма о «шпионском камне» по телевидению.

В контексте фильма нам был интересен не шпионский скандал как таковой, а тот факт, что Владимир Путин использовал его для атаки на неправительственные организации, говорила глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева.

«Это гнусная клеветническая кампания против правозащитников, - говорила Людмила Алексеева. - Насколько я понимаю, цель этих передач такая: подготовить общественное мнение к разгрому правозащитного сообщества, наиболее активной и наиболее независимой части третьего сектора и гражданского общества в России».

Финансовый документ, показанный в передаче «Специальный корреспондент», Алексеева назвала фальшивым.

Президент Центра развития демократии и прав человека Юрий Джибладзе посчитал заявления о финансировании британскими шпионами российских НПО беспочвенными и связал их с принятым в России законом об НПО: «Фонд глобальных возможностей это правительственный фонд, образованный МИД Великобритании. Он действительно финансировал один из множества наших проектов, осуществлявшийся с весны 2003 по весну 2005 года. ... Осуществление нашего проекта было начато еще до того, как он (М. Доу) занял свою должность. Мы абсолютно официально получали деньги на счета нашей организации и отчитывались об их использовании». Директор НПО Московская региональная корпорация Фонд «Евразия» Ирина Акишина заявила, что заявления о передаче фонду финансовых средств британским разведчиком являются ошибкой.

Реакция всех действующих лиц и исполнителей в этой истории была, в общем-то, вполне предсказуема. Автор телепрограммы Аркадий Мамонтов в интервью газете «Комсомольская правда» также прокомментировал сложившуюся ситуацию: «…Я вовсе не против деятельности правозащитников. Я лишь сказал в конце передачи, что в НПО должны быть честные люди, которые готовы работать ради интересов Родины, а не чужой страны… Что ж обижаться, если им платил деньги иностранный разведчик.

Никто не против, если британское посольство через своих дипломатов будет поддерживать развитие демократии в России. Но пусть это будет человек, который не крадется по столичным паркам и не снимает через шпионскую аппаратуру секретные сведения от завербованных агентов, как это делал сотрудник политического отдела посольства Великобритании Марк Доу.

Мы рассказали об успехе наших контрразведчиков. В чём здесь угроза демократии?»

Мамонтов прав: угроза российской демократии исходит совершенно с другой стороны. Сошлемся еще раз на публикацию Олега Попова. Он пишет, в частности: «… совсем не обязательно руководству американских фондов во всеуслышание объявлять о своих предпочтениях – подавшие на грант российские правозащитники и сами знают «кого защищать», а кого нет. Как, например, «знает» председатель Международной Хельсинкской Федерации (МХФ) Л.М. Алексеева, которая вместе с остальным руководством МХФ в открытом письме «советовала» сербским правозащитникам не «осуждать» натовские бомбежки в то самое время, когда эти бомбы падали на их головы. А что ей оставалось делать, если из десяти «доноров» Московской Хельсинкской группы, шесть – «благотворительные» фонды, принадлежащие и управляемые правительствами стран НАТО. Да к тому же финансируемая Д. Соросом американская правозащитная организация Human Rights Watch, собиравшая «материал по геноциду и этническим чисткам» в Боснии и Косово, входит в эту самую Хельсинскую Федерацию. Да и «сам» Д. Сорос - член Руководства МХФ…

Самым популярным у российских правозащитников среди «государственных» фондов является National Endowment for Democracy (NED). Он был создан в 1983 году президентом США Р. Рейганом и Конгрессом США с годовым бюджетом в 30 млн. долларов. Свою миссию NED сформулировал так: «способствовать становлению и развитию демократии и свободы во всем мире». Цель финансирования российских «грантоедов» (термин, предложенный ростовским правозащитником Е.В. Финковым) выражена руководством NED достаточно ясно: «помогать получателям грантов в их борьбе с авторитарными тенденциями и за большие свободы и открытость».

В начале июля 2011 г. в лагере российских радикальных оппозиционеров разгорелся крупный скандал. Член политсовета подмосковной «Солидарности» и Партии народной свободы (ПАРНАС) Максим Петрович выступил в СМИ против финансирования ряда российских оппозиционных организаций из иностранных источников, в частности, из бюджета США. По его данным, госдепартамент США выделяет крупнейшим американским неправительственным организациям, - в первую очередь, Агентству США по международному развитию (АМР) и Национальному фонду поддержки демократии (НФПД) - сотни миллионов долларов на «поддержание демократии» по всему миру. При этом в России представительства АМР как юридического лица вообще нет. Тем не менее, его сотрудники осуществляют свою деятельность прямо из здания посольства, хотя дипломатами не являются. По словам Петровича, они активнейшим образом опекают российских оппозиционеров и правозащитников. Такие люди, как Рон Гласс, Наталья Будаева, Рид Нильсен прекрасно знакомы и близки руководству ПАРНАСа и «Солидарности», «Голоса» и Московской хельсинкской группы.

Схема финансирования выглядит следующим образом: Агентство США по международному развитию (USAID) часть полученных от госдепа США средств переводит в качестве грантов американским неправительственным организациям рангом пониже, таким как «Международный республиканский институт» (IRI) и «Национальный демократический институт» (NDI). А те уже по собственным программам с благозвучными названиями выделяют деньги в виде «пожертвований» российским фондам, таким, например, как «Образ будущего». Получатель — неправительственная организация, и жертвователь — тоже неправительственная, но первоисточник денег — федеральный бюджет Соединенных Штатов Америки. Такой вот нехитрый способ скрыть истинный источник финансирования деятельности российской внесистемной оппозиции.

Среди опубликованных Петровичем документов, в частности, письмо за подписью Бориса Немцова в «Национальный фонд поддержки демократии», который распределяет деньги госдепартамента. Документ дотирован июлем 2009 г. В нем лидер «Солидарности» выражает признательность за ту помощь, которую «Международный республиканский институт» (МРИ) оказывал оппозиции. Документ, как утверждает Петрович, свидетельствует о том, что многие российские политические и общественные организации получают организационную и финансовую помощь от США на оппозиционную деятельность в России.

Например, Немцов избирался на пост мэра Сочи в 2009 г. при прямой финансовой поддержке МРИ.

А кто платит, тот, известно, и заказывает музыку. Британский «роман с камнем-2006-2012» отчетливо проявил и тех, кто под эту «музыку» танцует в России. «Личики» их еще раз открыло наше телевидение, когда они явились на «смотрины» к новому американскому послу в России Макфолу. Журнал Foreign Policy, комментируя назначение Майкл Макфола, писал, что в качестве американского посла в Москве «всемогущий Макфол будет обладать возможностью не только наблюдать за происходящими изменениями в России, но и влиять на них - не только в интересах США, но и в интересах настрадавшегося российского народа».

В конце 2011 г. Конгресс США утвердил на кампанию в преддверии президентских выборов в России сумму в размере 50 млн. долларов, что, кстати, в два раза превышает уровень денежных средств, выделенных на аналогичные цели в 2008 г.

Отметим, что на обеспечение победы Виктора Ющенко в ходе выборов на Украине в 2004 г. американцы израсходовали в общей сложности 18,3 млн. долларов. Тогда Макфол координировал все денежные потоки.

Их основная часть - 12,45 млн. долларов, или 68% от общей суммы, пошла на мониторинг выборов и активизацию участия в них членов различных политических партий, поддерживавших кандидатуру В. Ющенко.

Смена неугодных режимов подобным образом осуществляется во взаимодействии различных заинтересованных структур, организаций и политических институтов. Главным субъектом, осуществляющим такой политический курс, являются США, которые используют в своих целях европейские организации и мировые институты - ООН, ОБСЕ, ЕС, НАТО. Приводя Макфола к присяге, госсекретарь США Хиллари Клинтон связала его назначение с тем, что «предстоящие месяцы будут иметь ключевое значение для демократии в России». Макфол выразил решимость отдать силы для укрепления взаимопонимания и сотрудничества с «сильной, процветающей и демократической Россией», стоящей на пороге «нового этапа политических перемен».

Очень кстати выступил со своими откровениями бывший глава администрации премьера Великобритании Джонатан Пауэлл. Продолжение истории со «шпионским камне» помогло, наконец, расставить все точки над І. Аркадий Мамонтов опубликовал новые документы, доказывающие, что глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева имеет обязательства перед Великобританией (откуда получала гранты) и перед США (гражданкой этой страны она является). Оба факта: и гражданство США, и оплата деятельности российской общественной организации через посольство Британии – подтверждены самой Алексеевой. В 2006 г., оплеванный «радетелями» за демократию в России, Мамонтов в интервью «Комсомольской правде» говорил: «Я рассказал, как против нас шпионит Запад. А меня назвали «душителем свободы»… Могу поручиться за каждое слово в этой передаче, потому что там все подтверждено фактами».

В Британии местные СМИ и общественность, до этого обвинявшие Москву в том, что за последние 20 лет она так и не избавилась от менталитета времен «холодной войны», сейчас вынуждены признать, что те же самые обвинения можно предъявить и Лондону. Добавим: и не только, а еще – и Вашингтону, и Брюсселю. В этой связи как-то зловеще звучат слова президента США Барака Обамы из его недавнего послания Конгрессу: «Конгресс должен озаботиться тем, чтобы ни одна иностранная компания не имела большей выгоды, чем американские производители, при получении доступа к финансам и торговым площадкам в России. Наши работники – лучшие в мире. И на общем игровом поле – обещаю вам: Америка всегда будет побеждать».

Сегодня в интервью той же «Комсомолке» Аркадий Мамонтов говорит так: «Прошло шесть лет после выхода программы «Шпионы». Точка поставлена. Британцы признали, что камень, о котором шла речь в выпуске, действительно был шпионским. Правда всегда восторжествует. Победа будет за нами. Я рад, что программу, которую мы делали в защиту нашего государства, оценили и друзья, и недруги. Спасибо всем, кто поддерживал. И… спасибо всем, кто ругал.

Огромное спасибо госпоже Алексеевой, правозащитнице (вопрос только — чьи права она защищает?). Большое спасибо Леониду Парфенову, который в слепой ненависти к Мамонтову пытался его очернить и раздавить, а получилось все наоборот…

Большое спасибо всем, кто тогда ругал меня, издевался и смеялся надо мной. Большое спасибо им всем за победу в борьбе за Россию, которую мы одержали...» Так что, за нашу победу?